Чтение онлайн

– - Но ведь Господь попускает и зло, и ошибки. Сколько жертв было принесено язычниками в Мексике! И мы ведь не сомневаемся, что это было напрасно, но может быть, и мы от них не так уж далеко ушли?

– - Не смей сравнивать нас с этими сатанистами!

– - Я запутался. Раньше я надеялся, что есть авторитет, способный разрешить мои сомнения, но теперь я понял, что среди людей такого нет. А Бог... его ведь нужно ещё и понять. Увы, даже люди, которые меня и старше, и опытнее, не всегда мудрее.

– - Знай, что ради веры я отказался от личного счастья, ради веры я убивал и пытал людей, и теперь я не отступлю. Нравится тебе или нет, но я найду этого юношу и покончу с ним!

– - Но как ты его найдёшь, ведь столько лет прошло, теперь это не юноша, а взрослый мужчина. Едва ли ты даже узнаешь его в лицо при встрече!

– - Господь укажет мне на него! Раз его нет в Тумбесе, то искать его следует в Куско. Под предлогом проповеди мы должны проникнуть туда, причём не просто в город, но в дома знатных сановников. Мне необходимо узнать расстановку сил во власти. Кого можно склонить на нашу сторону, а с кем придётся вести беспощадную борьбу. Кто настолько опасен, что его лучше ликвидировать....

– - Андреас, я бессилен переубедить тебя, но если я узнаю, что ты хочешь лишить жизнь того или иного индейца, я постараюсь предупредить его.

– - Даже если он погряз в язычестве по уши?

– - Даже если погряз. Убивать нельзя...

– - А может, просто донесёшь на меня властям? Чтобы люди Инти мне кишки вырвали?

– - Не надо, я чту заповедь Господа "не убий"! Но до сих пор я думал, что у меня в этой далёкой стране есть друг, но теперь я убедился, что одинок... Я буду молиться, чтобы Господь образумил тебя и уберёг от греха.

– - Я тоже буду молиться за тебя, Томас.

После этого разговора Заря долго не спала, ещё и ещё раз прокручивая в памяти всё важное, что сказали друг другу монахи. Как жаль, что нельзя записать! Память у неё хорошая, во многом из-за неё на такую работу и выбрали, но всё-таки она боялась забыть что-то важное. Как только Томасу перестала быть нужна сиделка, Заря вернулась к работе в столовой написала для Инти отчёт. В тот же день ей было велено под покровом ночи явиться к Инти во дворец. Оказывается, узнав о странной болезни монаха, Инти опять тайно приехал в Тумбес, опасаясь, во-первых, что монаха могли отравить с целью провокации войны, а во-вторых, даже если его болезнь имела и естественные причины, его смерть могла быть использована врагами Тавантисуйю. Заря постаралась передать разговор монахов наиболее полно и точно, стараясь не упустить даже мельчайших подробностей. Всё это вызвало у Инти заметное беспокойство:

– - Итак, большая удача что ты всё это услышала. Очень многие в Куско склонялись к тому, чтобы разрешить монахам посетить столицу, любопытно им видите ли... Титу Куси тоже было любопытно, известно, чем это закончилось.... Но ничего, после того как я им передам рассуждения этого проклятого Андреаса, мне будет просто уговорить не подпускать его к столице и на пушечный выстрел. Томаса пустить будет можно, после того как разрыв между ними случится окончательно, а это лишь вопрос времени. Конечно, может случится, что Андреас, чтобы избежать внешнего разрыва, может попробовать от своего собрата избавиться, так что следить за ними нужно в оба, но всё-таки он вряд ли решится на такой риск, слишком осторожен, понял, что у нас тут внезапная смерть кого бы то ни было без внимания не останется. Сквернее всего другое -- Андреас откуда-то знает то, что он знать не должен. Знает больше, чем он сказал... Насколько больше, вот что важно.

– - Я не понимаю, -- сказала Заря, -- что он такого особенного знает?

– - А его слова про машины и демонов?

– - Я думала, это обычные бредни, ведь никакие демоны нашим амаута не помогают.

– - Конечно, никаких демонов нет, но машины, способные летать и машины, способные испепелять скоро у нас будут. Правда, насчёт полётов в Европу он преувеличил, хорошо если мы сможем перелетать из конца в конец своей страны.

– - Но это.... это разве возможно?

– - Нашим предкам казалось невозможным стрелять огнём. Они думали, что только только боги могут обладать громами, но теперь это нехитрое искусство доступно каждому воину. А насколько ускорилось сообщение между городами, когда наши курьеры стали ездить на лошадях? Тех самых лошадях, которые когда-то внушали ужас нашим предкам. Так что со временем и полёт может стать обыденностью, если только христиане нам дело не испортят.

Инти ненадолго замолк, а Заря смотрела на него широко раскрытыми от удивления глазами. Тогда он продолжил.

– - Вот что, это тайна, в которую даже в Куско посвящены немногие, даже не все из тех, кто носит льяуту, в Тумбесе же об этом не должен был знать никто, включая наместника, поэтому кто и как узнал об этом, тебе желательно выяснить, а для этого ты должна знать всё, -- отхлебнув сока из кружки, он продолжил:

– - Несколько лет назад среди тех, кто проектирует плотины, был один очень энергичный и талантливый человек по имени Иеро. Ещё в школе он был одним из лучших учеников, да и потом он славился своими проектами, ибо часто брался за самые сложные задачи, а потом с блеском их решал. Но самой большой мечтой его с детства было создать машину, при помощи которой люди могли бы парить в небе как птицы. Он создавал модели и они вполне себе летали, но чтобы создать полноценный аппарат, ему нужно было много парусины, а её ему неоткуда было взять. Он сперва по-честному попросил, но вот только в тот момент её для парусов не хватало, и потому ему не стали выделять столь ценный материал для "забавы". Правда, у него был шанс получить нужное попозже, но он не хотел ждать, и потому пошёл на преступление, украв нужный ему материал. Кража вскрылась, Иеро судили и приговорили к золотым рудникам. Тебе сейчас сложно представить, что это был за процесс... одно дело, судить взяточника, который крал из личной корысти, но тут пред судом был человек, которого до того знали с самой лучшей стороны, и который пользовался уважением в глазах всех, кто его знал. Для них это был страшный удар. Никто не мог и представить себе, что Иеро, всегда такой требовательный и строгий, способен на кражу. Ведь тогда его уже прозвали Иеро Капак, хотя он был и не из знати (Дословно "Железный правитель" или "железный король"). Но увы, даже самые достойные люди оступаются, если ставят свои интересы выше интересов государства. Всё-таки как ни чужды корысти были его мотивы, а кража остаётся кражей, и если за неё не наказывать, то воровать начнут и по менее извинительным поводам. Ещё наши предки поняли, что кража в одном месте неизбежно означает недостачу в другом. Конечно, будь у нас этой самой парусины вдоволь, то ему бы выдали её без проблем, но увы, мы слишком далеки от изобилия, чтобы позволить себе не рассчитанные заранее траты. Итак, опозоренного Иеро отправили на золотые рудники. Казалось бы, этим и должно было всё кончиться, но Иеро не смирился со своей судьбой, и хорошенько поразмыслив, написал самому Первому Инке. Он не оправдывался, не отрицал своей вины, однако доказывал, что создание крыльев может быть очень полезно для нашего государства, ведь тогда сообщение между разными частями страны убыстрится настолько, что донести любое известие из любой точки страны в столицу будет делом нескольких часов. Асеро внимательно прочитал это письмо, и понял его важность. Конечно, формально отменить судимость даже Первый Инка не вправе, но всё-таки было решено дать Иеро возможность воплотить его мечту в жизнь. Его освободили от рудников и поселили под охраной в одном из запретных городов, о существовании которых в горах знают главным образом лишь местные жители. Ему дали все необходимые материалы и помощников, позволили даже его жене и сыну переселиться к нему. Бедняга был счастлив до небес. Я лично видел эту встречу. Его жена решила по столь торжественному случаю нарядиться как можно лучше, и даже надела на руку золотой браслет, и в этом была её ошибка. Он был безумно счастлив увидеть её, но когда заметил на руке браслет, весь переменился в лице и дрожащим голосом сказал: "Сними его, спрячь, умоляю. Я теперь знаю, как добывают это растреклятое золото. Слишком оно тяжело достаётся, чтобы тратить его на такие глупости". Иногда я понимаю Ветерка, считающего, что наши законы слишком суровы, хотя заключённые из простого народа, отбыв свой срок, обычно не испытывают такого ужаса, только для тех, кто к труду руками не привык, всё это кажется сплошным кошмаром. Итак, сейчас Иеро живёт там и пытается создать искусственную птицу, он уже создал модель, способную поднять его сына-подростка, и катапульту к ней, но пока не достиг того, чтобы могли летать взрослые люди. Запретный город тщательно охраняют не столько из опасений, что Иеро сбежит(он сбегать и не думает, вполне доволен своей участью) сколько из тех соображений, что про этот город прознают христиане, и постараются уничтожить его и его обитателей.

– - Но зачем им уничтожать город? Неужели только из суеверного страха перед крыльями?

– - Тут дело не в суеверии церковников. Вообще-то они люди прагматичные, и могли бы разрешить летать, если бы крылья появились в Европе. Но это невозможно. Серебряную Птицу можно запустить только с катапульты, а значит, чтобы наладить сообщение по воздуху, необходимо покрыть страну сетью таких катапульт. Даже зная все секреты, они у себя такого не сделают по той же причине, по которой они не могут сделать себе водопровод. При их безответственности и воровстве все средства, выделенные на сколько-нибудь крупный проект, неизбежно теряются и разворовываются. А вот уничтожить запретный город, чтобы мы не смогли обрести сообщение по воздуху, они вполне могут. Если они узнают его точное расположение, мы должны будем перенести его куда-то вглубь страны, чтобы они не могли пересечь Анды со стороны Амазонии. Но дело это очень дорогое и хлопотное, согласия на перемещение скорее всего не дадут если не будет точно известно, что христиане знают всё... а если они ещё и про зеркала прознали, то дело совсем скверно.

– - Но ведь у христиан тоже есть зеркала!
– - удивилась Заря.

– - Да, есть, и потому они поначалу не догадывались, для чего нам так нужен секрет их изготовления. Они думают, что перед ними только прихорашиваться можно или украшать ими стены, но один наш амаута додумался до куда более интересного их применения. Давным давно, когда предки нынешних европейцев не были христианами, был у них один очень известный амаута, искусный в вычислениях. Так вот, когда его город осаждали враги, он создал из зеркал такую конструкцию, чтобы обращать солнечный свет в огонь и жечь их корабли. Правда, судьба его печальна, враги всё же ворвались в его родной город, убили его, и с его смертью были утрачены многие знания, в том числе и секрет этих конструкций. Однако когда один наш амаута прочитал эту историю, он примерно понял, как такие штуки должны выглядеть, и создал из имевшихся в наличии медных пластин образец... Когда у нас будут делать свои зеркала, можно будет защитить ими побережье, и вообще куда меньше использовать дрова, чем мы делали это до сих пор, а то у нас были серьёзные опасения, что леса могут закончиться лет через 50.... Так вот, уже через несколько месяцев зеркалами будет оснащено всё Побережье. В мирное время их будут использовать как печки в кузницах и для тому подобных нужд, но... если бы белые люди напали, ничего не зная про эти зеркала, то это был бы сюрприз... Ещё перед Великой Войной один белый негодяй цинично сравнивал наше беззащитное побережье с девичьей юбкой, которую ничего не стоит задрать, но теперь они обнаружат там шипы... Но раз они знают про эти шипы заранее, то примут меры, и это будет не столь действенно. Хотел бы я посмотреть на того негодяя, который всё разболтал, ведь это может обойтись в тысячи жизней!

– - Но может, Андреас не знает про зеркала, а под машинами, сжигающими всё огнём, имел в виду просто плод чьих-то фантазий? Они же про нас совсем порой ерунду выдумывают.

– - Хорошо, если так, однако мой опыт говорит об обратном. Если Андреас заикался об этом, то это скорее всего говорит об утечке... Может, конечно, ещё не всё пропало, если Андреас не вынесет эту тайну из города, но надежды на это немного...

Инти замолк, а Заря с грустью подумала о том, что у неё шипов под юбкой не оказалось. Пусть теперь уже всё зажило, и никаких последствий не наступило, но всё таки мысль, что она больше не девушка, неприятно саднила. Впрочем, как-то стыдно было страдать на эту тему рядом с Инти, который в своей жизни хлебнул горя и унижений никак не меньше её, а скорее всего, гораздо больше.

– - А кто в городе мог знать про зеркала?
– - спросила она.

– - Формально -- никто. Даже наместнику об этом должны были сообщить только через месяц, но... могли сболтнуть и гораздо раньше. Без злого умысла, просто по небрежности. И также по небрежности могли проболтаться о крыльях... Но наместника проще всего подозревать, потому что я убеждён, что он -- враг, но ведь сказать мог и кто-то другой! Нужно проверять всех из тех, кто посвящён, не имеют ли они родственников или близких друзей в Тумбесе... муторно, но другого пути нет, если только тебе не улыбнётся удача.