Чтение онлайн

Вдоль реки он уже не бежал — шёл быстрым шагом, ощущая, как усиливается боль в правой ноге. Чёрт, как же некстати. Время от времени Тайлер оглядывался, один раз даже остановился, потирая колено, и осмотрелся основательно. Всё выглядело безопасно: мамочки с колясками, бегуны с фитбитами на запястьях, молодёжь на роликах, велосипедисты... До частного пирса, где на приколе стояло несколько яхт, отсюда было рукой подать — минут пять-десять, и он на месте. Пить хотелось уже нестерпимо. С начала недели на город обрушилась жара, да к ней в комплекте ещё и высокая влажность.«Чертова левантидиская погода», — подумал Мартин и потянул ворот рубашки, ощущая, как неприятно прилипает к взмокшей спине лёгкая ткань. Стар он уже для таких забегов, что и говорить. Однако в тираж рано ещё списывать — во всяком случае, точно не этим тупым гориллам.

До причала оставались считанные метры. Въезд на частную территорию перегораживал шлагбаум, но в будке охранника никого не было видно — яхтовладельцы здесь появлялись не так часто, чтобы держать персонал в тонусе. Впрочем, сейчас это было Мартину только на руку. Он остановился, вытащил из кармана брюк металлическую визитницу и, с секунду покопавшись, извлёк sim-карту, заблаговременно купленную на чужое имя именно для такого случая. Осталось созвониться с приятелем, у которого иногда арендовал яхту на день-другой, когда приходила блажь вспомнить молодость, — и через пару часов он будет в полной безопасности.

Мартин усмехнулся и поднял голову в небо. Голубой безоблачный простор исчерчивали быстро тающие следы от пролетевших самолётов. Вот-вот, на высоте десяти тысяч километров, на пути к какому-нибудь богом забытому острову, где законом до сих пор является звонкая монета, никому не придёт в голову его искать.

Внезапно что-то сильно толкнуло со спины, голову расколола невыносимо острая боль, и земля полетела навстречу — вместе с запахами чахлой городской травы, бензина и гниющих у причала водорослей. Последнее, что успело воспринять его угасающее сознание: жухлая травинка и ползущий по ней муравей — чёрный, огромный, заслонивший небо. Вслед за этим к инспектору Мартину пришла тьма...

— Этот тоже считал, что он самый умный? Типа мы не просечём, как он отсюда свалить надумал? Типа тут у него другие варианты были? — Тощий блондин толкнул одного из «быков» локтем в бок, но тот лишь угрюмо покосился и сплюнул.

— Ладно, двинули, дело закончить нужно, пока никто не заявился. Бесплатно работать вы не настроены, надо думать. — Блондин сбросил шутовскую маску, мгновенно подобрался. Один из здоровяков вышел из густых зарослей и, убедившись, что поблизости по-прежнему никого, подал знак остальным.

— Клиент готов? — Тощий толкнул носком кроссовка лежащее ничком тело Мартина. Отвечать на риторический вопрос никто не стал, да он и не ждал ответа. Вытащил из левого кармана джинсов плоский мобильник, быстро, несмотря на отсутствие фаланги на указательном пальце, набрал нужный номер, откашлялся и, дождавшись, когда ответят, проговорил деловито:

— Нашли... да... всё в порядке...

Один из братков столкнул тело Мартина с пирса. Пару секунд понаблюдав, как расплывается на воде маслянистое тёмное пятно, а труп опускается под воду, Никлас Тайгер оскалился:

— Ну... он залёг на дно... как и планировал.

***

Пришлось поменять все рептухи — с крупносетчатых на мелкого плетения. За зиму лошадей разнесло настолько, что Клайв серьёзно поговорил с миссис Логан: либо её внучки берутся за ум и обеспечивают всем лошадям равномерную нагрузку, либо он отказывается выхаживать очередного бедолагу после приступа ламинита. Внучки, впрочем, раздобрели ещё больше, особенно Хейли.

Сидя на скамейке перед плацем, Клайв с безучастным видом наблюдал, как она пытается дотянуться ступнёй до стремени. Такое же безучастное выражение было и на морде у Голдена — не очень высокого, округлого мерина игреневой масти, привыкшего к наездникам и похуже.

Чтобы выйти из неудобной ситуации, Хейли попробовала схитрить и крикнула Клайву, что такие прыжки спине Голдена на пользу не пойдут.

— Если ты не можешь сесть в седло с земли, тебе вообще на лошади делать нечего, — последовал суровый ответ.

Разбаловались тут. Обычная подставка, сантиметров сорока в высоту, которую можно купить в любом фермерском магазине, их уже не устраивала. Клайв сколотил по просьбе девчонок чуть ли не лестницу под метр высотой, так что лентяйкам даже напрягаться не надо было, чтобы сесть в седло. Ну, вот и результат — скоро колобками по земле кататься будут, ездюхи.

Клайв вспомнил недавнюю историю. Расплата за потакание бабским капризам настигла его, когда вместе с Хейли он сопровождал группу прокатчиков в горы. На раздобревшем Голдене даже крепко затянутые подпруги седло не удерживали, оно сползало вместе с пищавшей от возмущения девушкой. Пару раз ей приходилось перекидывать ногу и, упираясь только в одно стремя, подтягивать седло в нужное положение. Но на третий раз рывок оказался слишком сильным — седло передвинулось на спину, потом сползло на другой бок, и Хейли оказалась сначала под животом многострадального мерина, а следом — и на земле. Прокатчики наблюдали за всеми этими манипуляциями с нескрываемым восторгом.

Попытка сесть обратно успехом не увенчалась. Хейли подтянуться в седло не могла, прокатчики начали в открытую посмеиваться, а Эванс — матюкаться про себя, наблюдая за беспомощными прыжками. Красная от стыда и бесплодных усилий Хейли оглянулась на него с выражением бессильной злости. Клайв понял, что она вот-вот пустит слезу. Прокатчики замерли в ожидании зрелища. Надо было выручать дурёху.

Соскользнув со спины Беби, Эванс подошёл к девчонке с намерением подсадить. Помог дотянуться ногой до стремени, подпихнул под увесистую задницу, едва удержавшись, чтобы не шлёпнуть, — исключительно в назидание, хотя, чего уж там, грешные мысли тоже появились. Сам он ездил без седла, однако запрыгивать на кобылу с земли не любил — берег старухе спину. Пришлось, поставив Беби рядом с Голденом, воспользоваться стременем Хейли. Оказавшись на спине лошади, обернулся к остальным:

— С каждого по пять баксов за представление.

К концу поездки можно было бы собрать неплохую выручку — представление повторилось ещё раз семь. Хейли полыхала аки маков цвет и кусала губы, чтобы не разреветься.

По возвращению пришлось всерьёз поговорить с миссис Логан, теперь уже по поводу внучек.

И вот сейчас, здрасте-пожалте, опять тот же цирк. Понятно, что за неделю упитанные коровушки в хрупких ланей не превратятся, но всё равно — злости уже не хватает на этих баб. Так и подмывает взяться за хлыст, чтобы у девицы прыти прибавилось.

Внезапно ощутив спиной чей-то взгляд, он резко обернулся и обнаружил, что у шоу под названием «сейчас-сейчас, попытка номер девяносто восемь» обнаружился ещё один зритель. Худощавый смуглый мужчина не без насмешки наблюдал за безуспешными попытками Хейли запрыгнуть в седло с земли.

Клайв нахмурился и сплюнул. Махнул Хейли: мол, всё, на сегодня закончено. Не спеша поднялся со скамейки, сплёл руки на груди и уставил в незваного гостя пристальный взгляд. Ну? Какого чёрта козлу аппийскому тут надо? Эванс уже раза три пытался втолковать этому Лаккаре, равно как и людям инспектора Кларка, что ни на какие вопросы отвечать не будет, ничего не знает, ничем помочь не может. Точка.