Чтение онлайн

— Я вижу. Я рада, что вы в порядке, — сказала она Джеку.

— Мы заполним необходимые документы, — я кивнула на стопку бланков, которые она держала. — Не могли бы вы дать нам несколько минут?

— Конечно. Я буду в своём офисе.

— Мы? — сказал Джек, после того как она ушла. — Мне нравится, как ты втянула меня в это. Но не уверен, что мой почерк подойдёт для заполнения каких-либо форм. — Он согнул свои грубые окровавленные пальцы.

— Ну, я не позволю тебе скрыться из виду. Но сначала я хочу увидеть Бахати. И я хочу точно знать, что произошло.

— Случилось так, что К.К. и его головорез сильно избили меня, — он потянулся к моей руке, когда охранники открыли для нас ворота.

— Да уж. Я видела часть, — ответила я, думая, как я до смешного счастлива от того, что моя рука держала его руку. И моё сердце. — Начни с хорошего. Ну, знаешь, когда ты надрал их жалкие задницы.

— Всё произошло не совсем так, — он усмехнулся. — Итак, я лежу на спине, почти уверенный, что со мной покончено, когда они начинают спорить. К.К. злится, потому что он велел другому парню остановить водителя, но теперь поезд уходит, и дети всё ещё на нём. Другой парень кричит, что он вернулся, чтобы спасти задницу К.К., когда увидел, что я одержал верх. На что К.К. орёт в ответ, что ему не нужна ничья помощь, и это просто неуважение к нему. Между тем, я на земле возле машины Бахати. Дверь открыта с того момента, когда его вытащили наружу. И что я вижу? Сумка Бахати — та, которую он использует, когда надевает полный костюм Масая в «The Grand Tulip». Она свалилась на пол, и из неё торчало его копье. Так что пока К.К. и его друг ссорятся, я медленно двигаюсь в её сторону. Остальное произошло так быстро, что всё размылось. Сначала я справился с его приятелем, развернул копье и ударил его по ноге. Затем я пошёл на К.К., но он маленький, быстрый и злобный. Он продолжал уклоняться от моих уколов, ожидая, когда я устану. Он знал, что я не продержусь долго. Не с травмированной рукой. Чем больше времени я тратил впустую, тем дальше ты была. Так что я загнал К.К. в заднюю часть его фургона. Связал его и его приятеля, спина к спине. Я запер их там, где они держали детей. Без воздуха, без окон, без света. Он смеялся, когда я уходил. Жуткий маленький ублюдок. Он сказал, что ему нравится ирония произошедшего.

— У меня мурашки от него, — сказала я. — Мы должны сообщить полиции, где его найти. Это напомнило мне о том, что мы должны позвонить Гоме. Она собирает поисковую группу. — Я остановилась, увидев машину. — О, Боже, тебе удалось проехать весь путь сюда на Сьюзи?

Она была помятой, пыльной и сильно потрёпанной. Её бампер был искривлён, одна фара болталась, другая разбилась.

— Ро, это ты? — услышала я «мяуканье» внутри машины.

«Рo. Он назвал меня Ро». Я улыбнулась как идиотка. Теперь он считал меня своим другом.

— Бахати?

Он лежал на заднем сиденье, завернутый в блестящее металлическое аварийное одеяло как картошка, которую собирались запечь в духовке.

— С тобой всё в порядке?

— Мой глаз всё ещё опухший. — Он посмотрел на меня другим. — Ты же не думаешь, что это навсегда, не так ли? Я зарабатываю на жизнь этим лицом. И мне очень холодно. Я думаю, что мне может понадобиться замена коленной чашечки. Всё болит. Я едва могу двигаться, но я так рад тебя видеть. Оу, — простонал он, пытаясь перевернуться на другой бок.

Я бросила обеспокоенный взгляд на Джека, но он закатил глаза.

— Я уверен, что мы можем попросить кого-нибудь в детском доме дать тебе что-нибудь от боли, — сказал он. — Пока мы не доставим тебя к врачу. Хочешь зайти?

— Я не думаю, что смогу встать.

— Еда? — соблазняла я. — Ты голоден?

— Нет. Я не думаю, что могу есть. Мою челюсть ломит. Из моего носа идёт кровь. Я не чувствую вкуса, и у меня есть порез прямо здесь, — он высунул язык, чтобы я увидела.

— Все дети ждут тебя. Персонал тоже. Ты герой, Бахати, — сказал Джек. — Они хотят сфотографироваться с тобой.

— Они ждут? — Бахати спрятал язык обратно.

— Да. Но не волнуйся. Я скажу им, что ты плохо себя чувствуешь. Пойдём, Родел.

— Подожди, — раздался громкий шорох, пока Бахати стягивал с себя одеяло. — Возможно, я смогу заглянуть ненадолго.

— Ты уверен? Ты на самом деле в плохой форме, приятель.

— Я знаю, но я не хочу разочаровывать их.

— Отлично. Тогда пойдём, — Джек открыл дверь и высунул руку наружу.

— Нет. Не так. Передай мне мою сумку. Я пойду в моей одежде Масаев.

— Ты же не серьезно.

Но Бахати настаивал, поэтому мы отвернули головы и игнорировали стук и ругань, когда он переодевался в машине.

— Так как ты его нашёл? — спросила я Джека.

— Я запрыгнул в Сьюзи, пытаясь догнать тебя, и обнаружил, что часть поезда отделилась от состава. Я подумал, что они добрались до тебя. Боже, Родел, я всё потерял. Я взял несколько следов и направился туда, когда что-то услышал. Я последовал на звук, пока не наткнулся на два пучка травы. Это был Бахати. Чихающий. Он спрыгнул с поезда и покрыл себя грязью, чтобы спастись от людей, которые, как он думал, всё ещё искали его. Только когда он сказал мне, что тебе удалось уйти, я снова смог дышать.

— Я так волновалась за тебя. — Я положила свою ладонь на его щёку.

— И за меня? — подхватил Бахати из машины.

— За тебя тоже. — Я засмеялась, позволяя своей руке упасть. — Я так рада, что тебе удалось сбежать от этих людей.

— Это была очень хитрая маскировка. Думаешь, дети захотят это увидеть? У меня есть памятный сувенир, — Бахати поднял вверх вырванную веточку травы.

— Вот. Давай я её подержу, — Джек взял её и помог Бахати выйти. Мы поддерживали его, когда он захромал к воротам.

— Имя? — спросил один из охранников. В его списке уже были я и Джек.

— Меня зовут Бахати. Ну, это не совсем моё имя. Это мой ник. Вернее, часть моего никнейма. Я никогда не получал имя воина, но теперь я настоящий воин. Я спас моего отца. Он вождь. И я спас детей и Ро. Меня пригласили, так что откройте ворота. Они ждут меня! — Он держал копьё поднятым, пока вещал как герой драмы.

Охранник быстро конфисковал его и оставил его стоять там. Джек вставил в его руку желтоватый пучок травы, и мы торжественно подождали, пока охранник перевел взгляд с меня на Бахати и на Джека. Прошло несколько секунд, прежде чем он покачал головой и позвонил в офис.

— Мисс Жозефина говорит, что вы можете войти.

Он открыл ворота и отошёл в сторону.

— Видишь? — Бахати покачал травой, хромая.

Когда он вошёл, дети окружили его, приветствуя, как будто они встретили старого друга. Спина Бахати выпрямилась, глаза прояснились, и внезапно он перестал нуждаться в том, чтобы мы поддерживали его.

— Я думаю, что на некоторое время всё в порядке, — сказал Джек, ведя меня к офису, где нас ждала Жозефина. Он позвонил Гоме, пока я заполняла документы. Я могла разобрать облегчение и ругань, смех и угрозы с другого конца линии.

— Как поживает Схоластика? — спросил Джек. — Есть какие-нибудь новости от инспектора Хамиси о её отце? — он на мгновение замолчал. — Хорошо. Нет, оставайся на месте. Скоро увидимся.

Я бросила на него вопросительный взгляд после того, как он повесил трубку.

— Пока никаких новостей о Габриэле, — сказал он.

— Я уже говорила с Джозефиной о нём. — С её разрешения я показала Джеку регистрации и все записи Габриэля.

— Тут всё законно, — сказал Джек, листая страницы.

— Габриэль? — брови Жозефины поднялись. — Абсолютно. У вас были сомнения?