Чтение онлайн

Когда Герман оступился и упал за борт, никто не побежал к мачте.

Руководитель экспедиции, забыв отдать команду «спустить парус», пытался вместо этого выполнить пункт два — спустить резиновую лодку. Но ее слишком крепко привязали — чтобы отвязать бензеля требовалось время, которого у них не было. Бенгт прибежал на помощь Туру, и, пока они возились с найтовом, он надеялся, как записано в судовом журнале, что парус спустит кто-то другой. Но все остальные схватились за спасательный пояс — в отсутствии ясного приказа они тоже забыли про парус. А когда Тур и Бенгт подбежали к корме с лодкой, то увидели в волнах уже не одну, а две головы.

Тур больше ничего не пишет в судовом журнале о парусе. Но когда Кнут спросил, почему не был спущен парус, Тур ответил, что на фале был узел.

С таким объяснением Кнут никак не мог согласиться. Он понял: когда Тур увидел Германа в воде, его парализовало от страха.

Для мореплавателей ситуация «человек за бортом» — самое страшное, что может случиться. Успех спасательной операции зависит от правильности и быстроты решения. «Кон-Тики» невозможно было управлять, когда он плыл, гонимый ветром, да и снизить скорость можно было единственным способом — спустив парус. Но Тур не имел достаточного опыта плавания под парусом, чтобы действовать по рефлексу, и парус остался на месте. Сам он плавать не умел, и это также влияло на его восприятие происходящего. Когда наступил кризис, именно эти обстоятельства стали главной причиной того, что он потерял контроль над ситуацией.

Постепенно экипаж «Кон-Тики» успокоился. Тур созвал собрание. Он выразил общую радость по поводу того, что Герман по-прежнему с ними, и все сказали множество приятных слов Кнуту {594} . Затем они еще раз обсудили, как повысить безопасность на плоту, и, в сущности, ничего нового не придумали. Тур призвал свою команду к осторожности и заметил, что Герман проявил беспечность и поэтому отчасти сам виноват в случившемся. «В наказание за то, что он свалился в воду, ему вменили в обязанность следить за тем, чтобы спасательный пояс и канат всегда были в порядке», — отмечает Кнут в своем дневнике. На этот раз Кнут безоговорочно поддержал Тура.

В этом деле есть один тонкий момент. «Герман Ватцингер не падал в воду. Это мы придумали потом, чтобы его выгородить. Не подумав как следует, он прыгнул за спальным мешком, который свалился за борт», — признался Кнут автору этих строк.

К вечеру ветер усилился, и в течение пяти дней тропическая непогода держала экипаж в напряжении. На темном небе сверкали молнии, ветер выл и пытался растерзать плот на части, обрушивая на него потоки воды. Рулевое весло сломалось, парус разорвался. Бальзовые бревна погрузились еще глубже, и бензели ослабли. Сомнения не было — плот понемногу начинал разваливаться.

Однако плыть им оставалось уже недолго. Двадцать восьмого июля Эрик сказал, что судя по его расчетам, до острова Пукапука всего шестьдесят морских миль — полтора дня пути. На следующий день они каждые четверть часа по очереди залезали на мачту. Первому, кто увидит землю, была обещана шоколадка.

Кнут пишет в своем дневнике: «Хоть бы только увидеть первую верхушку пальмы — и пусть все делят шоколадку между собой» {595} .

Птиц вокруг плота становилось все больше — верный признак того, что недалеко суша. Однако острова в этой части Тихого океана невысокие, их наивысшие точки, как правило, расположены на уровне верхушки самой высокой пальмы. И если они пройдут мимо Пукапуки на расстоянии больше десяти-двенадцати морских миль, то не увидят острова.

На следующий день Эрик по высоте солнца определил, что они находятся довольно далеко от того места, где должны были быть по его расчетам. От радиолюбителя с островов Кука они узнали, что координаты Пукапуки зафиксированы не очень точно, и поэтому положение острова на разных картах отличается. Так, найдут ли они остров?

Наступила ночь, а земли так и не видно. В небесах — полнолуние.

На рассвете 30 июля Герман выигрывает шоколадку. В 6 часов 10 минут утра он замечает остров Пукапука в виде бледной полоски на горизонте в юго-восточном направлении.

Экипаж быстро вскочил на ноги и все по очереди начали рассматривать остров в бинокль. Над вершинами пальм стоял густой столб дыма, и ветер доносил до них запах гари. Давненько они не ощущали ничего подобного! У Тура вид Пукапуки пробудил воспоминания об острове Фату-Хива.

Наконец-то земля! Капитан Вильхельм Эйтрем утверждал, что при самых благоприятных обстоятельствах им потребуется 97 дней, чтобы дойти до первого острова. Шел 93-й день плавания.

Земля! Тур Хейердал обещал премию в виде плитки шоколада тому, кто первый увидит землю

Однако мореплаватели не потеряли голову от счастья. Они, конечно, радовались, что достигли Полинезии, но были огорчены тем, что не могут причалить к берегу. До пальм на горизонте было около десяти морских миль, а течение и ветер относили их в сторону от острова.

Но Пукапука — это только первый из многих островов. У них еще остаются шансы.

Они обсуждали этот вопрос неоднократно, но когда увидели землю, вопрос стал ребром: «Как закончится путешествие? Что произойдет, когда кончится океан и начнется земля?» — пишет Тур в судовом журнале.

Острова архипелага Туамоту — атоллы. Вход в лагуну атолла обычно закрывает коралловый риф. Часто из океана в лагуну ведет только один проход, и этот проход обычно бывает с подветренной стороны рифа. В таких проходах, как правило, сильное течение, и в них бывает трудно управлять даже хорошо оснащенным парусным судном. А плотом «Кон-Тики» — они знали это — управлять будет просто невозможно. Плот нельзя ни остановить, ни повернуть, а, чтобы идти на веслах, их слишком мало на борту.

Альтернативный вариант состоял в том, чтобы обогнуть остров, подплыть к нему с подветренной стороны и надеяться на то, что удастся бросить якорь.

Другая более опасная альтернатива — пустить «Кон-Тики» прямо на рифы. Но тогда под угрозой окажется и сам плот, и жизни людей. Поэтому Тур решил отказаться от этого варианта. Команда начала собирать старые батарейки и другой хлам для устройства якоря.

Третье августа — норвежский праздник, 75-летие короля Хокона VII. С плота была направлена телеграмма с поздравлением и получен ответ. Король пожелал им удачи.

В тот же день на горизонте показался атолл Ангатау. На этот раз остров возник на западе, и шансы пристать к нему выглядели неплохо. Когда они подошли ближе, то увидели белую кипящую массу разбивающихся о рифы волн. Они направили плот вдоль острова к юго-западу. До пальм оставалось не больше нескольких сотен метров.

Вдруг они увидели людей на острове и пирогу с двумя полинезийцами, плывущую по направлению к ним. Тур вспомнил несколько слов, выученных им на острове Фату-Хива, и дал понять, что они хотят пристать к берегу. Полинезийцы стали размахивать руками в сторону мыса, на котором стояли два человека с французским флагом, показывая, где начинается проход между рифами. Под слабым восточным бризом Эрику удалось повернуть «Кон-Тики» на несколько градусов вправо. Экипаж уже предвкушал радость сельского праздника.