Чтение онлайн

У 198 км небольшой перекур. В 15.15 на Берегу Уральских самоцветов выглянуло солнышко. Да, я совсем забыл описать уральские самоцветы! Их всюду навалом. Они размером с кулак, есть и поменьше. Диапазон расцветок очень широк: от черного до серого, даже беловатого. Оля на каждой остановке набирала коллекцию, стоящую целого состояния. И если бы Леша не выкидывал при всякой возможности очередной клад из байды, она затонула бы на третий день.

Камень Синий 205 км. Скала "Красная гора 209 км." Потом пошла очередь серых скал без названия. (Табличку стибрил кто-то). Осталось 7 км до Кына. У последнего кынского переката, откуда ни возьмись, появилась моторная лодка, управляемая очкастым маньяком. Она на бешеной скорости понеслась на байду адмирала. На крики маньяк не реагировал, собираясь протаранить нас насквозь. Расстояние стремительно сокращалось...

И только мастерство рулевого позволило избежать катастрофы.

Около 4-х часов пополудни наша эскадра вошла в тихие воды прикынья и причалила к верфи. Старинное русское село Кын было пустынно, - не ждали нас так скоро; торжественную встречу и бал у губернатора отложили на вечер. Левый берег 216-го километра был густо засыпан толстым слоем шлака, всякими металлургическими отходами, среди которых я насобирал старинные кованные гвозди всех размеров (кстати, очень полезная вещь для наведения порчи). На станцию Кын автобус ушел в 11.30, но для нас специально губернатор обещал подать еще один в полночь. Времени было навалом. Какого хрена сэкономили 5 мин. и еще 1/30 сек. на Демидовом кресте!?

Мы не торопясь собирали байдарки, ждали до вечера, пока дождь их не подсушит, отвечали на вопросы корреспондентов. Весть о заморских первопроходцах быстро разнеслась по безлюдному селу. Местные жители (двое пацанов и собака) с уважением смотрели на мужественные физиономии путешественников, отполированные ветрами всех широт 60-й долготы. Немногословные, молчаливые, мы сворачивали свои прокопченные байдарки и упаковывали ящики с сокровищами и редкими находками. Потом Серега залез на дерево и стал кукарекать свои издыхалки, распугав встречающих, и село окончательно вымерло.

И тут в голове у Олега обнаружили клеща. Долго и безуспешно выдергивали. Каждый попробовал, кому не лень. Лишь я не смог поднять руку на ребенка. Олег, скрипя зубами, ждал окончания операции. И только слабый стон услыхали мучители. Уральский клещ - это не вампир мексиканской сельвы, южноамериканские вампиры крупнее и злее, но зато их очень удобно выдергивать. Прямо за ногу или за руку ухватишь, бывало, дернешь, и добиваешь контрольным выстрелом. А уральские жертвуют туловищем. Вот и на этот раз Боря оторвал туловище, а голову удалить никто не смог. Между тем укус энцефалитного клеща может привести к трагическому исходу.

Повели Олега в больницу к местному знахарю. Тот долго плясал и прыгал вокруг костра, молился перед священным дубом, приносил ритуальные жертвы Брахмапудре. Но и он ничем практически помочь не смог, кроме иммунитетного укола. От знахаря мы узнали, что клещей надо травить керосином или камфарным маслом.

Да, еще оказалось, что уральские избы никто паяльной лампой не чернит, они чернеют сами от кислотных дождей. Вот такая здесь экология. Воду из реки местные не пьют. Цинк здесь, сказал прохимиченный мужик. Они его не добывают, но зато получают. Бесплатно. Что и подтверждается рядом серьезных заболеваний.

Вечером был прием у губернатора, обмен любезностями и подарками. По его милостивейшему соизволению заработала ночью хлебопекарня и истосковавшийся по хлебу народ набросился на горячие буханки, как стадо камнеедок на импортный булыжник. А в полночь нам любезно был подан отдельный автобус.

Прощание было коротким. Но, думаю, уральцы надолго запомнили кандыляющего адмирала без знаков различий, Лешу, с завидной неустрашимостью поливавшего водой попутчиков, обросшего щетиной Леню Дубовского, нищую Ирену, Серегу, орущего кричалки и вопилки, конопатого Игорька, Диму, чемпиона по стрельбе вслепую, немногословного смышленого подростка 4-х лет с торчащими из головы челюстями знаменитого уральского вампира, Олю, своей коллекцией самоцветов окупившей все расходы экспедиции и двух Лен, счастливых, что опасное путешествие закончилось, их чумазые дети - живы и больше им ничего не угрожает.

Впрочем, они вовсе не чумазые, а только немного вывалены в грязи. Но, если разобраться, это и не грязь вовсе, а тонкий слой из халвы, копоти, шоколада, глины, пыли, жира, супа, соплей, пряников, печенья и слез.

К О Н Е Ц . . .

Транспортное приложение (А.Дещере)

Замечания для отправляющихся в путь.

По слухам, с которыми нас любезно познакомили в справочной Ярославского вокзала, дальние поезда на ст.Коуровка не останавливаются, поэтому ехать туда надо с пересадкой в Кузино (участок Пермь-Екатеринбург Свердловской железной дороги).

Перевозящий преимущественно русско-китайских челноков спецпоезд Москва-Хабаровск, на котором мы имели несчастье отправиться к этой проклятой станции, уходит из Москвы почти в 12 ночи, поэтому уже удивительно, что мы не перепутали дату отъезда. У входа на злополучную ...надцатую платформу у нас попросили справку о весе багажа. На 8 взрослых и еще несколько детских билетов мы везли чуть меньше 200 кг, считая вместе с байдарками, вещами, продуктами и бланками этих самых билетов. Но таможню такой ответ, естественно, не устроил. Пришлось бежать в темное полуподвальное помещение, где в жуткой давке за несколько минут до отправления нам удалось-таки получить необходимую справку.

(Примечание: при этом даже не потребовалось ставить вещи на весы. И денег за справку сверх госцены (что-то около четверти стоимости билетов) с нас тоже не взяли)

В дальнейшем группам, отправляющимся на прохождение этого маршрута, можно рекомендовать следующее. Во-первых, берите с собой больше, как можно больше детей, желательно в возрасте до 5 лет. Во-вторых, самые объемные вещи вроде спальников надо разложить в женские рюкзаки, предварительно убрав оттуда все самое тяжелое. Тушенку, ремнабор и прочие тяжести проносят в рюкзачках у малышей, сидящих на шее. Дайте таможеннику подержать один двух-трех-килограммовый женский рюкзак, с трудом помещающийся под крышей платформы, и если после этого он все равно отправит вас взвешиваться, можете смело плюнуть ему в морду. Разумеется, предварительно надо отойти, а лучше отъехать своим поездом на безопасное расстояние.

В-третьих, оставьте сверху достаточное количество анорак и штормовок, которые можно будет быстро переодевать в случае необходимости. Вещи делят на небольшие упаковки и носят к поезду поочередно, меняя одежду и нашейных детей. Как показал боевой опыт абордажа скорого поезда Пермь - Москва , первые рейсы надо делать в максимально серой, неброской и незапоминающейся одежде, а модные фраки, черные очки и накладные бороды оставлять на потом.

В-четвертых, не бойтесь гадов. Но - как красная тряпка на быка, на этих людей действуют всевозможные тележки, сумки с колесиками и т.п. до кукольных детских колясок включительно. Впрочем, всем этим вещам не место в снаряжении истинного первопроходца.

Матерые автомобилисты, набившие руку на кидании гаишников, советуют проходить блок-посты вслед за спонсором . Заметив идущую в нужную сторону достаточно большую кучу вещей, на фоне которой скромные пожитки туриста-водника просто незаметны, надо точно рассчитать момент секундной слабости отхватившего богатую добычу таможенника и решительным броском взять цель. Здесь особенно важны количество и возраст сидящих на шее детей.

Самый последний совет, для тех, кого не вдохновили все предыдущие. По народной примете, у многих платформ два конца...