Чтение онлайн

Он рассказал мне о девушках, которые грозились покончить с собой, а одна даже преуспела в этом, отчего он ужасно переживал. Говорил о том, что понял, насколько ему легко подцепить женщину. Как-то раз, по его словам, одна студентка университета мастурбировала о дверную ручку его закрытой на ключ комнаты, выкрикивая во время оргазма «Я тебя ненавижу», в то время как он со своей новой любовницей сидел, притаившись, внутри комнаты. Все это должно было звучать как глупое хвастовство, но, глядя на его симпатичный угловатый подбородок в тусклом свете лампы, мне было нетрудно понять тех, кого он свел с ума.

Я слушала его рассказ о том, что ему нравится быть с Мелиссой именно потому, что она им совершенно не интересуется как мужчиной. Он прекрасно понимает, насколько это тягостно, когда тебя любит кто-то, кто тебе совершенно не нравится, и у него появилась возможность побыть при Мелиссе в роли всех тех, что рыдали у него в объятиях. Это стало проверкой его внутреннего Я и возможностью искупить вину. Короче говоря, у него были те же самые мотивы помочь моей сестре, что и у меня.

Генри сделал официантке заказ. Потом спросил:

— Тебе нравится работать на Пола?

— Нормальная работа. Конечно, не предел мечтаний, но ничего.

— Я не имею в виду работу. Нравится ли тебе то, что ты работаешь на Пола?

— Я не понимаю.

— Ваши отношения. Тебя возбуждает то, что он еще и платит тебе зарплату?

Я внимательно смотрела на него. У него на щеке была ресница.

— Почему ты заволновался по поводу Пола? Я его вообще давно не видела.

— Я не спрашиваю о Поле. Я спрашиваю о тебе.

— Мы не обсуждаем деньги, — солгала я.

— Как тебе понравилось бы, если бы Пол был тебе должен?

— Почему ты спрашиваешь?

— Если хочешь, я буду давать тебе столько денег, сколько тебе Пол платит в месяц. Это не много, но достаточно, чтобы прожить. А если хочешь, можешь продолжать работать и откладывать зарплату от Пола на банковский счет.

— Зачем?

— Мне не нужны деньги.

— Это не причина.

— Я ленив, Сара. Всегда был таким. Мама часто говорила мне, что я родился на десять дней позже срока только потому, что поленился вовремя выбраться наружу. Она кормила меня грудью до четырех лет. В то время, когда другие дети учились читать и писать, я бездельничал, сидя один в углу. Я до сих пор не научился ни плавать, ни ездить на велосипеде.

Он смотрел в окно.

— Я был ленивым в школе и на моей первой работе. И жив только потому, что мои родители были состоятельными. В пятнадцать лет я встретил свою идеальную женщину. Помнишь, Мисс Вестон — Джули Шо? Я рассказал, что произошло с ней, но не упомянул, что произошло со мной. В тот момент, когда я увидел, как Джули обняла Кристиана, я перестал быть ленивым.

Есть определенное удобство в том, чтобы не прикладывать усилия, но это удобство одиночки. Тебя поддерживает знание того, что ты играешь, показывая только четыре карты. Но, когда видишь, как другие выигрывают, имея посредственные способности, приходится принимать какое-то решение. Если открываешь последнюю карту, это означает, что ты уверен в выигрыше, но одновременно и то, что у тебя ничего не осталось в запасе.

Я хотел Джули, но больше всего мне хотелось стать таким человеком, который понравится ей. Я пошел к отцу и попросил у него в долг денег. До тех пор он меня содержал, но теперь я впервые попросил у него значительную сумму. Я был почти уверен, что он мне откажет. Но вместо этого он обрадовался моей просьбе, особенно когда я сказал, что хочу их вложить.

Когда я начал заниматься бизнесом, то обнаружил, что люди мне доверяют. Я всегда был со всеми откровенен и таким образом завоевал уважение. Завязывая с кем-нибудь отношения, я поддерживал их, радуясь успеху других. Я вкладывал деньги только в Вестон, желая, чтобы мои деньги пошли на благоустройство места, где я живу.

Я начал с ресторанов, потом перешел к торговому центру. Отовсюду получая небольшую прибыль, вкладывал деньги в очередные предприятия. И все время старался развивать себя. Конечно же, я стал одним из самых завидных женихов Вестона и обратил на себя внимание местных матушек, у которых были дочери на выданье. Пришло время забыть о Джули и принять другие, открывшиеся передо мной возможности.

В течение года я встречался с разными девушками, с каждой месяца по три, прежде чем расстаться с ней. Мне нравился сам процесс ухаживания, особенно знакомство с семьями девушек, однако через некоторое время чары очередной пассии рассеивались и я переходил к следующей. Но так не могло продолжаться бесконечно и неизбежно привело бы к тому, что матушки заклеймили бы меня как непригодного жениха.

Поэтому я женился на Дебби, которая была лучшей из всех, которые мне до тех пор попадались. И, к своему удивлению, никогда не пожалел об этом. Я выбрал Дебби за ее честность и доброту, но у нее оказалось еще много всяких других качеств, как и у любой другой женщины. У нее не было никаких темных тайн, но ей была присуща невероятная отзывчивость и удивительная человеческая теплота. Она любила меня прекрасной, хотя и любовью непростой, — я уверен, что много раз неосознанно, не желая того, причинял ей боль.

Наверняка Дебби знала о том, что в течение всей супружеской жизни я был одержим одной целью — найти и удовлетворить свою женщину. Началось все с Джули, но после ее самоубийства стремление осталось. А после смерти Дебби даже обострилось. Я преуспел, но для кого? Моей дочери не нужны мои деньги, мой сын растранжирит их. К тому же радость, которую могут от этого получить мои дети, не принесет мне удовлетворения. Каждый раз, когда я серьезно задумываюсь об этом, мне приходит в голову один-единственный человек, которому я хотел бы передать их. Это ты. Смотри на эти деньги как на небольшой подарок, который поможет тебе подняться. Что-то, что останется у тебя обо мне после моей смерти.

Я оглянулась вокруг, высматривая официантку, не понимая, почему еще нет нашей еды. Генри сидел, наклонившись над столом, нахмурив брови.

— Не знаю, смогу ли я принять их, — наконец сказала я.

— Почему нет?

— Слишком большие обязательства.

— Какие обязательства? — спросил он. — Деньги не влияют на наши отношения. Даже если ты скажешь, что больше не желаешь меня видеть, я все равно хочу, чтобы у тебя были эти деньги.

Наконец появилась официантка, и я засуетилась с соусами и приборами, чтобы выиграть время на раздумья. Я была очень сердита на Генри. Всю неделю я обдумывала, как восстановить нашу близость, и была готова на все, чтобы показать ему, насколько наши отношения важны для меня.

— Ну, что скажешь? — спросил он.

— Пока не знаю.

— Что ж, довольно разумно.

Он начал ковырять свою еду на блюде. Я подумала, что его беспокоит мое нежелание дать ему прямой ответ, но он проговорил:

— Мне еще кое-что нужно сказать тебе, но не хочется, чтобы ты связывала это с тем предложением, которое я сейчас сделал.

— Ладно.

— Я не хочу, чтобы ты больше приходила ко мне по воскресеньям.

— Понятно.

— Я знаю, что это не лучший выход и что было бы гораздо разумнее, образно говоря, снова вскочить на коня, который меня сбросил, но мне не мешало бы на некоторое время забыть о моей неудаче. Это не навсегда, хотелось бы вместе с тобой решить эту проблему, но мне нужен небольшой перерыв, чтобы восстановить уверенность в себе.