Чтение онлайн

– Братство, равенство, свобода!
– эти некто неприменули ответить, и их ответ прогремел, потому как их было достаточно много.

– Является ли кандидат должным образом приуготовленным?
– громко вопросил какой-то незнакомый Рудольфу голос, а бедняга торчал в одном ботинке с завязанными глазами и молчал, не зная, что сказать.

– Да, является!
– ответил за него Траурихлиген, впившись пальцами в плечо Рудольфа, таким образом, видимо, приказывая последнему молчать.

– Согласен ли кандидат стать адептом ложи по доброй воли и без принуждения?
– снова вопросил тот же голос, и Рудольф Шталь тогда по настоящему испугался: его в секту какую-то тащат или куда?? Он только раскрыл рот, чтобы сказать, что не хочет, но Траурихлиген вцепился в его плечо с такой силой, что вызвал острую боль.

– Да, согласен!
– Траурихлиген снова ответил за него, а Рудольф чувствовал, как от страха подкашиваются его ноги. Голос что-то говорил заунывно, монотонно, словно читал по книге, а Рудольф не разбирал слова, потому как страх поглотил его разум...

– Приведите кандидата для принятия присяги!
– потребовал этот страшный голос, а Траурихлиген толкнул Рудольфа вперёд, заставив шатко-валко пройти несколько шагов.

– Тайный мастер, снимите с кандидата повязку!
– голос снова отдал приказ, и сглаз Рудольфа наконец-то сдёрнули повязку. Первым, кого он увидел, был этот самый "тайный мастер" - Траурихлиген отходил от него в сторону с повязкой в руке, а кроме него тут, у выской бежевой стены, в шеренгу стояли некие незнакомцы, одежду каждого из котороых дополнял странного вида передник. Такой же передник был надет и на Траурихлигена, а когда Рудольф в замешательсве посмотрел на него - Эрих кивнул вперёд, чтобы Шталь смотрел туда, а не на него. Рудольф машинально глянул и увидел ещё одного незнакомца, который имел на голове устаревшую треуголку и в отличии от остальных сидел за диковинным неустойчивым столом в виде трапеции. Стол был застлан вишнёвым сукном, и Шталь увидел на нём какую-то толстую книгу в напыщенной коричневой обложке, большой циркуль и такую же большую угловую линейку.

– Теперь ты прошёл испытания и достоин света!
– заявил незнакомец в треуголке, глядя в перносицу Рудольфа, а кто-то подкрался к нему сзади и ненавязчиво повязал такой же передник, как у всех, и всунул в руки новый чистый мастерок.

– Попривестствуйте неофита рукоплесканием!
– громко объявил незнакомец в треуголке и начал усиленно хлопать в ладоши. Вслед за ним захлопали и остальные, а Рудольф с глупым видом топтался среди них в этом переднике, удерживая машинально удерживая дурацкий мастерок и ждал, когда же они отпустят его, и он сможет спросить у Траурихлигена, что всё это означает??

– Аминь!
– рявкнул обладатель треуголки, не переставая хлопать.

– Аминь!
– другие незнакомцы тоже рявкнули это слово, а Шталь чуть мастерок не уронил: кто-то рявкнул ему в ухо, оглушив...

Рудольфу шталю показались вечностью те полчаса, которые провёл он в странной комнате среди странных личностей, которые делали и говорили странные вещи... Наверное, он постарел на несколько лет, пока они, наконец, сжалились, прекратили хлопать, кричать, отдали ему его рубашку с ботинком, и разрешили выйти на воздух...

Шталь брёл по узкой тёмной улочке и молчал, как дурачок, а около него шагал Траурихлиген, насвистывая фашистский марш.

– Расслабься, дружище!
– хохотнул он, прекратив свистеть.
– Тебя только что посвятили в масоны!

– Что?
– глупо булькнул Рудольф Шталь, споткнувшись о "краеугольный камень", который каким-то образом попал под его замёрзшую левую ногу.

– Руди, тебя посвятили в масоны!
– Траурихлиген повторил это прямо в ухо Рудольфа, пихнув его локтем.
– Мне помощник нужен! Будем теперь вместе спихивать Гитлера!

– Но, я не хочу...
– Рудольф Шталь попытался отбояриться, но Траурихлиген сурово возразил:

– Нельзя не хотеть становиться масоном! И нельзя не хотеть брать предназначение! Я надеюсь ты понял, что я не пьяный?

– Понял...
– угрюмо буркнул Рудольф, отопнув "краеугольный камень" в придорожную канаву.
– Я понял, что ты полный псих...

– Ты думал, что я бездельник, лишний человек?
– Траурихлиген продолжал над ним издеваться.
– Но как ты понял, это не так! Я сам избранный и тебя тоже избрал - так что, будем вместе спихивать Гитлера!

И с той самой тихой лунной ночи, и начались все неприятности Рудольфа, которые он до сих пор расхлёбывает...

А через неделю после "лунной ночи" Эрих Траурихлиген подписал со всесильными "каменщиками" зловещий договор: он уничтожает гитлеровскую клику в обмен на красивую и безбедную дальнейшую жизнь для себя и своих последователей. Он улыбался тогда на тайном заседании ложи, которое проходило в тайном бункере под землёй. Зловеще странное заседание проходило в темноте, едва разгоняемой лишь одной свечою, безо всякий ритуалов, которых обычно бывало множество, в присутствии всего четырёх человек. Командор принимал от Траурихлигена обязательство свергнуть фашизм, а за спинкою его "восточного стула", в тени, безмолвно высился лишь один старший офицер. За спиною же Траурихлигена так же безмолвно топтался Рудольф Шталь, стараясь не выдавать волнения. После того, как Траурихлиген со своей "дежурной" улыбкой подписал договор - все тихо разошлись, не сказав ни слова, буквально, исчезли, завершив нестандартное заседание...

По началу Шталь верил, что Траурихлиген - настоящий масон, как и все его великие предки - тамплиеры и обязательные члены масонской ложи. Рудольф тоже стал настоящим масоном - ему пришлось это сделать, чтобы Траурихлиген не застрелил... С подачи масонов они оба вступил в СС, и вскоре организовали заговор, чтобы выиграть войну в пользу масонов.

Вообще, Рудольф Шталь был согласен с масонами: это самый тихий и рациональный выход из войны - заговорщики тихонько, без лишнего шума, избавят мир от Гитлера, а потом - тихонько же уйдут в сторону, пустив в Берлин "вольных каменщиков". Они просто выполнят свою часть договора и будут ждать награды. И тогда никто не пострадает, война тихо сойдёт на нет, а фашизм и коммунизм будут оптять же, тихо, задушены. Ключевые места мировых правительств освободятся, и тогда Ложа назначит своё правительство, а они с Траурихлигеном будут тихонько жить дальше в качестве таких же трудолюбивых каменщиков как и все остальные в этом новом государсте.

– Наградой тебе будет пуля в лоб!
– выслушав разумные доводы друга, Траурихлиген, буквально, взорвался, покраснев, сдвигая брови, как умалишённый.
– Неужели ты такой тупой, что ждёшь награды от масонов?? Я, кажется, разочаровался в тебе!
– Траурихлиген широко замахнулся, и его кулак едва не разнёс стол в клочья - изящная ножка аж затрещала, угрожая переломиться и обрушить круглую столешницу на паркетный пол.

– А Германия как бы останется - марионеточным государством евреев, вроде жалкой Веймарской республики!
– продолжал он рычать, всё расшатывая и расшатывая бедный столик тяжёлыми ударами своих кулаков.
– Ты же знаешь, кто там в масонах - евреи одни!
– Траурихлиген со злости выхватил кинжал, занеся его, словно собрался зарезать, и с размаху всадил в палисандр столешницы почти на половину лезвия.
– А если я стану фюрером - будет Рейх, только больше и лучше прежнего!
– объявил он, сжимая и разжимая свои пальцы на рукояти кинжала. Рудольф Шталь от него отодвинулся - чтобы не попасть ненароком под горячую руку и не получить суровый фингал.

– Ты тише ори... услышат...
– осторожно предупредил он, потому что Траурихлиген ревел так, что стены дрожали...

– Я сделал ремонт... Тут звукоизоляция, как в пыточной камере - ори хоть в мегафон, в упор не услышат...
– раздражённо прошипел Траурихлиген и вперил в Шталя такой убийственный злобный взгляд, под которым тот скорчился и невольно решил: он сейчас его в капусту порубит кинжалом своим и сожрёт...

– Да ладно... я хотел как лучше... Но у тебя же всегда свинья за пазухой!
– примирительно пробормотал Рудольф Шталь, у которого аппетит испортился на неделю вперёд, а траруихлигеновские конфеты поперёк горла встали, вызывая мерзкую тошноту.

– Тупой слизняк!
– изрыгнул Траурихлиген, нервно выкорвыривая кинжал из палисандра, чем бесповоротно портил безупречную отполированную столешницу.
– Да если бы всё было так безоблачно - стал бы я мараться?? Я - граф, мне вообще не надо воевать!
– спрятав своё холодное оружие обратно в ножны, Траурихлиген тут же успокоился, уселся в кресло, развернул новую конфетку и отправил себе в рот.

– Дружище, я искренне не хочу тебя засыпать, но ложа не терпит отступников...
– Рудольф Шталь немного отошёл от шока и осторожно решил на всякий случай напомнить Траурихлигену о могуществе масонов.
– Ты неосмотрительно игнорируешь их: у ложи длинные руки!