Чтение онлайн

"Пик!" - в третий раз пикнул наручный флиппер, мигнул красной надписью "flip", и Эрих Траурихлиген как стоял, так с места и исчез.

Тупоголовый фашист Баум суеверно ахнул, подумав, очевидно, что его зверский шеф провалился в тартарары. Пьяненький кургузый фашист пискнул и забился в угол, заподозрив то же самое, что и Баум, и испугавшись, что тоже может провалиться в тартарары, как и шеф. "Жаль, что не провалился!" - пожалел про себя доктор Барсук и решил вздремнуть те полтора часа, пока "питекантроп" Траурихлиген будет мучиться в будущем.

Турист, Буйвол и Буквоед.

Пик!
– наручный флиппер издал писк, и перед глазами Эриха Траурихлигена всё поплыло, превратилось в размытую массу, потонуло в темноте. Исчезла лаборатория, провалился доктор Барсук, сгинул осциллятор, замолкли звуки, а потом исчез воздух, всё тело сдавило словно бы прессом и на секунду показалось, что сейчас оторвёт руки и ноги. Человек бы заверещал (или захрипел, потому что не мог дышать), но Эрих Траурихлиген лишь сжал зубы и молча, вытерпел до тех пор, пока континуум не отпустил его и не швырнул в просторную неизвестность. Траурихлиген не позволил себе упасть, он устоял на ногах и открыл глаза. Вокруг висела ночь - другая ночь, тихая, сухая, тёплая и лунная, наполненная совиными криками и запахами ночных цветов. Можно было бы решить, что он находится в лесу, однако ноги Траурихлиген упирались в асфальт - в неновый и выбитый щербатый асфальт, сквозь трещины в котором пробивались пучки травы.

– Флюхт...
– угрюмо плюнул Траурихлиген, проклиная Барсука с его "флипперами" и перегрузками. Повертев головою, он огляделся и обнаружил, что под его ногами змеится узкая асфальтовая дорожка, которая делает некрутой поворот и убегает куда-то за густые неопрятные заросли кустов волчьего лыка. Траурихлиген прислушался - нет, тут не тихо, где-то там, куда ведёт эта тропинка, кто-то гомонит, и рычат моторы

Траурихлиген прошел немного по этой разбитой дорожке и вскоре заметил человека. Мгновенно скрывшись за кустом, он разглядел его и отметил, что такой "экземпляр" мог бы ему пригодиться. Как удачно однако, он подвернулся!
– отметил про себя Траурихлиген, как на ладони видя этого человека из будущего, который в полном одиночестве сидел в седле мотоцикла, освещённый синим светом равнодушной луны. Вокруг трепетали широкие тихие листья, и человек из будущего, одетый в чёрные кожаные брюки и такую же куртку, в полном молчании глазел перед собою и дымил сигареткой. Он был весь углублён в собственные мысли и не заметил, как из-за кустов скользнула к нему бесшумная тень...

Траурихлиген аккуратно ударил человека из будущего ребром ладони по шее, и тот обмяк и скатился с мотоцикла на землю, даже не пикнув. Всё, человек из будущего очнётся не раньше, чем через час: Траурихлиген ударил его совсем легонько, чтобы только оглушить, а не убивать.

Траурихлиген быстро переоделся в одежду оглушённого байкера, а свой мундир аккуратно сложил и засунул в кожаную сумку, которая висела на седле мотоцикла. Всё, теперь он похож на тех, кто обитает здесь, в будущем. И никто не ткнет в него пальцем и не обзовёт "обкуренным клоуном" или "психом". Байкер остался в одном лишь белье. Лишённый сознания, он пассивно лежал в пыли лицом вниз и даже не ныл. Траурихлиген схватил его за ноги и быстренько оттащил в ближайший густой куст, спрятал там под корнями, чтобы его никто не заметил. Убедившись в том, что байкера не видно, Траурихлиген поправил на плече ремень автомата, оседлал чужой мотоцикл и поехал туда, откуда доносились голоса и шум моторов. Вскоре кривая дорожка окончилась достаточно просторной стоянкой, которая как не странно, была заполнена транспортом: раскрашенными мотоциклами и причудливыми автомобилями, оснащёнными огромными бамперами, лишними фарами и какими-то ещё штуковинами из будущего, назначения которых Траурихлиген пока не понимал... За стоянкой темнел неприветливый лес - такие леса, обычно, наполнены партизанами и их ловушками, по крайней, мере, в его времени леса заполнены партизанами... А на тёмно-синем фоне леса торчало некое здание - типичное для гадкого будущего - обыденное, кубическое, в два этажа. Оно было освещено странными фонарями и несло на крыше огромную вывеску: "ВПЕРЁД! Байкер-клуб". Эрих Траурихлиген поставил свой чужой мотоцикл на стоянку - около другого мотоцикла, испещрённого черепами и нарисованным огнём. Около высокой, тяжёлой двери из тёмного металла, стилизованной под готику, топтался суровый крепыш, обряженный в кожаную куртку, чья голова была гладко выбрита и раскрашена драконами и крестами. Его плечистая фигура была хорошо освещена и заметна, Эрих Траурихлиген понял, что он охраняет вход. Удивившись, что у этого странного часового нет оружия, Траурихлиген широким шагом двинулся прямо к нему. Если часовой из будущего попытается не пропустить его - Эрих Траурихлиген накормит его свинцом.

Суровый крепыш поднял свои бычьи глаза и испытал лёгкий шок, узрев перед собою не менее сурового крепыша, облачённого в рокерский прикид, подпоясанного фашистским поясом, и с антикварным автоматом на плече. В клуб "Вперёд" никогда не приходили с таким заметным оружием, суровый крепыш пару разочков моргнул и нетвёрдым голосом тихо осведомился:

– Пароль?

– На!
– выдохнул Траурихлиген и тут же вырубил крепыша жёстким прямым ударом кулака в челюсть.

бух!
– крепыш обрушился на асфальт лицом к звёздам, а Траурихлиген поправил рукою свою интеллигентную стрижку, спихнул с дороги тяжёлую готическую дверь и вступил в недлинный мглистый коридор, наполненный тенями, треском, светом и чадом факелов, а так же - раскатами громоподобной музыки. Услыхав её, Траурихлиген отметил, что гремящий басовитый глас поёт на языке Великого Рейха. Хорошо бы эту песню запустить в мегафон перед атакой - тогда русские точно разбегутся в страхе...

На пути встала ещё одна дверь, оттолкнув её плечом, Траурихлиген вдвинулся в просторное помещение, уставленное грубыми деревянными столами, похожее на какой-то бар, или клуб для низших слоёв населения. В воздухе висел противный табачный туман, перемешанный с гулом подпитых голосов. За столами торчали некие личности, все в железе и в коже, со странными очень неопрятными причёсками, а некоторые - и вовсе, лысые. Они все гомонили, но когда возник Траурихлиген, а вернее - его автомат, который он выпятил впереди себя - разом внезапно заглохли, уставились круглыми глазами. Посидев так минуту, личности разразились перепуганным писком, подскочили и полезли под столы. Вмиг весь зал опустел, и под его высоким тёмно-синим потолком одиноко летали музыкальные звуки. "Чёрт, я даже не стрелял!" - подумал про себя Траурихлиген, отмечая, что в будущем живут одни лишь слабаки и трусы. В гордом генеральском одиночестве он прошёл к барной стойке, опёрся о неё локтем и заметил, что к стенке привешен рейхсштандарт. Поглазев на него минуту, Эрих Траурихлиген повернулся к стойке спиною и осведомился у пустого зала:

– Хайль Гитлер?

Никто ему не ответил: все дрожали под столами, не желая схлопотать пулю. Тишина рвалась лишь музыкальными раскатами, но и сквозь них Эрих Траурихлиген услышал некое безвольное, плаксивое нытьё, которое неслось откуда-то из-за стойки. Заглянув за неё, Траурихлиген заметил, как там, скукожившись на не очень чистом полу дрожит и прячет голову в коленки некий тип, чья спина блестит чёрной кожаной курткой.

– Эй, ты!
– Эрих Траурихлиген начинал злиться, потому что не переносил трусов и нытиков, а тут их было полно. Он легко перепрыгнул стойку и скукожившийся тип оказался у него под ногами. Это был бармен, который при виде оружия запрятался за стойку, но не скрылся.

– Подорвался, уродец!
– Траурихлиген схватил его за торчащий воротник и рванул вверх, заставив встать.

Бармен легко подчинился, водворился на ноги, его длинные неопрятные космы растрепались по перекошенным плечам. Бармен глазел вниз, малодушно опустив нос, и дрожал, дрожал.

– Да смотри же ты в глаза!
– вскипел Эрих Траурихлигена и грубо поднял лицо схваченного человека свободной рукою за подбородок. Тому ничего не оставалось, он наградил Эриха Траурихлигена взглядом избитого крысёнка, его губы тряслись, брови изогнулись "домиком" от страха.

– Не убивай меня...
– пролепетал он, сбиваясь, проглатывая слова.

– Доннерветтер...
– пробурчал Траурихлиген, но бармена не отпустил, а встряхнул ещё раз и сурово вопросил:

– Слышь, недочеловек, ты, часом, не знаешь, кто мне может подкинуть рулёвые стволы и крутые байки?

– Ыыы...
– блеял бармен, суча дрожащими конечностями.
– Стволы... Ты что... ты псих, бандит...

– Нет, я пасхальный кролик!
– возразил Траурихлиген с улыбкой хищника.
– И я подарю тебе жизнь, если ты ответишь на мой вопрос!

– Бу-бу-бу-бу-буйвол...
– заикаясь, пролепетал бармен, начиная задыхаться.
– У него стволы... Только, он бандюк... он замочит...

– Где Буйвол?
– коротко и по существу осведомился Траурихлиген, прижав бармена спиной к холодной стенке.

– Е-его ещё н-нет...
– пискнул тот, случайно изминая в кулаке угол рейхсштандарта.
– Он в два часа приходит...

– Не смей мять!
– зарычал Траурихлиген, обидевшись за штандарт, и швырнул бармена на пол.
– Хорошо, я подожду Буйвола, - с этими словами он опять перепрыгнул стойку и оказался в зале вместе со своим автоматом.
– Сяду вот тут вот и подожду. А ты мне пока "Отвёртку" сделай - взболтай, но не перемешивай!

Бармен с готовностью раба прыгнул готовить Траурихлигену коктейль, а сам Траурихлиген уселся за один из опустевших столов и оборотил свой взор на дверь, ожидая, когда из-за неё покажется нужный ему Буйвол. Ну и клички в проклятом будущем... Да, все они тут тупые и трусливые - кажется даже, что один хорошенький полк СС мог бы завоевать их всех с потрохами!

– Ваш коктейль...
– привидением явился бармен и подставил под руку Траурихлигена высокий стакан, наполненный заказанным коктейлем "отвёртка".