Чтение онлайн

– Видите, как нужно побеждать?
– похвастался Теплицкий и тут же приказал:

– Убрать Гагу и включить "Раммштайн"! И погромче, мне сегодня везёт в игре!

– Как пожелаете, - вздохнул администратор и утащился, чтобы "сменить пластинку".

ДУ хаСТ!!
– заревел под высоким потолком львиный глас, отпугнув последнего зажиточного гражданина, который поспешил исчезнуть, не допив коктейль. А Теплицкий, подпевая мерзким скрипучим фальцетом, допивал чай, восседая в плетёном кресле, обязав Геккона и Третьего играть за него в боулинг.

Заигравшись в "виртуальный" боулинг и заслушавшись рычащие песни, Теплицкий и не заметил, как в пустынном зале оказались третьи лишние лица. Их было пятеро, все затянуты в одинаковые кожаные мундиры с тёмными очками, они быстро пересекли зал, своим устрашающим видом загнав адмистратора и бармена в дальний угол за барной стойкой.

– А вот и Теплицкий!
– постановило одно третье лицо суровым голосом начальника.
– Берём!

Теплицкий и не заметил, как они приблизились к нему и обступили кругом, загородив играющих охранников.

– Эй, мне не видно!
– обиделся Теплицкий, не осознавая, что происходит.

– Так, Теплицкий, оп!
– сообщило начальственное лицо, Звонящая, сурово нависнув над удивлённым олигархом.
– Ты арстован за разработку и сбыт видеоигр, порабощающих человеческий разум!
– вколотила она, а в руках рослого Бисмарка рядом с ней появились толстые игрек-наручники.

– А? За что?
– испугался Теплицкий, забарахтавшись от ужаса.
– Я не виноват!

– Компанию "Вавилон" организовали вы, а не Миркин!
– разъяснила ему Звонящая.
– Давай, Бисмарк, вяжи его!

– А-а-а!! Помогите!!
– заверещал Теплицикий, переорав громогласный "Раммштайн", когда Бисмарк одной ручищей прижал его к столу, а второй - надвинул наручники на его холёные запястья.

Геккон и Третий, услыхав перекошенный ужасом призыв начальника, побросали тяжёлые шары, повредив паркетный пол и громадными скачками понеслись навыручку. Выхватив пистолеты, они решили стрелять. Геккон два раза пальнул вперёд, сшибая с витрины бара дорогие вина и виски, а потом - Бисмарк двинул тяжёлой ногой, вышибив оружие из его руки, а Красный, навалившись сзади, сшиб с ног и заковал в наручники. Третий рванул, было, к выходу, но наткнулся на Рыбкина. Ловким ударом ниндзя Рыбкин лишил громилу оружия, но Третий не сдавался - ломанулся напролом, подмяв стажёра под себя своим носорожьим весом. Обрушившись на пол, Рыбкин получил суровый тумак, а Красный и Бисмарк набросились на Третьего вдвоём, тут же закрутив ему руки. Свирепый здоровяк мощно дёргался, вырываясь и сопя, но игрек-наручники лишили его щансов на побег.

– Жив, брат?
– Красный помог Рыбкину встать, и под глазом стажёра расплывался фингал.

– Я его почти поймал!
– огрызнулся Рыбкин, потирая подбитый глаз.

– Но помощь друга всегда кстати!
– заметил Красный, пихая Третьего в спину дулом пистолета, чтобы тот топал на выход и не мешал топать Теплицкому и Геккону.

– Отличные кадры для игрек-тюрьмы!
– определила Звонящая.
– На чай!
– крикнула она, метнув парализованным от страха бармену и администратору кошелёк Теплицкого.
– А мы пошли!

НАЙН!
– рявкнул из динамика басовитый певец, и тут же заглох, потому что Красный "пристрелил" системный блок, управляющий музыкальной аппаратурой.

***

Когда с глаз Теплицкого сняли повязку - перепуганный олигарх увидал, что вокруг него - белым-бело... Белым был пол, белыми были стены, белым оказался и потолок... Теплицкий баже попятился, потерявшись среди этой белизны, но сзади его жёстко толкнули, зашвырнув в белое пространство, и ушли, крепко задраив белоснежную дверь. Теплицкий очутился в пространстве три на три метра, без настоящих окон - с условно настоящим, в виде дисплея с красивым видом на потрясающий золотистый закат над верхушками лесных елей. Ели покачивались на виртуальном ветру, а Теплицкий, оглуплённый тем, что это здоровенное окно не несёт решёток, ринулся к нему, собравшись выскочить в условно настоящие просторы. Больно стукнувшись лбом о бронированное стекло, которое защищало дисплей от таких, как Теплицкий, олигарх откатился назад, потирая набитую шишку. В желудке слипся тошнотворный страх, Теплицкий ещё попятился и столкнул на жуткий белый пол подставку для цветов. Тут всего-то и было мебели: намертво прикрученные к стенкам и полу белые нары да эта подставка - насмешка над человеком.

– Ой...
– всплакнул Теплицкий, не замечая даже, как сел на пол около этой сбитой подставки...
– Помогите!! Спасите!!

Что-то ужасное заставило Теплицкого невменяемо орать, молить о помощи... Но игрек-камера несла звуконепроницаемые стены и охранялась роботами, так что эти перекошенные ужасом вопли, достойные дикой обезьяны, не услышала ни одна живая душа. Холодная, липкая депрессия проглотила Теплицкого с потрохами, и он просто заплакал настоящими слезами впервые за всю свою жизнь.

***

Тихий и тёплый вечер зажигал уличные фонари, а во дворе всё бегали дети - мамы никак не могли зазавать их в квартиры и застивить бросить весёлую игру. На парковке перед обыденным девятиэтажным домом спали автомобили, а среди них - "Фольксваген-Пассат", который только с виду был таким же обычным, как его соседи. "Фольксваген-Пассат" принадлежал Звонящей. Она только что вошла в квартиру, положив на тумбочку пакет, содержащий мёрзлую курицу, два литра кока-колы, овощи, яблоки... Она могла бы в этот вечер улететь в Майами, или на Сейшелы, но она, как заколдованная, всё возвращалась и возвращалась в эту простую квартиру в Пролетарском районе Донецка. Она дала себе слово вернуться сюда в последний раз - чтобы проверить... Что?

Она даже не разувалась - прошла через прихожую на кухню в сапогах, оставив продукты, а потом - отправилась в комнату, механически закрыв за собой дверь... Резко развернувшись всем корпусом, она широко распахнула глаза, решившись глянуть на маленький столик в углу, где у неё раньше стояла клетка с нехрональным кроликом. Столик был пуст - только старая газета валялась на нём, которая тут наверное, уже лет пять пылится. На неё Звонящая устанавливала клетку. Клетка пропала, и это нормально, хоть Звонящая и привязалась к нехрональному кролику - его отсутствие принесло ей облегчение. Это доказательство того, что мир спасён, и можно спать спокойно... Но Звонящая прекрасно понимала, что это - не всё: нужно проверить ещё кое-что... Заставив себя двигаться вперёд, Звонящая медленно приблизилась к своему обыкновенному комоду. И внутри у неё засел холодок - неизвестно, откуда он взялся, но она почему-то боялась открывать шкатулку с кошкой, куда положила бесценное бриллиантовое колье - подарок от Эриха Траурихлигена. Если нулевой цикл действительно, пошёл - шкатулка обязана быть пустой. Она и есть пустая... Звонящая скользнула к окну, закрыла жалюзи и задвинула шторы - рефлекс человека, хранящего тайну: чтобы никто не увидел...

Она медленно протянула руку и приподняла со шкатулки крышку. Глаза Звонящей были плотно зажмурены - подсознание боялось смотреть, что там, есть ли что-нибудь на дне шкатулки, или нет. Откинув крышку, Звонящая снова заставила себя распахнуть глаза и глянуть. Ужас мгновенно пронзил её с головы до самых пят, и она даже отпрыгнула, словно бы встретила медведя. Шкатулка чудом удержалась на комоде, не полетела на пол, сбитая неуклюжим мельтешением Звонящей... А на дне шкатулки, кроме ерунды, играя в свете торшера всеми цветами радуги, покоились зловещие бриллианты, среди которых дьявольским блеском горел "Флорентиец". Звонящая едва чувствовала свои ноги - они подкосились, как тонкие ветки, и она села на пол, прижав ладони к горящим от страха щекам. "Раз! Два! Три! Четыре! Пять!" - она считала про себя, чтобы вернуть душевное равновесие, но оно как-то плохо возвращалось - сердце колотилось, как у колибри - появилась даже противная одышка и бросило в жар. Звонящая сгрузила свою куртку прямо на пол, оставшись в одной майке, но прохладнее ей от этого не стало... Звонящая рывком повернула голову и бросила быстрый взгляд на своё правое плечо. Длинная глубокая царапина, которую оставил ей камешек на шлейке, когда Эрих Траурихлиген рванул её платье, исчезла без следа - прямое доказательство того, что пошёл нулевой цикл. Она никогда не встречалась с Эрихом Траурихлигеном, а Эрих Траурихлиген никогда не был в нормохроносе... никогда не был с ней... Но "Флорентиец"... Или ей показалось, что в шкатулке лежит "Флорентиец"? Звонящая с трудом поднялась на дрожащие ноги, по которым плясали мурашки, повернула голову, и глаза её вновь наткнулись на дьявольский "Флорентиец".

– Что за чёрт?
– фыркнула Звонящая, стараясь скрыть свой страх и ужас за профессиональной злостью.

Поборов страхи, она методично перерыла свои и условно свои вещи, но не обнаружила среди них ни своего порванного платья, ни платья траурихлигеновской бабушки, ни босоножек из бутика. Она положила эти фантастические вещи в шкафу на отдельную полку, освободив её от хлама, но сейчас тут валяся только этот хлам, который накидал Репейник - для видимости обжитой квартиры. Это очень хорошо, правильно. Звонящая захлопнула шкаф и взяла свой мобильный телефон. Номера, который она набирала холодными пальцами, не было в её электронной телефонной книге, Звонящая запомнила его наизусть.