Чтение онлайн

– Главное, что он отстал!
– вмешался Третий, не забывая пилотировать.
– Надеюсь, они не пошлют другого!

Уволенный Геккон молча перелистывал журнал.

Впереди маячил, удаляясь, проклятый вертолёт Теплицкого и Сенцов досадовал на себя за то, что так и не смог его остановить. Тоже мне, дознаватель - слизняк безмозглый... Вокруг валились горящие обломки сенцовской игрек-тачки, один из них врезал по куполу парашюта, и Сенцова неприятно дёрнуло на стропах. Выровнявшись, Константин собрался послать на Базу сигнал SOS, однако почувствовал над собою резкий противный запах. Рывком глянув вверх, Сенцов обнаружил беду: на куполе его парашюта разгорался костёр. Проклятый горящий обломок поджёг ткань, и теперь - у Константина секунды прежде чем парашют догорит, и он камнем полетит вниз...

Огонь быстро захватил купол, и теперь - сбегал вниз, по стропам, Сенцов расстегнул ремни, испугавшись, что загорится его комбинезон. Рдеющий парашют мигом ушёл ввысь, а Сенцов остался беспомощным и жалким на высоте. Рефлекторно замахав мягкими бесполезными ручками, Константин стремительно понёсся к земле... прямо в пылающие руины. Они стремительно приближались, а вместе с ними приближалась и гибель. Вот, жар пламени уже охватывает щёки, а перед глазами несётся жизнь и Катя. Прощай, Катя...

Нулевой цикл.

Репейник и доктор Барсук работали. Они впервые сидели в пробойной за общим столом, высчитывая параметры деосцилляционных колебаний. За их работой неотрывно наблюдал шеф, который уже разработал и утвердил план победы над Эрихом Траурихлигеном. Единственный способ избавиться от этого проклятого захватчика - сделать нулевой цикл, вернув точку нормохроноса на год назад, когда Теплицкий ещё не нашёл "брахмаширас". Но загвоздка состояла в том, что с нулевым циклом оп лишится бесценной техлогии трансхронов, и опыта борьбы с хронотуристами. Шеф не мог этим пожертвовать, и поэтому - обязал Репейника в паре с доктором Барсуком ввести Базу в режим деосцилляции.

– Встряхнёт жёстко!
– предупредил доктор Барсук, оторвавшись от расчётов и многозначительно взглянув на шефа.
– Нам всем нужно будет в бессбойный бокс спуститься, чтобы не раствориться в завихрении континуума!

– Хорошо, - согласился шеф, и повернул к Репейнику своё суровое лицо.
– Репейник, я надеюсь, твой бессбойный бокс выдержит?

Репейник почувствовал, как его спину облил холодный пот. Он не был уверен в надёжности своих бессбойных боксов... Но не скажет же он об этом шефу!!

– Ага, - кивнул Репейник, стараясь придать своему голосу генеральскую сталь.
– Я тут ещё одно открытие сделал - это насчёт сохранения наших личных воспоминаний, - он открыл ящик стола и вытащил небольшую коробку, открыл её, и шеф увидел в ней магниты - небольшие, вроде магнитиков на холодильник.
– Я разгадал секрет Траурихлигена, как он обманул "вышибалку", - серьёзно сказал он, стараясь скрыть, насколько он горд собой.
– Нужно прицепить их на затылок - турист так сделал себе и старлеевой Кате. Барсук, вы тоже должны это сделать!
– настоял Репейник, протянув толстом учёному один магнит.

– Спасибо!
– доктор Барсук охотно схватил с ладони Репейника магнит и приладил его к себе на затылок. Он был рад, что оп решил сохранить ему память и оставить на Базе, а не выбросить обратно, в бомжатник, где он жил до того момента, когда Теплицкий решил пробросить туриста. Как учёный, он хотел научной работы, а не унизительных вшей, отупляющей краденой мивины и вечно пьяных соседей по заброшенному дому, от которых его тошнило.

– Итак, мы выполним откат точки нормохроноса на год назад, - быстро заговорил он, проверяя, хорошо ли держится магнит.
– А наш с вами атолл введём в режим низкоамплитудных деосцилляционных колебаний, вырвав его из нормального временного среза, в отдельный срез, а потом - наложим этот отдельный срез на точку нормохроноса, совместив их с точностью до одной десятитысячной секунды! Таким образом мы сохраним для нашей с вами точки пространства прожитый год, память за этот год и все сделанные технические достижения! Всё, я закончил расчёты, мы с моим уважаемым коллегой Репейником готовы к запуску нашего деосциллятора! Верно, коллега?

– Верно, - нехотя кивнул Репейник, мысленно признав себя лосем, самшитом и слизнем за то, что не верил в деосциллятор, и согласившись, что Траурихлиген умнее его... даже этот толстый жующий Барсук - и тот умнее его, а он - твердолобый консерватор, тяжёлый на подъём...

Закончив работу на своём игрек-ноуте, Репейник включил игрек-принтер, который, псикнув, быстро распечатал ему два условно настоящих документа.

– Я придумал, каким образом мы устроим нулевой цикл, - сказал он, одной рукой прицепив на свой затылок магнит, а другой - взяв глянцевитые листы с голограммами, подтверждающими их подлинность, как документов.
– Наши бравые ребята проникнут в администрацию города Докучаевск и подложат мои "куклы" вместо разрешения Теплицкого на строительства его гипермаркета. Всё, идёмте, пора ознакомить их с новым заданием!

– Я с вами!
– доктор Барсук решил напроситься, но шеф ему строго приказал:

– Барсук, спускайтесь в бессбойный бокс!

– Ну, вот, я так и знал, что не часть команды, а зек!
– канючливо проныл доктор Барсук.
– Знаете, как мне неприятно?

– Барсук, не ной, а?
– пробурчал Репейник, задержавшись на пороге.
– В клетку вас никто не садит - значит, вы свободны! Идите в бокс, не задерживайте операцию!

– Угу, - невесело кивнул Барсук и утащился к лифтам, чтобы спуститься на нижния ярус Базы.

***

Красный с ужасом смотрел на большой экран в кают-компании и видел, как Константин Сенцов без парашюта падает в объятый пламенем хаос городских руин, сгорает в страшном огне и погибает с Катиным именем на устах...

– Он... погиб...
– пролепетал он, повернув к товарищам своё бледное, перекошенное диким страхом лицо.
– Старлея больше нет... Звонящая, Теплицкий его сбил...

Звонящая стояла в страшном ступоре, не в силах оторвать глаз от экрана, на ктором появилась жуткая паучья машина Траурихлигена, дала ещё один смертоносный залп, зацепив улетающий вертолёт олигарха, и он, поражённый адским огнём, на миг завис в воздухе... Лопасти его мгновенно замерли, отрываясь от корпуса, оторвался и хвост, потом - сам ветолёт распался на части, падая с почерневших от пепла небес на пылающую землю, а из развалившейся кабины выпадали голые кости всех поссажиров...

– Теплицкий тоже крякнул...
– прошептал около неё Бисмарк, который, обычно, громко кричал, а сейчас - испуганно шептал впервые в жизни...

Звонящая собрала всю силу своей стальной воли, чтобы спрятать душившие её горькие слёзы. Стоя посреди кают-компании, перед большим экраном, она ощутила себя маленькой безвольной пешкой в глобальной игре мирового злодея. Она поверила проклятому Траурихлигену, решив, что он - непонятый гений, спасает мир от войны, а по-настоящему он просто чудовище, которое прёт по трупам, лишь бы заполучить мировое господство в свои грязные лапы!

Громкие шаги со стороны двери отвлекли её от мрачных мыслей, заставив повернуться и посмотреть. В кают-компанию, буквально, залетел Репейник, лицо которого похудело так, что стало напоминать череп... Улыбающийся череп, потому что на лице Репейника, действиельно, висела нездоровая улыбка до ушей.

– Девочки, не плачьте!
– заявил Репейник таким весёлым голосом, словно бы Сенцов не погиб в огне, а пошёл в цирк, на клоунов смотреть.
– Поверьте мне, Старлей не пострадает!

– Да?
– не поверила Звонящая, прищурив левый глаз.
– Ты что, изобрёл свою рекавер-среду?