Чтение онлайн

Например, Уинстон действительно пытается преобразовать воздушный поток. Изабель все-таки пытается воплотить задумку с деревом. А Лукас… Лукас чертит в воздухе какие-то непонятные, узорные символы, словно плетёт невидимый ковёр. Тогда я снова подхожу к краю и, полностью взяв мысли под контроль, сосредотачиваюсь на своей идее. Перевожу взгляд на реку, потоки воды которой довольно беспокойны в данный период времени, а затем, вкладывая в каждое слово особый смысл, мысленно говорю:

Река-река — стихия вода –

Божеству поклонись,

Моей воли явись.

Прошу мир — отзовись,

Буйным вихрем явись!

В душу дверь — отворись,

Подчинись — оживись!

Открываю глаза, которые на мгновение «до» успела закрыть, и снова фокусирую взгляд на голубоватом свечении. В этот момент вода действительно оживает, меняя не только свой поток, но и как таковую материальную форму.

Минута — и вот она уже взмывает в воздух огромной волной, которая с каждой секундой всё больше поднимается над скалистым обрывом, подбираясь ко мне.

Именно в этот момент я натыкаюсь на озадаченный взгляд Дэльера. Только в этот раз я даже не даю себе шанса, чтобы хоть как-то отвлечься и сбиться с поставленной цели. Поэтому, больше не обращая ни на кого внимания и продолжая наше соревнование, накладываю на воду специальную закрепляющую руну, позволившую мне удержаться на стихии, как, если бы это был конь, поводья от которого мне всучили, поручив управлять им.

Вдох-выдох, прыжок, и ощущение полной невесомости, казалось бы, порхающей где-то внутри меня.

Пара секунд — и я обгоняю Уинстона с его воздушным потоком. А также Изабель, задумка которой всё же сработала, хоть и несколько иначе. Ведь с помощью огня она закалила один из поваленных стволов и теперь смело шагает вперёд, изредка проверяя на прочность некоторые выступы. Дэльер же по-прежнему медлит, словно пытается усыпить нашу бдительность, чтобы после — в один прыжок достичь финиша. Поэтому я стараюсь лишний раз не отвлекаться, дабы не потерять контроль над стихией, доверившейся и подчинившейся мне.

Правда, как я и предполагала, стоит благополучно ступить ногами на прочную, ощутимую землю, обрадовавшись тому, что у меня впервые получился подобный контроль в управлении живой стихией, в отличии от той, что мы можем создать на интуитивном уровне, Дэльер приземляемся рядом. При этом я так сосредотачиваюсь на своих мыслях, целях и ощущениях, что даже толком не понимаю, как он в итоге это сделал — как он перебрался на эту сторону?..

Наша особенная с ним гонка — снова начинается…

Теперь лишь один рывок отделяет нас от финиша.

Поначалу мы бежим наравне. Затем он обгоняет меня, но я тут же нагоняю его и точно также вырываюсь вперёд. Правда через пару секунд мы вновь оказываемся в непозволительной близи друг от друга, что начинает меня ужасно злить. Кажется мы настолько увлекаемся этой зрительной борьбой, в которой каждый из нас кричит о своей победе, словно это уже турнир четырёх стихий, и, как итог — совершенно не предаем значения появившемуся звуку, похожему на гонг. Лишь спустя пару секунд мы одновременно пересекаем финишную черту, завидев яркий флажок в руке мистера Нилмана.

— Поздравляю! Вы оба победили! Однако, если учесть, что я сказал — победитель только один, то — вы все, — Он указывает на каждого из нас, в том числе и на Кларка с Изабель, которые несколькими секундами назад прибежали, так же тяжело дыша, — проиграли, — недовольным голосом подводит итог мистер Нилман и, расплывшись в странной, ехидной улыбке, произносит: — Следовательно, теперь наши занятия будут проводиться куда чаще и в более жестких условиях. На сегодня — всё. Советую вам хорошенько отдохнуть. С завтрашнего дня будем тренироваться с пяти до семи утра. И с пяти до семи вечера. Кейла, — Он вдруг переводит взгляд на меня, — для тебя также будет ещё одна дополнительная тренировка. Всем доброй ночи, — как ни в чём не бывало добавляет он, махнув рукой на прощание, словно только что не расписал наш день по секундам, пообещав самый, что ни на есть — Ад! Затем профессор просто разворачивается и уходит, что-то насвистывая себе под нос.

— Что ж. Нас ожидает весёлое времяпровождение, — не без иронии, произносит Уинстон.

Что ж.

Сложности закаляют, не так ли?..

***

Я захожу в комнату — стоит нам с Изабель разойтись, немного поболтав, и устало выдыхаю. Однако тут же чувствую чужое присутствие — оборачиваюсь и застаю Киита, сидящего на подоконнике.

— Значит ты действительно решила участвовать в турнире четырёх стихий? — задумчиво склонив голову набок, произносит он, едва сощурив свои глаза.

С тех пор, как мы оказались связанными — между нами не установилась как такового дружеского контакта. Наверное, потому что я, как и он — не совсем понимаю чего ожидать. Мы просто-напросто не доверяем друг другу и преследуем свои цели. Именно поэтому я не посвящаю его в свои планы. Однако каким-то образом он всегда прекрасно осведомлён о каждом моем шаге.

— Раз ты знаешь, то зачем спрашиваешь?..

Я прохожу к столу и кладу сумку с формой на стул. Затем снова оборачиваюсь к нему, сложив руки на груди.

Он фыркает и, что-то обдумав для себя, произносит:

— Инициация проходит в несколько этапов. Если быть точным, то в четыре. И все они неразрывно связаны со стихиями.

На этих словах я непроизвольно делаю шаг вперёд.

— Что? Ты знаешь, как её проводят?

Он кивает, и моё сердце ухает в пятки.

Неужели я могу не участвовать в турнире? Неужели всё может быть так просто?..

— Увы. Всё как раз-таки не так просто. Ведь для подобного ритуала нужен «кам’ин», определенные составляющие которого находятся в строжайшем секрете. Именно его рецепт нам и нужен из книги ведьм.

— Нам? — удивлённо округлив глаза, переспрашиваю я.

Он снова кивает.

— Если ты пройдёшь полную инициацию, то сможешь даровать мне свободу. А значит — наша связь распадётся без каких-либо на то последствий. Что мне на лапу. Именно поэтому — я помогу тебе.

Чем больше он говорит, тем быстрее я пытаюсь уложить всё это в своей в голове, в которой, кажется, и без того уже скоро не останется места. Поэтому, чтобы разложить все по своим местам, я спрашиваю:

— Ты? — указываю на него. — Поможешь — мне?