Турнир четырёх стихий
Шрифт:
В этот момент мне уже хочется скривиться, но я держу свои эмоции под контролем.
— Вашу руку, мисс… — все тем же громоподобным голосом произносит брюнет и кивком головы указывает мне на сундук.
Я сглатываю, делаю глубокий вдох, а затем касаюсь его холодной, шершавой поверхности, замерев. Как только кожа соприкасается с маленькими выпирающими рубинами — чувствую лёгкое покалывание. А затем ему на смену приходит ощущение тепла, словно пары горячечного воздуха обдают мою ладошку. После чего я и вовсе чувствую холод, словно тысячи маленьких иголок вонзаются в руку, проникая глубоко внутрь. Однако оно длится не больше секунды. Затем все прекращается.
Интуитивно убираю свою ладонь, шевельнув пальцами. Стоит же появиться лёгкому туману — задерживаю дыхание, в предвкушении и одновременно с этим в волнении.
Секунда — и я наконец отчётливо вижу выпавший мне символ. В этот же момент мисс Кирк оглашает:
— Ваш номер — 3!
Женщина улыбается мне, как и всем остальным участникам. И подобная жизнерадостность после нескольких протяжных минут порядком начинает отталкивать. Хочется поскорее скрыться из виду и больше не видеть этой довольной, непонятной улыбки. Вторая же мисс — холодная, словно сталь, как и мужчины — не выражает каких-либо эмоций. Либо же им просто напросто осточертело возиться со всем этим. Но видимо хорошую выручку никто не отменял, поэтому приходиться терпеть. Либо эти люди исправно делают свою работу, без лишних на то эмоций. Либо…они закоренелые роботы.
В принципе, вариантов много. Однако все эти мысли меркнут, под той, что неумолимо бьется, кажется, прямо об мозг!
«Ваш номер — 3!»
«Ваш номер — 3!»
«Ваш номер — 3!»
Стиснув челюсть, чтобы не зарычать и сжав руку в кулак, следую на своё прежнее место, пытаясь переварить услышанное.
— Вот так удача. Вы с Лукасом в одной группе… — стоит мне лишь подойти, задумчиво, но вместе с этим, как-то уж слишком радостно и благосклонно произносит Изабель.
— Вот именно, — цежу я сквозь зубы. — Мы с ним в одной группе!
«Это катастрофа!» — проносится на этот раз в моих мыслях, а затем вмешивается внутренний голос: «Это твой шанс стереть эту излюбленную самодовольную ухмылку!»
Хм…
— Расслабься, Кей. В конце концов, он не кусается.
Я усмехаюсь, яро кивнув, и тут же произношу, глядя на неё:
— Ты так в этом уверена?
Она странным образом загадочно улыбается мне.
— Больше, чем.
Недоумевающе хмурюсь. Собираюсь спросить — в чем же причина подобных выводов. Но не успеваю. Ведь один такой знакомый голос нас прерывает:
— Теперь ты снова будешь отрицать, что это судьба?..
Его взгляд в эту секунду, казалось бы, проникает в самую душу. Охватывает каждую клеточку моего тела и медленно отравляет, распыляя свой яд, от которого, кажется, нет противоядия. Совсем!
Непроизвольно сжимаю руки в кулаки, чувствуя, как натягивается каждая венка, словно гитарные струны. А затем шумно выдыхаю, не в силах сдержать эмоций, кипящих внутри меня.
— Ты когда-нибудь оставишь меня в покое?.. — говорю, совершенно не ожидая ответа, при этом уже даже не обращая внимания на присутствие Изабель. Ведь стоит этому парню оказаться поблизости или ещё хуже — заговорить — каждый раз внутри меня творится что-то невероятное. Словно проснувшееся торнадо, состоящее из множество диких бабочек, которые совершенно непредсказуемы.
— Только в твоих мечтах, Мейлоу.
— Тогда я поскорее отправлюсь на остров фей! — состроив самую милую, но при этом язвительную мордашку, произношу в ответ. Ведь только настоящие, кровные феи, которых осталось не так уж и много, способны исполнять мечты. Правда, при подобной просьбе их цена велика. Но… кто смотрит на эти условности, когда рядом такой дьявол, как он — ведь так?!
С минуту мы испепеляем друг друга очередными ненавидящими взглядами, а затем, в какой-то момент, между нами встаёт Изабель.
Усмехнувшись, она произносит:
— Ребята, хватит. Вы привлекаете слишком внимания. Особенно ты, Лукас. — Она переводит на него сердитый взгляд своих янтарных глаз, и он тут же отступает на шаг назад.
Мысленно выдыхаю, сложив руки на груди. Он, в свою очередь, усмехается. Только чему — совершенно неясно!
«Идиот» — мысленно кричу я, глядя на него, впервые позволив себе подобную вольность в его сторону даже в мыслях. Кажется, он действительно за все это время сумел довести меня до пика, когда всё мое устоявшееся обладание — так и трещит по швам!
«Ненормальная» — так и читается в его сверкающих, ледяных глазах в ответ, когда на лице застывает надменная ухмылка.
В этот момент руки так и чешутся залепить ему новую пощечину, но мужской голос прерывает мои фантазии, которым так и не суждено сбыться.
— Итак. Минуточку внимания…
В зале снова воцаряется абсолютная, нерушимая тишина.
Довольно кивнув, высокий брюнет продолжает:
— Каждый из вас прошёл жеребьёвку. А это значит, что уже спустя пару минут вы узнаете группу, в которой будете проходить отборочный этап. Поэтому сейчас мы просим пройти вас в гостиные комнаты и подождать результатов. Через пол часа вам огласят список. На этом все.
— Мы желаем вам удачи, — выходя вперёд, произносит мисс Кирк.
— И помните, — завершает мисс Эйн, — честь и благоразумие — новый девиз нашего турнира. Неожиданных сюрпризов, как до игр, так и во время — делать не стоит. Следуйте плану и этот сезон пройдёт незабываемо.
Обе женщины едва склоняют голову. Мужчины же, наоборот, гордо поднимают подбородки. При этом старик, от которого у меня до сих пор мурашки по коже — довольно внимательно наблюдает за Лукасом. Что я подмечаю не сразу.
Однако не успеваю об этом толком подумать — судьи испаряются в образовавшемся портале.
— Прошу всех на выход! И не толпитесь, пожалуйста! — доносится до нас голос одного из кураторов.
Мы с Изабель переглядываемся, после чего следуем за остальными.
Я поднимаюсь с места, двигая онемевшими конечностями — пол часа, в ожидании распределения, а затем ещё полтора часа собрание, на котором, помимо обозначения, снова повторяли основные правила, разъясняя некоторые детали.
Как итог — я в одной группе с Флэтчем и его высочеством. Остальных же я попросту не знаю. Изабель в группе с красавчиков в татуировках, из-за чего Уинстон причитает последние пол часа. Он же в свою очередь попал в одну группу с Матео, которому, кажется, вообще все равно. Поэтому я до сих пор не особо понимаю — зачем он здесь? Для чего?
Он постоянно хмурый. В последние пару дней неразговорчивый. При этом каждый раз его взгляд выглядит через чур задумчивым, словно он пытается решить сложную задачу, у которой, казалось бы, нет решения.
Я совершенно не понимаю, что с ним происходит. Не скажу, что Матео стал для меня близким человеком. Однако, не могу не признать, что его судьба каким-то образом мне небезразлична. Все же в сложный период он был ряд — пусть и с несколькими иными мотивами и собственным видением нашей странной дружбы.