Чтение онлайн

Но как говаривал Пифологий в кругу друзей: ""Старинный канделябр в чердачном бою подчас сильнее револьвера"".

Вскоре бандиты уже стояли у золоченой бочки, связанные одной веревкой. А на чердаке разгоряченные принцессы разыскивали в куче награбленных богатств свои сережки.

– Ори!
– крикнул король.
– Что вы там мешкаете?

Принцесса Ори поторопилась вниз, поскользнулась на нижних ступеньках лестницы, упала и громко вскрикнула.

– Что с вами, голубушка?
– спросила ее мадам Архибудай.

– Нога! Наверно растяжение жил. Я же не смогу танцевать...

Мадам Архибудай захохотала.

– Я смазала ступеньки салом, - сказала она.
– Мы - фирма!

– Отставить болтовню!
– Король Крузербас решительно надел цилиндр на свою складную корону.
– Ори, вон тележка. На ней тебя уже возили. Доберетесь до дворца... Душегубы! В направлении тюрьмы - шагом марш!

Конечно, от простой веревки не исходил кандальный звон - это портило королю настроение.

Принцессы еще не остыли от боя. Анна-Феодора сжимала канделябр, принцесса Пальместрина - мандолину, принцесса Ори - кулаки.

Сверху к "Золотой бочке" спустился принц Агафон. Он нес на спине искусанного комарами принца Анатолия.

– Вот. В одиночестве гуляя, случайно набрел...

Принцесса Анна-Феодора потупилась. Принцесса Пальместрина залюбовалась мандолиной. Принцесса Ори вскрикнула:

– Ой! Что же я?! Принц Анатолий, мне стыдно. Я позабыла, что вы привязаны к колонне... Вы... Вы живы? Вы терпеливый. Терпенье добродетель первая, когда отсутствуют такие добродетели, как честь. Вы оскорбили моего учителя, профессора Миро, взаимодействие квассонов адекватно...

– Ха-ха, - примерно такой звук издал принц Анатолий страшно распухшими губами.

...Когда Хильда и Катя вошли к Хроникамаре, она стояла у окна смотрела на лужайку. Там, по дорожке, посыпанной толченым кирпичом, принц Агафон вез на тележке принцессу Ори и принца Анатолия.

Принцессы Ландия, Орлетта, Лимфатуза, Степанида, непричесанные, высыпали из своих дортуаров. "Что с ними? Кто их?" - спрашивали они в большом возбуждении.

Хроникамара тоже спросила:

– Что это с Ори? Она не сможет завтра танцевать?

– А ты не знаешь? Мы трудовые акробатки, и мы не допустим, чтобы наша подруга, пусть даже бывшая, воспользовалась нечестным преимуществом. Мы уровняем ваши шансы.

– То есть? Вы вывихнете ногу мне?
– Сестры шагнули к Хроникамаре. Вид их был столь решителен, что Хроникамара вскочила на подоконник.
– Вы не посмеете! Это неэстетично...

– Посмеем.
– Хильда развернула перед Хроникамарой пачку афиш.
– И это ты?! Погрязла вся в мармеладе! Сейчас я выброшу афиши в окно, посмотрим, как на них отреагируют принцессы.

– Не смей!
– воскликнула Хроникамара, взмахнула руками, покачнулась и выпала в окно. И хотя невысоко было, бельэтаж, упав, она громко застонала.

Принцессы тут же окружили ее.

– Она тоже вывихнула ногу, - сказала Лимфатуза.
– Теперь, о, какой ужас, каждая из нас может случайно стать невестой принца Филофея.

ОРДЕН ПЕЧАЛИ

Король Крузербас вел банду Архибудая по старинной улице. Сам он, конечно, ехал на коне и увидел с седла: сидят в "Мороженице" двое молодых людей, а именно, принц Филофей и принцесса Тюля, перед ними вазочки с мороженым, а они руки за спиной держат и смотрят в сторону.

– Эй, что это вы делаете?
– спросил король Крузербас.

– Воспитываем силу воли.

– Похвально. А я вот душегубов поймал. Вот веду их в тюрьму. Где тут у вас тюрьма?

– Налево, еще раз налево и направо.

– А ну трогай, - сказал бандитам король.
– Если бы вы воспитывали силу воли - не докатились бы до душегубства.

У принцессы Тюли по щеке скатилась крупная слеза.

– Это ничего, - прошептала она зашмыгавшему носом Филофею.
– Я выдержу... Я продержусь еще минуты три.

Король Крузербас привел банду Архибудая к воротам старого замка. Постучал.

– Кто у ворот?
– спросил глухой голос откуда-то с неба.

– Я Крузербас, король. И банда душегубов.

Ворота отворились, будто зевнули. В тускло освещенном коридоре голос раздался снова:

– Крузербас, запри бандитов в правом зале.

Король пропустил бандитов в темное помещение справа и запер дверь на ключ.

Голос сказал:

– Отлично. Теперь иди вперед, потом - налево.

Волшебница Измора раскладывала пасьянс. Дверь отворилась, через порог шагнул король.

Остановился и воскликнул:

– Измора? Ты что тут делаешь?

– Садись, дружок. Я тут работаю судьей, начальницей тюрьмы, инспектором приютов, ну и волшебницей.

– Как платят?

– Неважно...

Крузербас сел, положив ногу на ногу.

– Дай мне бумагу на бандитов. Суну ее твоему королю Филогерцу в нос. Не может обеспечить безопасность претенденткам. Зато везде реклама мармелада: "Фио лакричный", "Фио-роза", "Фио белковый". Сладко живете.

Тут дверь распахнулась. Принцессы Лимфатуза, Ландия, Орлетта, Редегунда, Степанида втолкнули в комнату Хильду и Катю.

– В чем дело, милочки?
– спросила Измора.

Принцессы ткнули в акробаток острыми пальчиками.

– Их следует судить по строгости закона. Какие хитрые - специально вывихнули ногу Хроникамаре. Подставили нас под удар.

– Какой удар?

– Удар судьбы! Любая из нас может оказаться победительницей.

– Вы скажете, что и принцесса Ори специально вывихнула ногу, чтобы лавры, так сказать, достались вам?
– спросил король Крузербас благодушно, даже несколько игриво.

– Конечно, - пискнули принцессы.

Крузербас тут же наполнился гневом.

– Такое обвинение в адрес моей дочери! Я этого не потерплю!
– Он выхватил палаш.

Принцессы с визгом забились в угол. Загородились от короля Хильдой и Катей.

Измора нежно улыбнулась. Прав был Пифологий, говоря: ""Улыбка есть оружие волшебниц"".

– Вот тебе бумага, Крузербас. Ступай. Они же девочки.

– Их счастье, что не короли.
– Крузербас впихнул палаш в ножны и ушел, как бы гудя и изрыгая пламя.