Чтение онлайн

Взгляд Ардиса Сверада

Церемония принятия в семью была по-своему прекрасна, особенно если принималась девочка. В этот день в храме расстарались, украсили всё зеленью, вынесли все подсвечники, развесили алые покрывала. Разумеется, Сверады не поскупились, предложили настежь распахнуть храмовые двери и подготовили много угощения — всем должно было хватить. Чем больше прохожих заглянут посмотреть церемонию и даже примут в ней участие, угостятся на празднике и заберут часть еды домой, чтоб уже в свою очередь разделить её с домочадцами, тем больше станет свидетелей, что эта девочка действительно вошла в род и отныне тоже Сверад.

Главный служитель не возражал против пышной церемонии. Предварительно он изучил все записи о розысках пропавших девочек. Потом внимательно осмотрел Шенику и, убедившись, что она ни под одно описание не подходит, а также что ни единого следа насилия на её теле нет, состояние, настроение и убранство ребёнка хорошие, подтвердил письменно: малышка брошенная, но при этом ухоженная. А значит, семья вправе взять кроху на воспитание в законном порядке.

И всё же качал головой в сомнении.

— Ваша семья — наёмники. Опасная профессия. А кто позаботится о девочке?

— На имя малышки уже открыт счёт, который будет пополняться, мы обеспечим её средствами, — сдержанно ответил Хиреам. — Также в нашей семье живёт невеста одного из братьев. Скоро женится ещё один мой брат. Думаю, и дальше будут браки. Девочка не останется без женского присмотра.

— Хорошо. Но храм будет в свою очередь приглядывать за малышкой.

— Мы рассчитываем на это, высокий служитель, — поклонился Сверад и заслужил одобряющий взгляд священника. Тот обязал приводить малышку хотя бы раз в месяц, чтоб было видно — девочка в полном порядке и здоровье — после чего объявил начало церемонии.

Конечно, на неё прибыл отец братьев Сверадов — статный, хоть и в прошлом искалеченный старик. У него почти не двигалась левая рука, да и правая повиновалась очень ограниченно. В своё время он получил серьёзную травму спины, позже её удалось выправить магически, но лишь настолько, чтоб передвигаться и выполнять самую лёгкую работу по хозяйству. Потому он передал власть в семье старшему сыну и сейчас посматривал на своего красавца-наследника с гордостью. Давно уже доверял ему решение всех вопросов, результатами был доволен.

Шеника понравилась ему, он ей охотно улыбался, кивал, приголубил, но осторожно, чтоб не напугать малышку, с которой толком не был знаком. Глава семьи привёз ей отличные подарки — вышитое зелёное платьице и украшения, причём самые что ни на есть настоящие, золотые: ожерелье, браслеты, серьги и дорогую тяжёлую диадемку с пурпурными турмалиновыми подвесками. Таята тут же увела девочку переодеваться и обратно привела уже такую куколку, что умилилась вся семья. Испуганная кроха в дорогом платье и драгоценностях выглядела как маленькая принцесса.

В таком виде её и ввели в храм. Там старший Сверад подтвердил, что признаёт девчушку своей дочерью, наделяет всеми правами члена семьи, намерен заботиться и опекать, а глава семейства, Хиреам, поклялся, что она получит приданое и положенное содержание. После чего прохожим вынесли дополнительное угощение: порции каши с мясной подливой в тарелочках, сделанных из листьев, лепёшки, кусочки пшеничной халвы, нарезанные ломтиками фрукты, «корзинки» из рисовой муки, наполненные тушёными овощами.

Рождение ребёнка в семье принято было отмечать именно таким способом — угощая всех встречных, гуляющих мимо дома счастливой семьи. Удочерение тут от рождения совершенно ничем не отличалось. И в смысле закона именно после того, как служитель заверил документ, а горожане получили свою порцию яств, принятие в семью считалось полностью законным. Если спустя время сюда вздумают заявиться родные родители Шеники, им будет сказано, мол, что ж вы гуляли незнамо где, за малышкой не следили, жизнью её не интересовались. Она теперь член другой семьи, об этом в Паратте всем известно, а вы свободны.

Церемония и празднование утомили Шенику, так что Хиреам принёс её в дом на руках, устроил на кроватке, а дальше малышкой занялась Таята.

Мужчины же собрались в гостиной, туда Перий принёс огромный поднос с нарезанным мясом, стопку тёплых лепёшек, миску овощного соуса. Старик Сверад потянулся приготовить себе кушанье, но Нерайер опередил его — сам сложил в лепёшку кусочки мяса, щедро полил соусом, свернул края и даже полотенце на коленях старшего разложил.

— Благодарю, сынок. Ну что ж, я слышал, Ардис, ты задумал жениться.

— Сделал предложение. Есть сложности.

— Неужели тебе трудно очаровать женщину? — Старик покачал головой. — Ты меня разочаровываешь.

Ардис посмотрел сумрачно.

— Она иномирянка, — вмешался Хиреам. — И очень хороший маг.

— Ох… Действительно. Ты, я смотрю, замахнулся. Жаль, что не могу задержаться, хотел бы взглянуть на твою зазнобу. Ну ничего. Деньги я тебе привёз, благословение тоже. Женись, коли сумеешь уговорить. — Он оглядел сыновей, приёмных сыновей и племянников, каждого по очереди взглядом вопросил: — Ну, а вы когда меня доброй новостью порадуете?

Молодые мужчины усмехнулись, переглядываясь, а Раккард, самый младший из приёмных, который — все в семье это знали — был безнадёжно увлечён Таятой, с удовольствием заулыбался и покрутил запястьем, свободным от обручального браслета. Потому удостоился особого внимания со стороны приёмного старшего брата. Понимающего такого, оценивающего и вместе с тем подбадривающего взгляда.

— Понятно, — продолжил отец семейства, принимая от Хиреама ещё один свёрток из лепёшки с сочным мясом. — И кто это у вас готовит?

— Шеника с Таятой.

— Такая малышка — и стоит у печи?!

— Отец, я ведь рассказывал тебе о ней…

— Да, помню. Удивительная история. — Старший Сверад внимательно посмотрел на Хиреама. — Что там у драков? Подозревают что-нибудь?

— Сложно сказать. Они хранят свои тайны так тщательно, что позавидуешь. А просачивающиеся слухи очень уж мутны. Вроде бы связанную старшего принца похоронили чин чином, и разговоров о том, что она может быть жива, нет. Но говорят, что старший принц всё же сохранил остатки магической силы, хоть и едва заметные.