Твои границы
Шрифт:
— Не дави на него, Минди, — вставляет мама.
— Но ты просто подумай, мам. Твой сын встречается с невероятно сексуальной красоткой и до сих пор не переспал с ней. С ним явно что-то не так. Ты бы видела её фигуру. Пресс шикарный, тонкая талия, ягодицы — «мечта любой женщины», идеальная грудь. Она просто охрененная, мам, я не шучу. Она ходячий секс.
Хмурюсь, абсолютно сбитый с толку. Как моя сестра могла увидеть мою девушку? Даже я столько её тела не видел. Но я не удивлюсь, если моя сумасшедшая сестра следила за мной. Совсем не удивлюсь.
— Хм, Мигель, а ты был у врача? — спрашивает мама, хмуро глядя на меня.
— Зачем нашему сыну врач? — Папа, весь потный и мокрый, подходит к нам и хватает бутылку пива.
— Потому что твой сын импотент. По словам твоей дочери, он явно гей, раз не запал на такую красотку. И я совсем не понимаю, что она нашла в нём.
— Я не импотент и не гей. Я в полном порядке. Прекратите. Мы были всего на трёх свиданиях и в четверг вместе пойдём на мюзикл. Всё должно развиваться постепенно, — злясь, ударяюсь о спинку плетёного кресла и цежу лимонад.
— Это дерьмо нравится ей? — кривится сестра. — Никогда бы не подумала. Мне казалось, что она любит вечеринки, опасных парней и много хорошего секса.
— Ты её совсем не знаешь, — защищаю я свою девушку. — Она умная, образованная и милая. Мы много разговариваем. Она скромная, и уж точно я рад этому.
— Мда, это обидно. Я бы убила за такое тело и внешность. Хотя может быть, ты ей просто не вставляешь?
— Скорее, он ей не вставляет. Это же какое надо иметь терпение, чтобы встречаться с нашим святошей? — смеётся брат вместе с сестрой.
— Вы опять достаёте Мигеля. Оставьте его уже в покое, я вино привёз. — К нашему столику подходит Чед и ставит пакеты на стол.
— Привет, детка. — Сестра целует мужа в губы, а я с удовольствием приветствую его. Чеду не повезло так же, как и мне. Он терпит мою семью. Хотя мне не повезло больше. Я не выбирал её, а Чед добровольно вошёл в это логово чисто безумных людей, когда женился на моей сестре.
— Ну, скажи им про ту девушку. Я же права, Чед. Она шикарна. И, оказывается, Мигель с ней уже встречается, представляешь? Но ещё хуже то, что они даже не целовались!
— С чего ты взяла? — возмущаюсь я. — Мы держались за руки.
— Боже, сколько тебе лет? — спрашивая, брат бьёт себя по лбу.
— Это вас не касается. Мы двигаемся медленно и без интриг, расследований и инопланетян, ясно?
— А ты проверил её? — интересуется мама. — Я же присылала тебе двадцать фактов о том, что твоя девушка-инопланетянка.
— Да, я её проверил.
Нет, я этого не сделал. Это бред.
— Значит, она просто хорошая девочка, какой была и я, — пожимает плечами мама.
— Тебя в девятнадцать лет арестовали за то, что ты показывала голую задницу полиции, — поддевает её сестра.
— Это неправда. Я не помню такого, значит, не было. Алекс, скажи им, что с Мигелем всё в порядке, и пусть они оставят его в покое.
О-о-о, мама подключила тяжёлую артиллерию.
— Страсть или есть, или её нет, сынок. Если вы до сих пор не дошли хотя бы до третьей базы, то лучше всё прекратить прямо сейчас. Я не считаю, что у тебя могут быть проблемы, ты же мой сын. Но, значит, проблема в этой девушке.
— Да нет у неё никаких проблем! Вот приведи её на следующих выходных, и вы все увидите, что она как раз в порядке, это с Мигелем что-то не так! — настаивает сестра.
— Нет. Этого не случится. Нет, — отрезаю я.
— Почему? Она всё же из этих? — прищуриваясь, спрашивает мама и показывает глазами на небо.
Боже. Мне хочется уехать домой и просто избежать всего этого. Они всегда так поступают. Ни одна девушка им не нравится. Ни одна. Они пугают их. Поэтому я в свои тридцать шесть лет ещё не женат. Это просто невозможно сделать, потому что у меня психически неадекватная семья.
— Нет, она ещё не готова к вам. Вспомните, что вы сделали…
— Она была тупой.
— Она была страшной.
— Она была пришельцем.
— Она не умела колоть дрова!
— Видите? — злобно смотрю на всех. — Я даже не назвал имя, а вы уже всё сказали. Если вы хотите, чтобы у меня была девушка, то оставьте меня в покое. И когда я сам решу, что мы готовы приехать сюда, то сделаем это.
У мамы начинают дрожать губы, а глаза наполняются слезами. Только не это.
— Он завербован, — ревёт она.
Брат сдерживает хохот, и я пинаю его под столом.
— Мам, он просто неблагодарный, вот и всё, — цокает сестра.
— Ты нас больше не любишь? Ты связался с дурной компанией? Ты отрёкся от нас? — воет мама.
А папа просто потягивает пиво. То ли тот факт, что его отец был русским, делает его абсолютно невосприимчивым к маминым слезам, то ли он, и правда, был чёртовым киллером под прикрытием. Я уже ничему не удивлюсь.
— Мама, это не так. Просто я не готов, понимаешь? — мягко произношу. — Я не готов и пока не знаю, будем ли мы вместе. Я не хочу афишировать наши отношения и торопить события.
— Чтобы на следующие выходные привёз её, или ты мне больше не сын, — мамины слёзы сразу же высыхают, и она начинает манипулировать.
Потрясающе.
— Брось, Мигель, привози её, я буду здесь и помогу ей. Я тоже прошёл боевое крещение, — улыбается мне Чед.
— Ладно, пусть решает сам, — слишком быстро сдаётся сестра.
Прищуриваюсь, глядя на неё. Я уверен, она что-то задумала. Это моя сестра, и я знаю её всю свою жизнь. Именно из-за неё мы всегда попадаем в неприятности.
— Ты уволен из числа моих детей, Мигель Александр, — категорично заявляет мама. — Вставай из-за стола и уходи.
— Дорогая, не злись, ты же знаешь, что инопланетяне питаются нашими плохими эмоциями, — произносит папа.
Ну, спасибо, поддержал.
— Но они также вызывают их. Поэтому я точно знаю, что он порабощён ими. Давай, Мигель, или кто ты там теперь, уходи. Пока ты не отречёшься от новых видов, которые сосут из тебя энергию, и снова не станешь моим сыном, больше не приходи.