Чтение онлайн

«Чёрный Том» не любил резких отклонений от заведенного жизненного распорядка. Обеспокоенный, недовольный, он сидит на вершине пыльного шкафа и разглядывает своего постоянного противника.

Джим лежит на широкой деревянной кровати, по подбородок укрытый одеялом. Одно это обстоятельство может вызвать тревогу — обычно Джим спит на сундуке в кухне.

Кроме того, в этот час место на кровати принадлежит не людям, а ему, Тому, — здесь он отдыхает после ночных приключений. Это правило вошло в жизнь с той далёкой поры, когда Том был малым котёнком, и ни разу не нарушалось.

Том не может сидеть на месте, волнуется, не выдерживает и прыгает на пол.

В квартире тишина. Отец сидит за столом. Он водит пальцем по клеёнке, будто рисует. Потом стирает рисунок ладонью и опять начинает выводить замысловатые узоры.

Так сидит он, почти не поднимаясь, со вчерашнего утра, когда потрясённый Джим возвратился домой.

Том идёт на кухню.

Мать Джима сидит на постоянном своём месте, около плиты.

Щемящей тоской веет на Тома из всех углов.

Молчаливо стоят кастрюли. Мисочка, из которой Том ест, пуста. Он подходит к женщине и трётся об её ноги. Она не замечает этого. Том решительно идёт к постели и прыгает на одеяло, давно утратившее свой цвет. Насторожённо глядит он жёлтыми глазками на своего хозяина и мучителя, подходит к его лицу и осторожно нюхает подбородок.

Джим открывает глаза и тихонько дует коту в ноздри. Тот отступает и укладывается в ногах хозяина. Здесь Том исподтишка поглядывает на Джима. Он не возражал бы даже против возни, хотя за последнее время не любит, когда его тискают, — староват стал. Но сейчас он готов на любую жертву, лишь бы разогнать тягостное состояние, нависшее над этим домом.

Джим закрывает глаза. Он хочет перейти хотя бы на минуту в тот мир, где ему, Джиму, куда интересней жить, где он всегда является героем и победителем… Но это не удаётся.

Он мучительно напрягает воображение, представляет себя героем, могучим, непобедимым, но вместо этого отчётливо видит во всех подробностях то, что произошло в действительности…

Джим думает об одном и том же:

«Как же я должен был поступить? Отдать Томми три доллара? Работать хуже, чем научился? А вот я завтра пойду на завод и буду работать ещё лучше… Посмотрим, кто кого одолеет. Конечно, они будут рады выбросить меня с завода. Как бы не так!.. Но почему же они не отняли у меня деньги? Не взяли даже трёх долларов, что принадлежат Томми. А ведь, пожалуй, верно, что эти деньги принадлежат ему…

Мысли Джима путаются. Он еще раз пытается вызвать в себе злобу к товарищам, но перед ним появляется смеющееся лицо Фила.

«Эх, Фил, — думает Джим, — почему ты не сказал мне всего этого раньше?..»

Фил подмигивает Джиму и скрывается.

«Подожди… Куда ты?», — ужасается Джим, но вместо Фила перед ним на краю постели сидит мистер Люс. Он размахивает перед носом Джима деньгами.

«Возьми их, Рыжий, — говорит Люс. — Я вычел с каждого по три доллара… Мы с тобой славно делаем доллары…»

Он кладёт пачку под подушку и склоняется над постелью. Джим хочет крикнуть, но Коротконогий расплывается в облако грязного дыма.

Джим открывает глаза. Кот принимает это за приглашение и вразвалку шагает по одеялу, прямо к лицу Джима. Кот обнюхивает его, щекочет усами и долго укладывается. От его облезлой шкуры пахнет уличной пылью.

«Сколько же времени я не был на улице?..» Джим начинает высчитывать, но в это время в соседней комнате слышатся осторожные голоса.

Отец, шаркая туфлями, подходит к двери и, не глядя на Джима, осторожно её прикрывает. Джим прислушивается, но до него долетает только сдавленное гуденье.

Джим снимает кота, ставит его на пол и садится на постели.

Он вытягивает руку вперёд, осторожно разводит и сжимает кулаки… Тихий звон в ушах.

Осторожно двигаясь, он ставит босые ноги на пол и подходит к двери.

В скважину видна только голова отца. Джим никогда не видел его таким возбуждённым, бодрым и подвижным.

— Это не борьба, — говорит отец, и Джиму очень хочется увидеть тех, к кому он обращается. — Требования рабочих не так-то велики…

У Джима горько во рту и слегка кружится голова. Он нажимает на дверь. Образуется тоненькая щёлка. Но она, пожалуй, не нужна: отец начинает говорить так громко, что Джим пугается и лезет под одеяло.

Отсюда слышны только отдельные слова, которые отец произносит как-то особенно отчётливо:

— Сообща… Стоять до последнего… Война…

Голоса опять понизились… Вдруг всё стихло. Зашлёпали отцовские туфли. Дверь открылась. Отец спрашивает, не заходя в комнату:

— Джим! Ты не спишь? К тебе пришли.

Джим ничего не успел сказать… Комната сразу наполнилась «дятлами».

К постели подошел Фил. Он смущён, но здорово держится. Это Джим сразу заметил.

Фил отогнул одеяло и сел на краешек кровати. Отец незаметно вышел.

Все молчали, и каждому казалось, что он слышит стук сердца соседа.

Фил взял на руки Тома. Тот начал мурлыкать, но быстро умолк — врождённая солидность и преклонный возраст удерживали его от внешних проявлений нежности.

Кто-то из мальчиков нерешительно сказал:

— Хочешь покурить, Джим?

— Что ты! — испугался Томми. — Он не курит.

После этих незначительных слов всем стало легче. Ребята рассаживались. Томми и незнакомый мальчик сели на кровать. Парень из соседнего цеха уселся на подоконник. Кое-кто непринуждённо опустился на пол.

Фил посмотрел в окно:

— Послушай… — Он начал уверенно, но Джим заметил, как голос его чуть сорвался. — Об этом после…

И несмотря на то, что все, в том числе и Джим, поняли, о чём он хотел сказать, Фил повторил ещё раз:

— Об этом поговорим после… Вот что, Красноголовый Дятел… — Он глядел на Джима, и глаза его улыбались. — Если ты не будешь говорить Коротконогому…

Все впились глазами в Джима.

Он легко, даже с восторгом, выдерживал на себе этот палящий перекрёстный огонь и больше, чем следовало, замедлял ответ. Он хотел поразить товарищей своим решением.

Джим открыто смотрел в глаза Филу. Наконец он сказал, обращаясь к Филу:

— Я ничего не скажу Коротконогому.

Вся комната облегчённо вздохнула.

Джим слышит голос Фила:

— Мы были уверены в тебе и поэтому сами сказали Коротконогому…

Фил умолкает. Джим с удивлением и испугом разглядывает широкие ноздри Фила, пухлые губы, веснушки под задорными глазами и волосы, кустиком торчащие на темечке. Он с трудом привыкает к острым поворотам речей Фила, замысловатым его шуткам…