Чтение онлайн

Большое справочное табло оповещало всех желающих, что до отправления вниз следующего челнока остается еще целый час. Кин нашла бар, откуда можно было видеть начало посадки на челнок. Бар назывался «Рваный барабан».

— Почему? — спросила она у кунгийца, хозяйничающего за стойкой бара. Устремив на нее типичный для всех барменов дежурно-вежливый взгляд огромных глаз, он изрек:

— Потому, что бить в него вы уже не сможете.

— А что, очень хочется? А я-то думала, что у кунгийцев нет чувства юмора.

— Вы были правы, его нет.

Бармен-кунгиец принялся пристально рассматривать ее.

— С Земли? — наконец спросил он.

— Да, — ответила Кин.

— С которой? У меня старший брат на Самой Насто…

— С Земли — значит просто с Земли, — отрезала Кин. Он снова задумчиво поглядел на нее, потом засунул руку под стойку и извлек на поверхность кассету, которую Кин с внутренней дрожью немедленно опознала.

— То-то я гляжу, ваше лицо мне какое-то знакомое, — приходя в сильное волнение, победоносно произнес бармен-кунгиец. — В ту же минуту, как вы вошли, я думаю — какое знакомое лицо. Конечно, голография всего не передаст, однако, однако… Вот! Как вы думаете, мисс Арад, удобно будет мне попросить у вас запечатлеть здесь свой голос?

Она взяла из его широченной четырехпалой руки плеер с микрофильмом Продолжения Сотворения и, ядовито усмехаясь, спросила:

— И, конечно, это не для вас, а для вашего племянника Сэма?

Кунгиец принял озадаченный вид.

— Нет у меня никаких племянников Сэмов, — сказал он, — но вот мой младший брат Брктлтык… А почему вы так подумали?

— Магия, — обреченно вздохнула Кин. Она взяла свой стакан, пересела к столику у широкого окна и принялась лениво рассматривать готовящиеся к отходу челноки, вполуха прислушиваясь к тому, как бармен-кунгиец взволнованно объясняется с кем-то по интеркому.

Внезапно перед ее столиком выросла долговязая фигура. Она подняла на нее взгляд.

Все-таки следует что-то сказать и о самих кунгийцах. Этот молодчик был под два метра ростом, с лихо зачесанным назад ярко-красным вихром из чего-то, весьма отдаленно напоминающего волосы. Огромные глаза, заполняющие почти все лицо, были на две трети прикрыты веками, защищаясь от света дополнительных ламп, которые бармен-кунгиец специально включил, чтобы угодить Кин. Скелетобразная фигура имела выступающие мускулы, напоминающие птичек, присевших на провода, и горб на спине между лопатками, где находилось третье легкое. Его комбинезон пилота являлся шедевром портняжного искусства. Обстоятельства к тому вынуждали. У кунгийца было четыре руки.

Существо перед ней приветливо ощерило пасть в улыбке. Улыбка представляла собой красный шрам в нижней части лица от уха до уха, покрытый пузырящейся слизью.

— Меня зовут Марко Форфарер, — произнесло оно, — и, идя на встречу вопросу в ваших глазах, сразу скажу — я натуризованный землянин, и юридически я — человек. И пусть небольшая неувязка с обстоятельствами моего появления на свет вас не смущает.

— Извините, — сказала Кин. — Знаете, это все вторая пара рук.

— Я понимаю.

Он наклонился почти вплотную к ней и, дыша болотной вонью, заговорщически прошептал:

— Плоский Мир?

После чего с необычайно довольным видом присел к ней за столик, и они некоторое время молча рассматривали друг друга, каждый стараясь прочитать мысли собеседника.

— А откуда вы узнали? — наконец спросила Кин.

— Магия, — многозначительно ответил он. — Я узнал вас. В свое время я был просто без ума от вашей книги. И я знаю, что Кин Арад работает на Компанию. И я вижу ее, сидящую в баре на Верху Линии, в том месте, где ее никто не ожидает увидеть. Выглядит она ужасно озабоченно. И тут я вспоминаю, что с месяц назад, когда я болтался на Эфтнии и никак не мог поймать корабль с планеты — оказалось, что кроме меня там вообще нет пилотов такого роста — я получил приглашение от одного человека, который…

— Думаю, я его знаю, — сказала Кин.

— Он мне кое о чем рассказал и кое-что пообещал. Кстати, а что он пообещал вам?

Кин пожала плечами.

— Среди прочего — шапку-невидимку.

Глаза кунгийца удивленно распахнулись.

— Мне он, в обмен на мои услуги, предложил кошелек из шкурки одного маленького зверька. Кошелек, который может делать сколько угодно вот этого, — произнес он вполголоса и вытащил из кармана кучу денег. Кин взяла некоторые из банкнот, чтобы рассмотреть поближе. Там были упаковки по 100 и 1000 Дней, керамические слитки эфтнийских долларов, разнообразная земная валюта, скрученная в тугой толстый рулон, несколько сотен Звездных такенов и кредитная карточка.

— Кое-какие деньги я уже сдал менялам на Эфтнии, и они спокойно их взяли. Если вы хоть раз вели дела с эфтнийцами, то уж, наверно, знаете, что лучшей проверки и не придумаешь, — рассказывал Марко, — кредитка, кажется, тоже эфтнийская.

Этого добра было еще больше, особенно эфтнийских долларов. Но я тогда здорово поиздержался.

Кин подтолкнула пальцем эфтнийскую деньгу и задумчиво проследила, как она перекатилась через стол.

— И что, они берутся прямо из этого кошелька?

— Ага. Он не больше ладони размером. Я своими глазами видел, как этот парень все доставал и доставал оттуда деньги. Поначалу я думал, что он из Компании. Он очень хотел нанять меня.

— В качестве пилота?

Кунгиец развел одной из пару рук.

— Не ошибусь, если скажу, что в принципе я могу водить любой корабль. И даже без Подпространственной матрицы. Так что, наверно, я самый лучший… а этим что здесь надо?

По направлению к их столику шествовал бармен-кунгиец, ведомый здоровенным волосатым шаром, передвигающимся прыжками на одной ноге. Сбоку у него болталась коробка разговорного устройства.

— Этот эфтниец, — представил его бармен, — является офицером санитарной службы Верха.

— Очень приятно с вами познакомиться, — приветствовала эфтнийца Кин.

Шар проворно выхватил щупальцем из складок — своей кожи, плаща? — небольшую переносную клетку для птиц и сунул ее прямо в лицо Кин. Было слышно, как Марко злобно зашипел.

«Вуаля! Извиняюся!» — заскрипел динамик в коробке. — «Землянин! Разумный! Вопрос!»

Крупная черная птица хмуро посмотрела на Кин и снова принялась копаться в своем грязноватом оперении.

— Это у нас со вчерашнего дня, — почел своим долгом пояснить бармен-кунгиец. — Я ему все толкую, что это обычное животное, земная птица. Только говорящая. Мы искали такого в Гиде разумных, но там был только один с крыльями, а этот на него не похож.

— Этот похож на старую добрую ворону. Только очень большую, — сказала Кин, принимая в руки клетку. — А в чем проблема? — Она на минутку задумалась. — А! Я, кажется, поняла. Вы не знаете, что с ней делать. Арестовать ее или свернуть шею? И почему птичка сидит в клетке?