Чтение онлайн

План и содержание этого сочинения следующие: «…в I книге на примере обращения галльского монаха-пелагианина Лепория проводится параллель между несторианством и пелагианством. По утверждению преп. Иоанна Кассиана, в пелагианстве можно обнаружить зачатки несторианского учения о Христе как о простом человеке, который соединен с Богом. Книги II–IV содержат свидетельства Священного Писания в защиту божества Христа и термина ©еотокос; (Богородица). В V книге преп. Иоанн Кассиан возвращается к вопросу о связи несторианства и пелагианства; он проводит различие между пребыванием Бога во Христе и в святых; говорит о таинстве единства двух природ Христа. В VI книге в качестве образца Православной веры приводится и анализируется вероисповедание Антиохийской церкви, из которой происходил Несторий. Последнего преп. Иоанн Кассиан объявляет нарушителем веры своей Церкви. В VII книге, где приводится большинство цитат из сочинений Нестория, преп. Иоанн Кассиан Римлянин повторяет основные доводы против его учения, подкрепляя их свидетельствами из сочинений отцов Церкви, как западных (свт. Илария, еп. Пиктавийского, свт. Амвросия, еп. Медиоланского, блж. Иеронима, Руфина, блж. Августина), так и восточных (свт. Афанасия Великого, свт. Григория Богослова, свт. Иоанна Златоуста). В конце книги преп. Иоанн Кассиан обращается к Константинопольской церкви с призывом отказаться от ереси Нестория и сохранять верность учению свт. Иоанна Златоуста» [11] .

Нужно отметить, что данный труд Кассиана подвергался критике богословов и, видимо, потому не был переведен епископом Петром. По словам заслуженного профессора МДА К. Е. Скурата, это творение «преподобного Кассиана особого интереса не представляет, так как является данью полемике своего времени» [12] . Причины столь неблагосклонного отношения к трактату преп. Кассиана таковы: недостаток систематичности в изложении, стилистические погрешности, повторы, нечеткое понимание новоявленной ереси несторианства и сближение ее с ересью пелагианства; главный упор при собирании обширных цитат из Священного Писания и творений святых отцов преп. Кассиан делает на божестве Господа Иисуса Христа (а это скорее «било мимо цели», ибо Несторий не отрицал божества Сына Божия во Христе); кроме того, видно, что некоторые христологические формулировки преп. Кассиана неточны [13] , при том что ересь Нестория как раз и была христологическая. По словам Дж. Квастена, «Кассиан – не богослов, и ему недостает умозрительности по сравнению со святыми Каппадокийцами или с блж. Августином. Тем не менее он четко распознает духовные следствия догматических истин» [14] . Он чувствует опасность ереси.

Однако в последнее время появляются и иные, более благожелательные точки зрения: «…трактат св. Кассиана De incamatione незаслуженно обойден вниманием исследователей, особенно его антипелагианские убеждения, повлиявшие на этот текст» [15] ; «…несмотря на все недостатки, этот трактат был одним из самых ранних западных сочинений против несторианства и сыграл определенную роль в истории развития христологического догмата в Западной Церкви. В частности, он оказал влияние на христологию свт. Льва Великого» [16] .

Произведения же преп. Иоанна Кассиана аскетического характера «сконцентрировали в себе сущность восточной духовной традиции» [17] .

Труд «Установления общежительных монастырей» (De institutis coenobiorum) преп. Иоанн Кассиан посвятил епископу г. Апт Кастору. Сочинение состоит из двенадцати книг и разделено на две части. Часть первая: предисловие с посвящением Кастору и четыре книги о жизни монахов Востока, прежде всего Египта: об одежде (I), о ночном бдении согласно египетскому обычаю (II), о дневной службе согласно палестинским и месопотамским обычаям (III), об общем устроении монашеского жития и о добродетелях, приличных ему (IV).

Вторая часть начинается с нового посвящения Кастору, а далее речь идет о пороках и страстях, с которыми монах должен бороться, чтобы стяжать совершенную чистоту сердца: о чревоугодии (V), блуде (VI), сребролюбии (VII), гневе (VIII), печали (IX), унынии (X), тщеславии (XI) и гордости (XII). Ранее аввой Евагрием Понтийским, оказавшим, как мы отмечали выше, серьезное влияние на преп. Кассиана, был составлен такой же список главных страстей. «Вторая часть, озаглавленная De octo principalium vitiorum remediis (О восьми главнейших лекарствах от пороков; книги V–XII), вскоре выделилась в отдельное произведение» [18] . Целью «Установлений» «было руководство к деятельной жизни, то есть жизни аскета, который стремится к высшей по уровню созерцательной жизни» [19] . В процессе духовного совершенствования и борьбы со страстями через борьбу с помыслами этих страстей «грех преодолевается, а действие благодати усиливается. Со всей очевидностью такой процесс – это переход от искоренения пороков к умножению добродетелей» [20] .

«Собеседования» (Conlationes) были задуманы как дополнение к «Установлениям» (Institutes), завершение их. Сочинение состоит из 24 книг, число которых символически соотносится с 24 старцами в книге Откровения св. Иоанна Богослова (Откр. 4:4; Собес. XXIV, 1), и делится на три части, даже три сочинения, которые одновременно самостоятельны и связаны между собой [21] . В отличие от деятельно-аскетического характера «Установлений», «Собеседования», «наоборот, посвящены именно созерцательной жизни, хотя включают в себя также и наставления относительно деятельной жизни» [22] , и если «Установления» «были написаны Кассианом как наставление для общежительных монастырей, то “Собеседования” – для отшельнической жизни» [23] .

«Собеседования» составлены в форме диалогов, в которых авва Герман, а иногда авва Кассиан, предлагает вопрос для обсуждения. Они «задуманы не как ученые трактаты, но скорее как собрание интервью с искусными в духовной жизни. Они не выстроены в каком-либо логическом порядке, и разные отцы неоднократно возвращаются к вопросам, о которых уже говорилось» [24] . Первая часть (1-Х), написанная по просьбе Кастора Аптского (вскоре умершего: 425–426 годы), посвящена «братьям Леонтию и Элладию»; вторая часть (XI–XVII) – «братьям Гонорату (впоследствии епископ Арелатский) и Евхерию» (впоследствии епископ Лионский); третья часть – четырем Леринским настоятелям (аббатам): Иовиниану, Минервию, Леонтию и Феодору (два последних сменили один другого на епископской кафедре города Фрежю).

В «Собеседованиях» отражены периоды пребывания преп. Иоанна Кассиана в Египте. Собеседования 1-Х (время жительства преп. Иоанна Кассиана в монастырях пустыни Скит) представляют собой настоящий трактат о духовном совершенстве: это беседы аввы Моисея о цели монашеской жизни (I) и о способности различения (II); аввы Пафнутия – о трех видах молитвы (III); аввы Даниила – о похоти, плоти и духе (IV); аввы Серапиона – о восьми главных пороках (V); аввы Феодора – о попущении Богом скорбей для Его угодников (VI – «Об умерщвлении святых»); аввы Серена – о духовной брани и силе злых духов (VII–VIII); аввы Исаака – о способах молитвы (IX–X).

Вторая часть «Собеседований» повествует о событиях, которые происходили в Панефисе в начале путешествия в Египет и представлены здесь в хронологическом порядке. Беседы: с аввой Херемоном – о совершенстве (XI), о целомудрии (XII) и о помощи Божией (XIII); с аввой Нестероем – о духовном знании (XIV), о чудесах и дарах Божиих (XV); с аввой Иосифом – о духовной дружбе (XVI) и «О принятии решений» (XVII).

Собеседования XVIII–XX, написанные между 428 и 429 годами, происходили в Диолке: с аввой Пиаммоном – о трех родах монахов (XVIII); с аввой Иоанном – о цели общежительного и отшельнического жития (XIX); с аввой Пинуфием – о покаянии и удовлетворении за грехи (XX).

Собеседования XXI–XXIV, вероятно, относятся к периоду пребывания преп. Иоанна Кассиана в пустыне Скит. Это беседы с аввой Феоной о внутренней свободе в «О льготах в Пятидесятницу» (XXI), об искушениях плоти (XXII), о грехе и непогрешимости (XXIII); с аввой Авраамом – в «О самоумерщвлении» о различных вопросах монашеской жизни (XXIV). «“Собеседования” являются шедевром Кассиана. Они оказали громадное влияние на монашескую жизнь как на Востоке, так и на Западе, особенно на св. Венедикта Нурсийского и Кассиодора» [25] .

Необходимо упомянуть об участии преп. Кассиана также в западной богословской полемике V–VI веков. Дело в том, что блж. Августин в своей полемике с Пелагием и его последователями допускал некоторые крайние богословские утверждения: о неизвестном для человека предопределении Божием избранных людей ко спасению, непреодолимом действии Божественной благодати на таковых грешников, об отсутствии ценности человеческих усилий и свободной воли человека в деле спасения, о фатальном действии первородного греха на всех потомков Адама; он отказывал человеческой воле, если она не находится под действием благодати, в каком-либо вообще желании добра и т. и. Неудивительно, что такие утверждения Августина встретили критику в среде монашества, с его представлением об особом, свободно избранном пути человека, требующем максимальных личных человеческих усилий для спасения и достижения христианского совершенства, и в частности монашества южногалльского, одним из признанных лидеров которого был в тот момент преп. Иоанн Кассиан. Не нападая лично на блж. Августина, Кассиан тем не менее выступил против его взглядов по названным вопросам и выразил точку зрения, свойственную восточному христианству. В XIII Собеседовании он либо рельефно выделил сказанное аввой Херемоном, одним из своих египетских собеседников, либо вложил в его уста свои слова о равной важности в деле спасения как Божественной благодатной помощи (направлено против пелагианства, умалявшего значение благодати Божией и подчеркивавшего спасительное значение свободных человеческих усилий в деле спасения), так и свободной воли самого человека (против крайнего августинизма) и тем самым «предложил первую ясную альтернативу августиновскому учению о человеческом действии и Божественной благодати… Кассиан считал, что в некоторых случаях благодать содействует воле, которая уже желает добра, тогда как в других случаях благодать подвигает волю к добру тогда, когда она к нему не склонна… Кассиан сохраняет в неприкосновенности и человеческую свободную волю, и Божественную волю ко всеобщему спасению» [26] .