Творения догматико-полемическое и аскетические
Шрифт:
2. Ибо Лепорий, тогда монах, ныне же пресвитер [57] , который, как мы выше сказали, начинал с учения или, лучше сказать, лжи Пелагия, был в Галлии защитником названной ереси среди или первых, или сильнейших. Он, будучи предостережен нами и исцелен Богом, так великолепно осудил дурно понятое убеждение, что его исправление почти не менее поразительно, чем неповрежденная вера многих. Ибо первое [по достоинству] – совсем не впадать в заблуждение и [только] второе – хорошо [его] отвергать.
57
Лепорий – родился, вероятно, в Трире в нач. V в. и ок. 430 г. стал монахом. Как пишет Геннадий Марсельский, «Лепорий пресвитер, в бытность монахом увлекшись учением Пелагия более из самонадеянности, чем из серьезного убеждения, усомнился в богоявленности Иисуса» (Геннадий Марсельский. Книга о церковных писателях, 59), имея в виду то, что Лепорий акцентировал различие Божественной и человеческой природ в ущерб их единству в Лице Господа Иисуса Христа. «Впоследствии же, вняв увещеваниям галльских богословов, отправился он в Африку и исцелился там, с Божией помощью, под благотворным воздействием проповеди Августина» (Геннадий Марсельский. Книга о церковных писателях, 59). В 418 г. на Карфагенском Соборе с участием Карфагенского епископа Аврелия и блж. Августина он отрекся от своих заблуждений. В Галлию не вернулся и, вероятно, там стал пресвитером в церкви блж. Августина. – Ред.
3. Потому, вернувшись к себе, он исповедал свое заблуждение (настолько со скорбью, насколько же [и] без стыда) не только в Африке, где он был и ныне есть, но и послал письма своего плачевного исповедания и вопля ко всем городам Галлии, чтобы [там], где прежде было известно его отклонение, стало так же известно его исправление и чтобы те, которые прежде были свидетелями его заблуждения, после стали [свидетелями его] исправления.
Глава 5. Примером исповедания веры Лепория подтверждает, что публичный грех должен быть смыт публичным исповеданием, и вместе с тем, исходя из его высказываний, указывает на то, как следует думать о Воплощении Слова
1. Мы решили добавить нечто из его исповедания или, лучше сказать, оплакивания по двум причинам: чтобы исправление было свидетельством для нас и примером для тех, кто колеблется, и чтобы те, которые не стыдились следовать заблуждению, затем не стыдились бы следовать исправлению и как были обессилены подобным недугом, так же были бы уврачеваны подобным лекарством. Потому когда он признал превратность своего мнения и воззрел на свет веры, то написал к галльским епископам и начал так:
Покаянное исповедание веры Лепория
(242) 2. «Что бы я в себе порицал в первую очередь, о достопочтенные мои владыки и достоблаженные священники, [Col. 251 я не знаю, и что бы мне в себе извинить в первую очередь – не обретаю. Невежество и гордость, глупая простота вместе с преступной уверенностью, пылкость с неумеренностью, вернее сказать, лишение сил вместе со слабой верой – до такой степени расцвело все это, допущенное мной в себя, что мне удивительно, как столь многому одновременно можно было в помрачении повиноваться, и радостно, что это же отступило от моей души».
И несколько позже добавляет:
«Если мы, вовсе не понимая силу Божию, полагаясь на рассудок и собственный разум, представляем, что Бог действует в том, что ниже Его, так что если бы мы сказали, что с Богом родился человек, относя отдельно Божие к одному лишь Богу и отдельно причисляя человеческое к одному лишь человеку, – [то тем самым] мы очевиднейшим образом вводим четвертое Лицо в Троице и вместо одного Сына Божия начинаем воображать не одного, а двух Христов, так что от нас уже отвратится Сам Господь и Христос Бог!
3. Поэтому мы исповедуем Господа и Бога нашего Иисуса Христа Единородным Сыном [Col. 26] Божиим, Который у Себя прежде веков родился от Отца, для нас же во времени от Духа Святого и Марии Приснодевы стал Человеком – родившимся Богом. И, исповедуя обе сущности – плоти и Слова, мы благочестивой доверчивостью веры принимаем одного и Того же нераздельного Бога и Человека; и вследствие сего мы утверждаем, что со времени принятия плоти то, что было Божие, полностью перешло на человека, как и всё, что было (243) человеческое, оказалось в Боге.
4. И, [согласно] такому пониманию, Слово стало плотью (Ин. 1:14) – не превращением или какой-либо изменчивостью начало быть тем, чем не было, но силой Божественного Домостроительства Слово Отца, никогда от Отца не отделяясь, благоизволило быть именно человеком, и Единородный сокровенно стал воплощенным посредством той тайны, которую Он Один знал. Ибо ведь наше [дело] – верить, а Его – знать. И, таким образом, Сам Бог Слово, усвоив все, что есть у человека, стал человеком; и, восприняв все от человека, имевшего получить то, что у Бога, ничем иным, нежели Бог, быть не мог. И все же, так как Он называется воплотившимся [Col. 27] и сочетавшимся (immixtus), не следует допускать умаления Его [Божественной] сущности. Ибо знал Бог, [как] приобщиться без повреждения Себя, и всё же истинно приобщиться.
5. Он знал, как воспринять в Себя таким образом, чтобы тому не прибавилось никакого приращения, и знал, как всё проникнуть Самим Собой, чтобы не случилось никакого ущерба. Поэтому мы не полагаем, на основании видимых свидетельств опытов делая предположение относительно равных между собой тварей, взаимно проникающих друг друга [58] , для разумения нашей немощи, что Бог и человек смешались воедино и посредством такого слияния плоти и Слова будто составилось некоторое тело.
58
Очевидно, речь идет об опытах смешения каких-либо физических субстанций, образующих между собой в результате слияния новое вещество. Об этом см.: Тертуллиан. Против Праксея, 27: «Ведь если Слово стало бы плотию благодаря превращению и изменению сущности, то Иисус уже был бы одной сущностью из двух – из плоти и Духа; и был бы некой смесью наподобие электра, который состоит из золота и серебра, и был бы и ни “золотом”, то есть Духом, ни “серебром”, то есть плотью, так как одно, перейдя в другое, образует нечто третье». – Ред.
6. И пусть не думают, что мы верим, будто две природы некоторым родом слияния обратились в одну сущность, ибо такого рода смешение является порчей обеих составляющих частей. Ведь Бог может вмещать, но Сам неуловим; [всё] проникая, [Сам] непроницаем; [всё] наполняя, [Сам] не наполняется; везде одновременно весь есть и всюду распространен, посредством разлития Своей силы милосердно примешан человеческой природе».
7. И несколько позже:
«Поэтому рождается (244) нам в подлинном смысле от Духа Святого и Марии Приснодевы [Col. 28] Богочеловек Иисус Христос, Сын Божий. И таким образом в обоих единым стали Слово и плоть, так что каждая сущность пребывает естественным образом в своем совершенстве, без ущерба себе, и сообщает человечеству Божественное и приобщает Божеству человеческое. И не так, что Один – Бог, а другой – человек, но Один и Тот же Он – Бог, Который и человек; и опять человек, Который и Бог, именуется Иисусом Христом, единственным Сыном Бога, и воистину является [Им]. И поэтому нам нужно всегда следовать и [так] веровать, чтобы мы исповедовали, что Господь наш Иисус Христос, Сын Божий, есть истинный Бог, Который всегда с Отцом был и прежде веков был равен Отцу, и [чтобы мы] не отрицали, что Тот же Самый со времени принятия плоти стал Богочеловеком. И чтобы мы не считали, что будто посредством прохождения степеней и времен Он возрастал в Боге и одно состояние у Него было до воскресения, другое же – после воскресения, но что Он всегда пребывает в одной и той же полноте и силе».
8. И снова несколько позже:
«Но так как Бог Слово милостиво снизошел в человека, ибо [Ему] следовало воспринять человека, и посредством принятия Бога человек взошел в Слово, то весь Бог Слово стал [Col. 29] всем человеком. Ибо не Бог Отец стал человеком и не Дух Святой, но Единородный [Сын] Отца. И потому следует принимать одно Лицо (ипа persona) плоти и Слова, чтобы мы верно, без какого-либо сомнения веровали в Одного и Того же Сына Божия, всегда нераздельного в двух сущностях и нарицаемого исполином в дни плоти Своей (Пс. 18: 6). И Он истинно всегда нёс всё, что принадлежит человеку, и истинно всегда обладал тем, что принадлежит Богу, так как хотя и распят в немощи, но жив силою Божиею (2 Кор. 13:4)».
Глава 6. Согласное учение православных должно быть принято как правая вера
1. (245) Поэтому это его исповедание, бывшее верой всех православных, одобрили и все африканские епископы, откуда он писал, и все галльские, к которым он писал. И вообще еще не существовало никого, кому бы эта вера была неугодна, – разве только из-за греха неверия, потому что отрицать доказанное благочестие есть очевидный признак нечестия.
2. Вследствие сего ныне для опровержения ереси должно было бы хватать одного согласия всех, потому что всеобщее мнение есть обнаружение несомненной истины, и совершенный путь бывает там, где никто не расходится [Col. 30] [во мнениях]. Так что при первом же случае, если кто устремится думать против сего, следует не столько слушать его утверждение, сколько порицать его превратность. Потому что тот дает повод к осуждению самого себя, кто нападает на всеобщее суждение, и тот не имеет возможности быть выслушанным, кто подрывает определения всех. Ибо когда истина всеми подтверждена, что бы против нее ни возникло – тем самым тотчас оказывается ложью оттого, что противоречит истине1. И потому для вынесения осуждения достаточно даже только того, что оно [утверждение] не согласуется с суждением истины.