Чтение онлайн

Пару раз ему на встречу попались пешеходы, спешащие по своим делам, по дороге проехало несколько машин — и все, он практически был один среди голых березок и таких же голых зданий, возвышающихся вокруг.

Обогнув одну из девятиэтажек, Воронцов вышел на довольно оживленную улицу, машинально глянул на вывеску на доме, и внутренне сжался — улица называлась «Снайперская».

Тут было уже достаточно людно, у перекрестка виднелись палатки, блестел стеклом витрин продуктовый магазин на другой стороне. Возле магазина топтались несколько бомжеватых личностей, одетых с подчеркнутым пренебрежениме к моде и времени года — кто в трико, кто в пиджаке… Они живо напомнили Сергею «свою братву» из его двора — таких же спившихся, опустившихся типов, вечно торчавших возле магазина на углу.

Сзади послышался шум останавливающейся машины. Сергей внутренне сжался, приготовившись к немедленным действиям, но птом мысленно обругал себя — кретин, кому тут есть до него дело? И тут же сзади, вслед за хлопнувшей дверцей послышалось:

— Гражданин! Одну минуточку!

Медленно, как можно равнодушнее и спокойнее, Сергей обренулся и замер: в двух метрах от него стоял сине-голубой «сорок первый» «Москвич» патрульно-постовой службы, а рядом с машиной возвышался, властно маня его к себе рукой, здоровенный старшина с коротким автоматом-»сучкой» на шее.

Мысли Воронцова заметались, как в лихорадке: «Попался?! Вряд ли, не со спины же они меня узнали! Тогда почему? Плохо выгляжу, ночь в теплотрассе точно не придала моему облику элегантности! Значит, обычная проверка докумнетов! А документы…».

«Додумать» он не успел — старшина небрежно козырнул и проговорил, ощупывая Сергея недобрым взглядом выпуклых, круглых, наглых глаз:

— Восемнадцатое отделение, старшина Руленко. Ваши документы, пожалуйста!

«А документов-то у меня — только институтское «оо-шное» удостоверение! Показывать или нет? А если обо мне уже сообщили, как говориться, всем постам? Что делать, мать твою?!», — Сергей был в отчаянии, однако внешне старался сохранаять равнодушное спокойствие, и с наигранной ленцой в голосе сказал, скорее по наитию, чем осознанно:

— Нету с собой, старшина, не ношу!

Милиционер внимательно посмотрел на Сергея, потом обренулся к машине, где сидели ещё двое — сержант за рулем, и то ли лейтенат, то ли старлей — рядом:

— Нету у него! Что, берем?

Сергей увидел, как к стеклу приблизилась бледная от недосыпа или похмелья физиономия офицера, серые глаза осмотрели его, и последовал утвердительный кивок — берем!

— Садитесь в машину, вам придется проследовать с нами в отделение для установления вашей личности! — скучным голосом сказал старшина, и аккуратно, но крепко взял Воронцова за раненную руку, сделав движение, мол, давай, мужик, садись!

Сергей медлено сделал шаг к распахнутой дверце, решая про себя новую дилемму — старшину он бы уложил с одного удара, ребром ладони по кадыку, благо, тот стоял очень удобно. Потом из пистолета — в водилу и «летеху» рядом… А потом? «А потом, в случае попадания в руки милиции ты автоматически становишся трупом — своих они не прощают!», — безжалостно прозвучал в голове Сергея «внутренний голос».

Воронцов усмехнулся и полез на заднее сидение…

Восемнадцатое отделение милиции города Москвы, двухэтажное кирпичное здание, серое и какое-то сиротливое, оказалось совсем рядом — на пересечении Снайперской улицы с улицей Молдагуловой. Доехали молча.

Сергей следом за старшиной вылез из «Москвича», и уже по пути к дверям отделения его вдруг обожгла тревожная мысль: «Пистолет!».

Он уже так привык к своей «пушке» под курткой, за поясом, что как-то и забыл, что основная масса людей ходит без оружия, и что в глазах милиции любой вооруженный человек — потенциальный преступник.

«Сейчас меня обыщут, найдут пистолет, и тогда…». Что будет тогда, Сергей не знал. У него было разрешение на ношение оружия — на обороте институтских корочек, заламинированное под общий пластик. Но показать его — значит показать и удостоверение, а Сергей очень сильно сомневался, что когда менты увидят надпись «Отдел Охраны НИИЭАП», у них не всплывут нехорошие ассоциации — все же Воронцовых много, а НИИЭАП — один…

В конце концов он решил действовать таким образом — обыщут, найдут оружие — придется показывать удостоверение и дальше действовать по обстановке. Не обыщут — значит, прокатило…

Старшина привел Сергея в дежурку, отделенную от вестибюля стелянной решетчатой перегородкой. За перегородкой сидел толстый лысый майор и грыз яблоко. Он безо всякого интереса поглядел на Воронцова, потом вопросительно — на старшину.

— Вот, товарищ майор, без документов! Куда его?

Майор опять посмотрел на Сергея, более внимательно и настойчиво, словно бы пытался узнать в этом небритом хмуром человеке кого-то занкомого, потом кивнул:

— Давай в «обезьянник»! — и официально обратился к Воронцову: — Место жительства?

— Город-герой Москва! — в том же тоне ответил Сергей, и шагнул в отделенную решеткой от основной дежурки каморку с низкой, грязной лавкой. Пахло тут так, что впору было залезать в противогаз. Действительно, «обезьянник»!

— Где-то я его видел! — задумчиво сказал майор, глядя на Воронцова, потом посмотрел на страшину: — Руленко, ну-ка, посмотри на стенде — нет у нас такого персонажа?

Старшина поправил автомат, подошел к застекленному стенду с грозным транспорантом наверху: «В розыске», внимательно начал разглядывать фотографии, изредка бросая взгляд на Сергея. Продолжалось это все довольно долго, и все это время Сергей сидел, сильно напрягшись — мало ли, вдруг он уже в розыске?

Но оказалось — нет. Добросовестно сличив лицо Сергея с доброй сотней лиц на стенде, старшина отрицательно покачал головой:

— Не, товарищ майор, такого нет!

— Ладно, бес с ним! — пробурчал майор, вновь берясь за яблоко: — Но где-то я его видел?

Старшина ушел. Майор доел яблоко, сыто рыгнул и полез в коробок — за спичкой. Ковыряя в зубах, он достал из стола приложения к «Аргументам и Фактам» «Я — молодой», и углубился в чтение.

— Товарищ майор! — подал голос Сергей из-за решетки: — А со мной-то как? У меня дел полно, я же на работе!

Майор флегматично посмотрел на Воронцова через плечо, потом с ленцой сказал:

— Через пять минут заканчивается мое дежурство! А с тобой мой сменщик разберется! Я-то все равно не успею! Пока запрос пошлют, пока ответ придет…

Майор зевнул, потом притянул к себе открытый журнал, лежащий на столе, что-то записал туда, с хрустом потянулся и взялся за телефон.

Сергей сидел на краешке грязной скамейки — сесть нормально было противно, и с умилением наблюдал, как милиционер, вытирая платком потеющую лысину, врет жене про сверхурочную работу, а потом звонит какой-то Валюше и договаривается о встрече.

Смена пришла не через пять минут, а через полчаса. Худой, чернявый, нервный капитан, полная противоположность толстому майору, вошел в дежурку быстрым, порывистым шагом, на ходу глянул на Воронцова, потом остановился у стола. Майор не спеша встал, менты пожали друг другу руки, о чем то не долго переговорили, и майор ушел.

Капитан перелистал журнал, потом долго звонил по телефону, потом разговаривал с зашедшими патрульными, потом снова звонил, и Сергей в результате понял, что если он сейчас не обратит на себя внимание, то просидит тут до вечера.