Чтение онлайн

В первый раз мы увиделись вживую, когда мне предстояло лететь на стажировку в психиатрическую больницу в Сербии. Я сказала ему, что дико боюсь бешеного темпа Москвы и метро, а мне нужно было попасть из Домодедово во Внуково. Он предложил меня встретить и проводить, ведь сам он довольно часто гулял в Москве, до которой из Калуги ехать всего лишь три часа на электричке. Я согласилась, и он действительно приехал, потратив на это весь день.

Мы гуляли по Москве до вечера, болтали, смеялись, но не более, так как у обоих на тот момент были отношения с другими людьми. Я так стеснялась взять его за руку, чтобы не потеряться в огромной толпе метро, что держала его за ремешок рюкзака, с которым он объездил полмира. Наше первое совместное фото было в метро, которое уже не казалось мне огромным жужжащим ульем, когда Кирилл был рядом и уверенно вел меня по нему. Уже перед самым прощанием он обнял меня и оставил мне бутылку воды и два банана, чтобы я не была голодной, пока буду ждать следующий рейс.

– Правильно, хочешь завоевать сердце женщины – накорми и реши ее проблемы! Со мной это всегда работает, – улыбнулась Саня, жуя один из ореховых батончиков.

– Санни, дай дослушать историю! А на обратном пути вы еще раз увиделись? – спросила Тоня.

– Мне пришлось по некоторым причинам уехать раньше, и я прилетала в Ростов ранним утром, поэтому мы бы не смогли пересечься с ним еще раз: ночью электрички не ходили, да и аэропорт мне не нужно было менять.

– А что сказал твой тогдашний парень?

– Чтобы я не ныла и потерпела, потому что такой шанс выпадает раз в жизни.

– Вот кусок арбузера! Надеюсь, ты его сразу же бросила! – возмутилась Тоня.

– Прогибом со скалы, – добавила Саня.

– Да, это был один из первых случаев, когда я задумалась, почему друг заботится обо мне больше, чем тот человек, с которым я нахожусь в отношениях.

– Надеюсь, что в роли твоего будущего мужа он будет не менее заботливым, чем в роли друга. Повторяй патогенез диабета и пошли переодеваться. Танчос, я спущусь пораньше, надо позвонить. – Санни залпом допила чай, вдохнула древесный запах, доносящийся из кружки, и вышла из кабинета.

Я всегда старалась перед вскрытием еще раз пробежаться по основным пунктам заболеваний, чтобы вспомнить, на что нужно обратить внимание, и не упустить важные детали. Благо в нашем кабинете был отдельный шкаф с тонной литературы, хотя многие статьи мы читали онлайн, особенно зарубежные.

Несмотря на название, сахарный диабет нельзя получить из-за большого количества употребления сладкого, но в дальнейшем оно приводит к тому, что вышеупомянутое сладкое становится очень редким лакомством. Диабет относится к эндокринным заболеваниям, когда в организме нарушена функция усвоения глюкозы, которая является одним из источников энергии нашего организма. Диабет делится на сахарный, который бывает двух типов, несахарный и гестационный.

Я улыбнулась, вспомнив, как просто безбожно тупила на зачете, сказав, что несахарный диабет возникает из-за большого количества потребления соли. На самом деле в его возникновении виноваты нарушения функций гипоталамуса или гипофиза, которые находятся в нашем мозге и вообще никак не связаны с солью. Помимо анатомии, нужно было вспоминать и биохимию. Когда уровень глюкозы в крови повышается после еды, это сразу обнаруживают инсулин-секретирующие клетки поджелудочной железы. Да-да, внутри нашего организма темно, поэтому все молекулы могут распознать друг друга в основном за счет либо химических, либо электрических сигналов. Хотя, к примеру, для давления есть отдельные барорецепторы, а для боли – ноцицепторы.

Но вернемся к поджелудочной железе, которая вырабатывает инсулин. Инсулин – это белковый гормон, который (вопреки мифам) не расщепляет глюкозу, а помогает доставить ее внутрь клеток, где она нужна, а излишек отложить до голодных времен. Он делает мембраны клеток более толерантными к глюкозе. Представьте, что кровеносное русло – это подъезд, клетки – это квартиры, а инсулин – это доставщик пиццы (только вместо пиццы у нас глюкоза). Толку от того, что курьер будет бегать с пиццей по подъезду, довольно мало, ведь она нужна жильцам в квартирах. Поэтому он тщательно обходит весь подъезд и вручает по кусочку пиццы каждому, кто с радостью открывает ему двери (а в данном сравнении открыты мембраны клеток). После того как все клетки сыты, но у нас остался излишек глюкозы, инсулин бережно доставляет ее в мышцы или печень, которую использует как банк, где наша глюкоза будет храниться в более удобно конвертируемой форме – гликогене. Это словно рубли перевели в евро, ведь гликоген – это множество остатков глюкозы, соединенных связями. После того как цикл завершен, уровень глюкозы в крови вновь приходит в норму.

Но есть и обратная ситуация. Если мы голодаем, то поджелудочная железа, чтобы мы раньше времени не попали на стол к патологоанатому, вырабатывает уже другой гормон – глюкагон, который опять идет в нашу печень забирать свои дивиденды. И потихоньку от большой молекулы гликогена по чуть-чуть, в соответствии с нашими нуждами, очень быстро отщепляется молекула глюкозы, которая поступает в кровь, а затем снова в клетки.

Из-за этого инсулин может либо вырабатываться в недостаточном количестве, либо не вырабатываться вообще. В этом случае лечение довольно простое, но пожизненное: инсулин вводится подкожно, чаще всего либо с помощью шприц-ручки, либо с помощью автоматизированной помпы-дозатора. Важно помнить о том, что места введения нужно регулярно менять, чтобы локально не развилась липодистрофия [22] , которая выглядит как впадинка на гладкой коже.

Если же не контролировать уровень глюкозы в крови и допускать его повышение, то очень скоро разовьется диабетический кетоацидоз – это состояние, при котором из-за дефицита инсулина концентрация глюкозы и кетоновых тел (или, по-другому, ацетона) в крови достигает невероятных величин, что впоследствии приведет к кетоацидотической коме, а затем и летальному исходу. Ацидоз – это смещение нашего кислотно-щелочного баланса в кислую сторону. Иногда от таких больных даже пахнет ацетоном, что является довольно заметным признаком для постановки диагноза.

Сахарный диабет второго типа по-другому называется инсулинорезистентным. Этот тип диабета чаще всего возникает у людей старше 40 лет, и дело тут уже вовсе не в отсутствии инсулина – его как раз таки вырабатывается в достаточном количестве, по крайней мере на первых стадиях, а в том, что снижается именно чувствительность инсулинозависимых тканей, поэтому в такой ситуации лечение инсулином уже становится неэффективным. Хуже всего то, что стойкая гипергликемия [23] приводит к развитию микро– и макроангиопатии (нарушению кровообращения в маленьких и крупных сосудах). Это происходит из-за того, что под внутренней оболочкой сосудов накапливаются вещества, сужающие просвет сосудов. Наверняка вы слышали выражение «диабетическая стопа» – это яркий пример ангиопатии, когда из-за нарушения кровотока на ногах начинают образовываться маленькие язвочки, которые без лечения в дальнейшем могут перерасти в гангрену стопы. В этом случае стопу приходится ампутировать, чтобы заражение не пошло дальше.

Гестационный сахарный диабет может возникать как осложнение беременности и часто пропадает после рождения ребенка. Во время беременности женщине обязательно нужно следить за своим уровнем сахара, потому что регулярное повышение этого уровня может сказаться на здоровье и развитии плода.

Я почитала еще немного, потом закрыла учебник и спустилась вниз.

– Целую, снежиночка моя, до вечера, – я услышала, как Саня прощается с кем-то по телефону. Так необычно – называть мужа снежиночкой! Может, он блондин? Интересно, а как он называет Санни в ответ? Я решила не заострять на этом внимание: захочет – сама расскажет, а лишний раз проявлять любопытство или быть некорректной мне не хотелось. Хотя, каюсь, что я пролистала ее блог: там не было ни одной фотки с мужчиной, кроме ее папы. На фото с новогоднего корпоратива, которые мне показывала Тоня, я тоже не заметила, чтобы она стояла хоть с кем-нибудь в обнимку. Хотя, может, моя подруга руководствуется принципом о том, что счастье любит тишину.

В секционной внезапно обнаружилось, что сломалась вытяжка и обвалилась часть настенной плитки. Заведующая, с которой уже успела переговорить по телефону Саня, пообещала, что завтра придут ремонтники и исправят все в кратчайшие сроки. Я было хотела отказаться от аутопсии, но подруга заверила меня, что при должной экипировке все будет в порядке: инфекционных болезней у девушки не было, да и родственники просили забрать тело сегодня днем. Вздохнув, я согласилась и пошла переодеваться. Как обычно, защищалась я со всей тщательностью и вместо обычной маски надела респиратор, у которого уровень защиты был все-таки выше. Переодевшись, я вышла в зал, чтобы еще раз пробежаться по истории болезни.