Чтение онлайн

— Ты скрывался, менял имена, но потом они все же тебя нашли? — полувопросительно произнесла Есения, понимая, что так оно и есть.

— Когда за дело взялись спецслужбы, да.

— Но как они поняли, что ты знаешь что-то, что им так сильно могло быть нужно?

— Я был наивен и не уничтожил всего, что хранилось на бортовом компьютере. Большую часть исследований я стер, предварительно изучив, но видимо, в остатках было достаточно, чтобы возбудить любопытство соответствующих организаций. Кстати, именно тогда был образован НИИ Пространства-времени, а вопросом изучения возможности управлять временем занялись всерьез.

— Почему ты своей фамилией выбрал имя Джойса? — осторожно спросила Есения, боясь, что это слишком личный вопрос.

Энджел Полворт долго молчал, и девушка уже думала, что он не ответит, но наконец он произнес:

— Первые годы своей жизни я не знал своего настоящего отца. Со мной рядом всегда был Джойс Арлингтон, он заботился обо мне, он учил меня, он… любил меня и любил мою мать. И я называл его папой. По крови я действительно сын Полворта, но отцом для меня всегда был Джойс.

Есения молчала, не зная, что сказать.

— Но теперь ты понимаешь, — продолжил Джойс, — что, если бы на корабле не было бы женщин, ничего бы этого не случилось. Я люблю свою мать, я благодарен ей за то, что она настояла на своем и дала мне жизнь. Но ведь гибель всех остальных, да и ее собственная, произошла, по сути, по ее вине. И частично по моей, потому что не появись я на свет…

— Не смей так говорить! — возмутилась Есения. — Я понимаю, что тебе больно от того, что твои родные и единственные близкие люди погибли. Но многие ученые погибают во время экспериментов. Они вводят себе создаваемые лекарства и проводят над собой опыты. Они подвергают себя излучениям и испытывают на новых, разработанных ими установках. Ну, не было бы тебя, и возможно, «Полуночное солнце» до сих пор крутилось бы вокруг нейтронной звезды, и возможно даже экипаж был бы жив, медленно старея и не имея возможности связаться с кем-то еще. Ты считаешь, для них было бы лучше? Да, они погибли. Но зато не погибла твоя команда в прошлой игре, и не погибла команда Бледы в этой. И… если бы не ты и не твоя кровь, меня бы сейчас не было в живых. Я не могу согласиться с тем, что было бы лучше, если бы тебя не было.

— Какая пламенная речь! — Есения почувствовала, что Джойс улыбается, и немного успокоилась. — Хорошо, допустим, я соглашусь, что искупил свою вину, спасая жизнь другим. И все же лучше женщинам не летать в дальний космос. Просто потому что… женщины не должны испытывать все то, что может принести им жестокий в своем равнодушии космос. Для решения проблем существуют мужчины.

Есения, не желая спорить, промолчала, так как Джойс казался ей слишком расстроенным. Ему пришлось оживить тщательно скрываемые в памяти трагические события, и добавлять ему неприятных моментов девушка не хотела.

Вместо этого она сказала:

— Значит, переливая мне свою кровь, ты не знал, что она подействует?

— Знал.

— Знал? — удивилась Есения.

— Скажем так: я не был уверен, что это полностью восстановит тебя, но знал, что по крайней мере позволит выиграть время. А дальше можно было надеяться на то, что подключится Док со своей аппаратурой.

— А…откуда ты знал? Ты уже делал так раньше?

После паузы, Джойс сказал:

— Да. Стремительная беременность подорвала здоровье моей матери. Я словно высосал из нее все соки. Она должна была умереть, но продержалась достаточно долгое время, потому что я давал ей свою кровь. Это не спасало ее, но помогало поддерживать силы. Не знаю, как моя кровь повлияла на тебя. Как ты понимаешь, у меня сейчас нет возможности проводить исследования твоего состояния. Но насколько я чувствую, ты сейчас здорова.

— А та, вторая женщина, которая пыталась забеременеть? Что стало с нею?

— Она умерла во время последнего эксперимента, как и другие члены экипажа.

— А… ей удалось..? — пробормотала Есения, неожиданно смутившись.

— Нет. Зачать удалось только моей матери.

— Тогда… может, это действительно чудо? — прошептала Есения. — Природе было угодно, чтобы родился именно ты.

— Женщины, — усмехнулся Джойс. — За неимением достоверных и изученных фактов вы склонны ударяться в мистику. Этого не избежала даже моя мать, хотя она была очень сильным ученым с логическим складом ума.

— Наверное, когда ты чувствуешь, что в тебе нежданно-негаданно зарождается жизнь, — задумчиво произнесла девушка, — клетки начинают делиться, расти, и формироваться в нечто изумительно совершенное по заранее заданному кем-то плану, а потом на свет появляется новый человек… Наверное, трудно абстрагироваться от этого и оставаться холодным наблюдателем.

После паузы Джойс произнес:

— Может быть, ты и права. Это всегда чудо. — А потом добавил: — Приготовься, нас сейчас будут брать на борт.

После того, как капсулу нашли и, выполнив захват по стандартной процедуре, взяли на корабль, прошло не более трех дней. И вот «Дракон» отправлялся в обратный путь на Леду. К этому моменту практически весь экипаж корабля не только находился на борту, но и к тому же был приведен в относительно приличное состояние благодаря Доку и оборудованию медицинского отсека.

Ребята, каждый раз собираясь в кают-компании, обсуждали случившееся и радовались как дети. Наверное, это был некий психологический откат: пройдя через страшные испытания и оставшись в живых, они почувствовали себя чуть ли не бессмертными, во всяком случае, любимчиками Вселенной, и пребывали в полнейшей эйфории.

Так как Есения и Джойс были взяты на борт последними, ребята, считая, что те не в курсе, пересказывали им все, что произошло за время их отсутствия.

Из рассказанного девушка сделала вывод, что Бледе и Нырку удалось воплотить в реальность план, придуманный Джойсом, сложнейший план на грани возможного, как высказался сам старпом. Командир «Дракона» в отставке и помощник первого навигатора замедлили время, опустились на Вторую планету, миновали все «выверты» установки, следуя разработанному Есенией алгоритму, подлатали челнок и подняли Гения и Айзека на корабль. А затем провели точно такие же манипуляции и на Первой. Когда жизнь пострадавших оказалась вне опасности, все, кто был в состоянии, вновь отправились на планеты теперь уже для исследования.

На данный момент трюмы ломились от образцов, накопители информации были заполнены до упора, а ребята праздновали завершение миссии.

Бледа вновь занял место командира, что произошло как бы само собой, по общему негласному уговору, и никто больше это не оспаривал: ведь Максим Берсар спас их жизни.

Есении было любопытно, как ребята отреагируют на необычные способности и знания Джойса, но, как оказалось, Джейн умудрилась скрыть сей факт от большинства членов экипажа. Она объяснила, что они были подвергнуты научному эксперименту секретной организации и теперь связаны печатью неразглашения. Бледа и Нырок, естественно, умолчали о том, кто на самом деле сумел замедлить время и, по сути, спас экипаж. Есении было очень обидно за Джойса, ведь в который раз его заслуги принижали, но и она не могла ничего рассказать.

Зато девушка, да и Бледа с Нырком смотрели на старпома совершенно другими глазами.

Теперь Есения понимала, почему команда Джойса слушается его беспрекословно. Если в прошлогодней игре во время аварии их корабля они стали свидетелями невероятных возможностей своего командира, они не смогли бы к нему относиться иначе.

Сама девушка тоже удостоилась почестей. Ее поступок посчитали подвигом, а то, что она осталась жива, несмотря на ужасные травмы, списали на чудо. Теперь ее не исключали из разговора, уступали лучшее место, когда она заходила в кают-компанию, норовили подложить лучший кусочек во время обеда или просто устраивали какие-нибудь мелкие сюрпризы наподобие выращенных специально для нее цветов или включенной любимой ею музыкальной композиции. Такое внимание смущало, и Есения на полном серьезе подумывала натворить что-нибудь ужасное, чтобы вернуть прежнее отношение ребят, с которым она уже свыклась.