Твоя маленькая ложь
Шрифт:
— Я уже ничему не удивлюсь, — отстраненно проговаривает она.
— Вы видели расписание на сегодня? — спрашивает Грета. — Нас сегодня ожидает урок танцев, и я уже предвкушаю как мы будем танцевать друг с другом, — она улыбается вдаль.
— Стоп, что? Какие танцы? У меня не было никакого расписания, — я хмурюсь, вспоминая расположение предметов в комнате.
— Ты уверена? — сомневается Ника. — Горничные принесли его нам еще вчера после ужина.
— Неужели они забыли про меня? — недоумеваю я.
На последних двух кругах вокруг сада мы почти не разговариваем, экономя свои силы и энергию и на последнем вздохе пробегаем круг и слышим звонкий свисток. Оставшееся время пытаемся перетерпеть бесконечную боль в мышцах, не утихающую ни на минуту, и делаем общеукрепляющие упражнения, повторяя за тренером.
— Дамы, чтобы вы не умерли от жажды, на лужайке всегда будет стоять ящик с прохладной питьевой водой, — забавным голосом проговаривает Ричард в конце зарядки и кивает в сторону пластмассового ящика с небольшим количеством бутылок.
— Чтобы мы не умерли? Как мило, администрация так заботится о нас… — усмехается Ника.
— Цените это, — подмигивает парень.
— Почему вчера не было воды? — недоуменно спрашивает Тильда, облокачиваясь об колени, пытаясь восстановить дыхание после упреждения.
Ника мгновенно выпячивает глаза в мою сторону, пока Тильда задает вопрос.
— Он мне подмигнул! — шепчет она, и я с глупой улыбкой на лице подавляю желание закатить глаза.
— Хотел проверить вашу выносливость и много ли среди вас тех, кто будет ныть по поводу отсутствия воды, — с усмешкой говорит тренер.
— Я вчера выпила три стакана сока после зарядки, — констатирует Абели, усмехаясь.
Я продолжаю наблюдать за ящиком, изнемогая от желания сделать несколько глотков воды и мое пересушенное горло полностью соглашается со мной. Наконец, Ричард завершает утреннюю зарядку, и мы как голодные собаки накидываемся на воду.
— Ты заметила? — спрашивает Ника и начинает принюхиваться, удерживая бутылку в руках, когда мы идем во дворец. — Скандалом не пахнет.
Оглядываясь, я убеждаюсь в словах девушки.
— Действительно, Селены не было на зарядке, — подтверждаю я.
— Эта стерва по любому сейчас нежится в своей кроватке пока мы тут потеем как свиньи и умираем от жажды, — она закатывает глаза и делает еще один глоток воды.
Я улавливаю одного гвардейца на главном входе во дворец в синем повседневном кителе, светло-синих брюках в белую полоску и медвежьей шапке с полковой кокардой. Заранее сочувствуя головному убору мужчины в столь жаркий июльский день, я подхожу к нему с немым вопросом на лице.
— Доброе утро, где я могу найти госпожу Оберг? — спрашиваю я, глядя в серые глаза мужчины.
Он продолжает упорно смотреть куда-то вдаль, полностью игнорируя вопросы и мое присутствие в целом. Повторяя свой вопрос еще раз, я приближаюсь ближе к служащему, ожидая от него хоть какого-либо ответа.
— По-моему, он не разговорчивый, — усмехается Ника.
— Гвардейцы не обязаны вести диалог с кем-либо во время службы, — неожиданно раздается голос Ричарда позади нас, и мы оборачиваемся, наблюдая как тренер приближается к нам, удерживая пустой ящик из-под бутылок. — Что ты хотела спросить у Оберг? Я ей передам.
— Я хотела сказать, что мне вчера не принесли расписание на сегодняшний день, как всем остальным.
— Хорошо, я распоряжусь, чтобы тебе незамедлительно принесли расписание, — с легкой улыбкой сообщает Ричард, забавным взглядом карих глаз рассматривая нас с Никой. — И на будущее, гвардейцы не те, с кем можно поболтать по душам, поэтому к ним лучше не обращаться с какими-либо просьбами или вообще лучше никак с ними не контактировать.
— Спасибо большое за инструктаж, — с широкой улыбкой на лице проговаривает Ника, продолжая смотреть на тренера.
— Спасибо, — коротко отвечаю я и беру подругу под руку, уводя во дворец. — Ты на нем дыру уже проделала, сколько можно на него пялиться? — ругаюсь я, стараясь говорить тише, чтобы глухие стены дворца эхом не разнесли мое возмущение.
— Ты не понимаешь, его красные шортики запали мне в душу, — опьяненно проговаривает девушка, прикладывая руку к груди.
— Сумасшедшая, тебя за это выгонят и останешься ты без его красных шортиков, — с ухмылкой говорю я и мы как по команде начинаем смеяться.
Мы отправляемся по комнатам, чтобы принять душ, привести себя в должный порядок строго по инструкции Оберг и переодеться в еще один одинаковой комплект одежды. На туалетном столике я обнаруживаю долгожданное расписание на день, с интересом разглядывая его содержимое.
РАСПИСАНИЕ
06.00 — подъем
06.30 — утренняя зарядка
07.30 — утренний туалет
09.00 — завтрак в обеденной зале
09.30 — урок этикета в лиловой гостиной
11.00 — практическое занятие по этикету
13.00 — обед в обеденной зале
14.00 — урок танцев в бальной зале
16.00 — полдник в обеденной зале
17.00 — подведение итогов дня
19.00 — ужин в обеденной зале
19.30 — свободное время
За завтраком ничего интересного не происходит, по всей обеденной зале раздается бесконечный гул участниц, которые с увлечением обсуждают очередные новости и сплетни, то и дело косясь в нашу сторону.
— Что им опять от нас надо? — с раздражением спрашиваю я, с аппетитом уплетая горячий бутерброд с ветчиной и сыром.
Сталкиваясь с немой тишиной, я пускаю недоуменные взгляды в сторону подруг, пытаясь угадать причину их смущения. Марта и Грета избегают моего взгляда, делая вид, что ничего не знают, а Ника слегка прочищает горло, пытаясь разбавить эту неловкую атмосферу.
— Вы что сговорились? Что происходит? — недоуменно спрашиваю я, смотря на девушек.
— Эли, мне неудобно об этом говорить, но они обсуждают тебя, — неловко проговаривает Марта, оставляя свой взгляд в тарелке.
— Я уже поняла это, — продолжаю озадаченно хмуриться, надеясь, что девушки все-таки наберутся смелости и расскажут, что успело произойти за это злосчастное утро. — Ну и?