Чтение онлайн

– Когда я нашёл тебя в ту страшную ночь, совсем маленького, плачущего и испуганного, ты сжимал это кольцо в руке так крепко, что потом остались кровавые следы на ладони. Я долго не мог разжать твоих пальцев. Значит, всё настолько серьёзно…

– Серьёзнее некуда, - с трудом выдавливаю из себя, до боли впиваясь пальцами в каменный парапет. В голосе Сойфера – растерянность.

– Мальчик мой… но ты же понимаешь, что это значит для тебя? И для судеб обоих наших миров? Ты понимаешь, что на кону?

Что будет, если ты не женишься на драконице и вы не подарите миру новых Водных драконов?

Я ничего не отвечаю на эти очевиднейшие вопросы. Сойфер вздыхает.

– Помогите нам всем боги.

Я молчу так долго, что Сойфер теряет терпение.

– И что ты планируешь делать?

– Всё, что в моих силах. Он резко отвечает:

– Ты не имеешь права принести судьбу целого мира в жертву собственным эмоциям! Ты знал, на что шёл, когда принял свою судьбу. Кто угодно из Драконов мог бы попытаться идти путём, по которому ведёт сердце. Но ты – единственный, кому такая привилегия не доступна.

– Я знаю, Учитель. Неужели ты думаешь, что я не понимаю этого? Именно это раздирает мне душу на части. Он молча сделал шаг ко мне и положил руку мне на плечо.

Наверное, вот эта молчаливая поддержка и была мне необходима. Конечно, я понимаю всё.

Дан, последний Водный дракон Эридана, не может распоряжаться своей жизнью, как ему заблагорассудится. Ещё меньше прав на это имеет Император Эридана, Ардан Первый.

Ни разу со дня, как я принял эту корону, отомстив за смерть семьи, она не была мне так тяжела.

Саар Милисента

Я проспала весь день.

И половину следующего.

Мне кажется, и дольше бы спала – но меня разбудила Эми. Робко тронула за плечо, как котёнок лапкой.

– Милли, Милли… просыпайся!

Я с трудом разлепила глаза. В первый миг не поняла даже, где нахожусь. Как будто мозг успел всего за один день сконструировать себе какую-то новую реальность. И теперь отчаянно цеплялся за воспоминания, пытаясь остаться там. Старая ему категорически не нравилась.

– Что такое?

Я широко зевнула и села на постели. Тяжесть во всём теле такая, что хочется тут же плюхнуться обратно, веки сами собой слипаются. Но я всё же заставила себя проснуться.

– Прости пожалуйста, что разбудила… но у нас заканчивается, что покушать, - виноватым голосом отозвалась сестра. Ну вот! Снова оставила своё солнышко одну. Так себе я всё-таки сестра.

– Ты замечательная сестричка! Самая лучшая! – обиженно заявила Эми. Обиделась на меня за то, что сказала о себе же гадости. Только моя Эми так может.

Ох, а я, кажется, начинаю думать вслух. Даже не заметила.

Я потянулась к ней и крепко-накрепко обняла. Сестра – единственное, что держало меня на плаву все эти годы. Что давало силы сцепить зубы, и снова и снова вставать с колен, когда казалось, что больше уже невозможно.

Кое-как, пошатываясь от головокружения, чуть ли не по стеночкам я добралась до кухни. Всё-таки день с Драконом меня очень сильно вымотал, прежде всего эмоционально. Я уж молчу про ночь.

Эти воспоминания возвращались особенно ярко и в ту минуту, когда не ждёшь. Например, стоило взглянуть на синее облачко тонкой ткани на полу. Точно так же оно лежало, когда я сняла его с себя под горящим взглядом Дракона…

Я тряхнула головой, отгоняя воспоминания. Поклялась же себе, что спрячу их на замок! От этого движения потемнело в глазах.

Я постояла минутку, переводя дыхание. И пошла снова.

Выяснилось, что из еды осталось и правда немного – то, что моя заботлива сестрёнка мужественно не съела, оставив мне.

И вот тут я в который раз поняла, какая же я идиотка! Не стоило отдавать Леруш все наши деньги. Я поддалась эмоциям. Но в тот момент для меня было самое главное – любой ценой убрать эту тварь из нашей жизни. Чтобы она никогда, никогда больше не смела свои грязные лапы тянуть ни ко мне, ни к Эми. А я прекрасно знала, что Леруш – как клещ. Отвалится, только если насосётся.

Пришлось ей дать то, что её удовлетворило. Но вот теперь у нас нет денег. Вообще.

Ну, хотя бы документы на дом теперь мои.

Я бережно провела пальцами по обтрёпанным листкам бумаги. Убрала подальше, в старый сундук, тщательно заперла его на ключ.

Что ж. Раз ты приняла решение, тебе и последствия разгребать. Так бы можно было поваляться в постели хотя бы пару денечков – а придётся вставать и идти. Искать работу.

Вопрос, в чём.

Платье у меня осталось одно-единственное. И оно категорически не подходило ни для какой работы! В таком только драконов соблазнять…

Ну вот, опять! Милли, прекрати немедленно! Ни думать, ни вспоминать.

Только проклятый чешуйчатый слишком прочно поселился в моей голове, в моём сердце и душе. Уже бессмысленно отрицать, что так просто оттуда его не вытравить. Но я постараюсь.

– Ты снова уходишь? – спросила Эми в страхе. Я погладила её по голове.

– Больше я так надолго пропадать не собираюсь, не переживай! На этот раз я иду искать работу. И попробую найти такую, чтобы оставалось время и с тобой побыть.

Глядя на то, как просияла сестрёнка, я поняла, что всё делаю правильно.

Вот так. Может, ей и лучше было бы во дворце, где не надо заботиться о пище и еде. Но терпеть высокомерные и пренебрежительные взгляды? С детства привыкать, что ты второго сорта, если не третьего, и думать, что ради куска хлеба надо унижаться? Привыкать, что можно и не работать, и пусть оно как-то само всё с неба падает, достаточно правильно устроиться к нужному человеку в содержанки?

Что, если после такого моя сестра сама захочет пойти по кривой дорожке, когда вырастет? Нет уж.

Пусть мне будет тяжело. Но зато я продолжу себя уважать. И сестру воспитаю так, чтоб она знала – только собственным трудом можно всего добиться в жизни.

По крайней мере, я на правильном пути. Вот прямо сейчас я из минуса вышла в ноль. Моя жизнь уже стала лучше, чем до того, как я решила пойти на работу Проводником Дракона. Теперь у меня есть дом, и не надо каждый месяц отдавать за него большую часть зарплаты.

А из ноля глядишь, и в плюс выйдем!

Я стала торопливо натягивать платье обратно. Сейчас самое время – середина дня, все кто мог, попрятались от жары. На улицах почти никого, а большинство на работе. Есть шанс, что меня в этом платье никто не заметит и не узнает.