Твоя на одну ночь
Шрифт:
«Райский сад мадам Серены» - подмигивает позолотой знакомая надпись.
– О, милочка, вы снова с нами!
Стоило звякнуть колокольчику, и модистка вскочила с места, расплываясь в улыбке. Я уже видела, как в её глазах мелькают колонки цифр. Небось, прикидывает, сколько жемчуга у меня в кармане после дня с Драконом.
Придётся её разочаровать.
– Я хочу продать вам обратно это платье, - упрямо заявила я, вздёрнув подбородок. Её улыбка тут же погасла.
Содержанки, которые пользуются благосклонностью своих хозяев, платья не продают. Они новые покупают. С кислым видом она оглядела меня с головы до ног.
– Но вы только посмотрите, в каком оно виде! Что вы сделали с моим шедевром?! Вы им что, полы протирали? Я поняла, что злюсь.
Мне и так до дрожи не хотелось отдавать это платье. Это было словно… как предать воспоминания о чуде, посетившем мою жизнь. Я буквально отдирала его от себя с кровью. А тут ещё эта влезает, где не понимает ничего!
– Забираете или нет? – повторила я с нажимом. – Или я пойду, в другие лавки постучусь? Интересно, сколько из такой дорогой ткани можно нашить…
– Да беру я, беру! – скривилась Серена.
Она тут же щёлкнула пальцем, и откуда-то из глубины магазина, из скрытых за прилавком помещений вынырнула одна из её белобрысых помощниц.
– Выдай этой девушке за него… ну, скажем…
Она назвала сумму, от которой у меня всё внутри всколыхнулось от возмущения.
– Но вы содрали с Дракона раз в тысячу больше!!
– Так оно же поношенное, моя дорогая, - усмехнулась Сирена.
Я помедлила, кусая губы, а потом кивнула. Такие хитрые своего никогда не упустят. А мне сейчас нельзя лишний раз светиться в этом платье по улицам, я и так рисковала. Мне жизненно необходимо снова слиться с безликой толпой.
Повоевав с Сереной, я умудрилась выторговать себе ещё и более-менее сносное платье практичного серого цвета, и пару прочных башмаков. Вот в таком уже было не стыдно идти, стучаться в приличные дома. В таком ходили ремесленники и горожане – пусть из бедняков, но уже точно не нищих.
В плюс, Милли. Ты потихонечку движешься в плюс. Вот ещё шажок сделала. Ты умничка!
Когда белобрысая то ли Сольмари, то ли Марисоль понесла груду синих кружев куда-то прочь, так же небрежно, как охапку лохмотьев, у меня на глаза навернулись слёзы.
Я сморгнула их и развернулась, чтобы идти к выходу.
– Неужели разонравилась Дракону? – протянула мне в спину Серена.
– Вы же знаете, какие эти Драконы непредсказуемые создания, - пожала плечами я, не оборачиваясь, чтоб она не увидела моего лица.
Раскалённое солнце Саара слепило. Я прикрыла глаза рукой.
Так.
Теперь-то что делать? Ни одной идеи в голове… одно знаю точно, во дворец на работу устраиваться я точно передумала. Да и в магистрат не сунусь больше, чтоб не попадаться на глаза Амброзиусу… какие ещё есть варианты?
И тут до меня дошло. Я чуть не подпрыгнула.
Осталось понять, как найти… вряд ли Серена стала бы пускать в дальнейшую переработку такие старые тряпки как те, что с меня снял Дракон в этой лавке… значит, если мусор ещё не вывозили…
Я бросилась в тёмный и пыльный переулок позади Золотой улицы.
У таких мест всегда бывает очень неприглядная изнанка. Люди видят только яркий, благоухающий цветами фасад. И приходят сюда, чтобы себе создать такой же.
Но позади карнавальной маски всегда скрывается твоё настоящее, самое обычное лицо. Получасовое рытьё в мусорном баке дало свои результаты.
По счастью, сюда не выбрасывали никакого по-настоящему вонючего мусора, а то представляю, в каком виде я бы явилась к будущему работодателю. Но, конечно, пока рылась в каких-то обрывках тканей, комках ниток и смятых обёртках, хорошенько над собой посмеялась мысленно. Да уж! Вчера была почти принцесса, гуляла по дворцам, а сегодня… видел бы меня сейчас Дракон.
Интересно, что бы он сказал? Наверное, злился бы… Прекрати, Милли!
Хватит. Не смей о нём думать.
Он больше не будет жить в твоей голове – это просто привычка. Ты слишком привыкла за этот день, что он всегда рядом. Что ты больше не одна – и кто-то думает о тебе, говорит с тобой, проживает вместе с тобой мгновения твоей жизни. К такому слишком быстро привыкаешь.
Учись снова сама.
– Ур-ра! – с торжествующим возгласом я вытащила из-под завалов своё старенькое платье, которое выбросили из примерочной Серены.
Владеть снова собственным голосом было отдельным удовольствием, и я поймала себя на мысли, что стала чаще говорить сама с собой. Вся дрожа от нетерпения, нащупала карман на платье. Сунула руку…
Мои пальцы вытащили сложенный квадратиком листок бумаги.
Всё-таки мне повезло. Адрес того места, где искали работника. Жаба в окошке мне по доброте душевной тогда отдала – как раз в то утро, в которое я стала Проводником Дракона.
Вроде всего один день прошёл… а как будто целую жизнь назад.
Я зажала в кулаке бумажку, оставила свои старые лохмотья там, где они лежали – всё-таки я не настолько ещё отчаялась, чтоб снова их носить – и побыстрей пошла прочь, пока с чёрного входа лавки никто не вышел что-нибудь ещё выбрасывать и меня не заметил.
Шла по улице, и никто даже не смотрел больше в мою сторону. Вот так.
Фери умерла. Её больше нет.
Осталась только незаметная и никому не нужная Милли.
Отойдя подальше и свернув на другую улицу, я развернула бумажку и вчиталась в скупые строки, написанные быстрым пером. Адрес, имя…
Перечитала ещё раз. И начала хохотать.
Нет, у судьбы определённо есть чувство юмора.
Спустя полчаса я уже стояла перед роскошными коваными воротами. За ними высилась шестёрка пальм, обрамлявших аллею, что вела к белому трехэтажному особняку, всё в котором говорило о богатстве обитателей. Как будто недостаточно было этих пальм. Страшно представить, сколько воды на них тратят в день. Эта мода у столичных богатеев явно с подачи принцессы Хадиль началась. Надо же всем показать свой достаток.