Чтение онлайн

“Ты меня понял, Богдан?”, – доносится до затуманенного сознания. И откуда только силы берутся не шлёпнуться в обморок?

Видео заканчивается на тридцатой секунде. Дрожащими руками передаю мобильный тёте Тане.

Только и могу выдавить из себя:

– Откуда это у вас?

– Тс-с-с… – прикладывает палец к губам, видимо, я спросила очень громко. И продолжает шёпотом: – Я его случайно сняла. Убиралась в спальне твоей тёти, услышала шум и спряталась в шкафу. Не знаю, почему так сделала, испугалась чего-то. А в спальню вошла Любовь Юрьевна с мужчиной, начали разговаривать. Пока я сообразила, что к чему. Пока достала телефон. Но главное – успела снять. Ты в опасности, деточка. Твоя тётя тебя погубит.

– А что за мужчина на видео? Это Ольховский? – вырывается из меня чужой, леденящий голос, наполненный страхом.

– Не знаю, я не видела его лица. Он молчал всю дорогу, говорила Люба. Она была недовольная, злая такая.

Выдохнув, на мгновение закрываю глаза. Интуитивно спиной прижимаюсь к стене. Пытаюсь переварить, что только что узнала. Но критическое мышление отказывается анализировать. Я словно в прострации нахожусь, когда психика пытается всё отрицать.

– Вы можете скинуть мне это видео на виртуальное облако? – прошу домработницу, но она не понимает, что я от неё хочу. И тогда мне приходится сделать всё самой.

Через несколько минут выхожу из подсобки. Оглядываюсь тревожно. Сердце в груди скачет на повышенной скорости. По крови разносится выброс адреналина. Мне реально страшно, паника по нарастающей с каждой секундой.

Полностью не контролируя своё состояние, поднимаюсь по лестнице на второй этаж. Вхожу в спальню, сразу же запираюсь на замок. Вспоминаю все детали видео. Пытаюсь сложить в голове пазл, но не складываются все детали в цельную картинку.

Тётя Люба хочет меня убить! Это просто немыслимо!

Богдан

– Ну, говори уже, что там у тебя случилось, – грубо бросаю, сосредотачиваясь на крышке бутылке, которую пытаюсь открыть.

Хмыкнув, Мила быстро гасит в себе удивление и начинает невинно хлопать ресницами. А я ловлю себя на мысли, что девушка и раньше проводила со мной подобные фокусы. Я вёлся на них как дурак, стоит отметить. Уверен, ничего архиважного у Милы не случилось, её мир не рухнул, и вдребезги всё не разлетелось. Но раз она пришла ко мне, то это серьёзно – бабки на карте закончились, например.

– Извини, что я свалилась тебе как снег на голову, но кроме тебя у меня больше никого нет. Ты единственный человек, кто может мне помочь, – заходит издалека. – Богдан, мне нужны деньги. Очень большие деньги.

– Можно подумать, они мне не нужны, – ухмыляюсь, с радостью наблюдая, как меняется мимика у девушки. На мгновение Мила в растерянности. – Ладно, сколько тебе надо.

– Ну… это очень большая сумма, но мне, правда, она нужна.

– Зачем?

– Бабушке нужна срочная операция.

– Какой из них? Та, что умерла десять лет назад или в прошлом году?

– Что?

– Ты же слышала, что я только что спросил. Какой из двух твоих покойных бабушек нужна срочная операция?

Мила в конкретном ступоре. Хлопая ресницами, смотрит на меня взглядом перепуганного зайки. Сказать ей, что спалил её на вранье и больше ни копейки не дам? Или же дальше наслаждаться её нелепыми оправданиями?

– Богдан, ну хорошо… Да, я соврала. Деньги нужны на бабушке.

– Логично, ведь они давно умерли.

– Я думала, ты не помнишь.

– Не прокатило, да?

– Ты издеваешься надо мной?

Вздыхаю. Пальцами устало растирю переносицу. Да, я издеваюсь, потому что заколебался быть толстым кошельком для любимой девочки.

– Давай сделаем так, ты честно признаёшься: зачем тебе нужны деньги, а я подумаю: давать тебе их или нет.

Помедлив, Мила всё же согласно кивает, мол, окей и теперь только правда. К этому времени я уже налил в бокал крепкий напиток и теперь сижу напротив девушки, наблюдая за взмахом её пушистых наращённых ресниц.

– Я проиграла в казино, – наконец-то отвечает Мила.

– Не убедительно. Попробуй ещё.

– Что значит “попробуй ещё”? Мы играем в “верю – не верю”?

– Бинго!

– Богдан, но ты же не такой засранец, каким хочешь казаться. Я понимаю, в последний раз, когда мы с тобой виделись, то я была не права. Наговорила тебе кучу гадостей и послала на три буквы. Но это же всё не всерьёз, на самом деле я так не думаю.

– А зря так не думаешь.

– Не поняла, – в изумлении изгибает бровь.

– Я тебе соврал. И врал тебе всё это время.

– В смысле?

– Я женился на племяннице Скорикова. И у нас с Ульяной скоро родится ребёнок, – отпив из бокала, с удовольствием наблюдаю, как с лица Милы сползают все краски.

Ну вот и сказал правду, не так уж и сложно это было сделать. Почему раньше не сказал? Боялся потерять любимую девушку, но вдруг недавно осознал, что любимой девушки давно нет, а есть только образ, который я любил все эти годы. Мила – красивая оболочка, но не более. Внутри она абсолютно пустая. Не хотел бы, что у моих детей были гены Милы. Мила – поверхностная, там полное отсутствие интеллекта и хоть какого-то намёка на человечность. Ну вот кто может родиться от такой женщины?

– Ты же сейчас пошутил? – придя в себя, Мила кривовато улыбается, но я качаю головой.

– Нет, сейчас я абсолютно серьёзно.

– Почему?

– Что почему? Почему я так с тобой поступил? – дожидаюсь когда Мила кивнёт в ответ. – Из-за денег, как и ты. Скориков мне дал всё, что я имею. Можно сказать, он меня купил. И на его бабки у тебя, Мила, была такая шикарная и беззаботная жизнь.

– Ты хочешь сказать, что спал из-за денег с тем чудовищем?

– Она не чудовище. Я тебе уже говорил, будь осторожнее с выражениями.

– Ну почему, Богдан?

– Что ты заладила как попугай “почему” да “почему”? Ты любишь деньги? И я их люблю. Вот и вся правда.

– То есть ты спал с племянницей этого Скорикова из-за денег?

– Наконец-то дошло.

Маска брезгливости застывает на лице Милы. Забавно. Значит, ей спать за деньги можно, а мне нет? Ой, прости… Она же со мной из-за большой любви спала и деньги здесь совсем ни при чём.

– Ты омерзительный. Ты подонок. Ты… – слова так и остаются недосказанными.