Чтение онлайн

Даже шнурки перевязываю четыре раза. Единственная девушка, у которой я желаю задержаться подольше, не произносит ни звука. В коридор тоже не выходит, когда открываю дверь.

Есть ли смысл спрашивать про следующий раз? Как бабы себя обычно ведут? Кофе, вода, ночевка и член на перекус. Но что-то совершенно не так.

— Блядь, — шикаю и раздраженно кричу в пустоту: — Мари!

Тишина.

На цыпочках пробираюсь в комнату и удивленно замираю. Сердце тоскливо ноет. Против воли вдыхаю аромат апельсинового печенья, от которого чуточку теплее на душе. Укутавшись в одеяло и приняв позу эмбриона, Марина спит со счастливой улыбкой на губах.

А на белую наволочку стекают слезы.

— Марина, я занят. Перезвони завтра или набери Олега. Сейчас не до тебя.

Евгений — неблагодарная скотина Лазарев — Александрович бессовестно скидывает звонок, когда я слышу в трубке женский смех и проникновенный шепот, обещающий ему…

Много чего.

Сегодня, похоже, никто не собирается работать: ни мой главный босс, Олег Константинович, ни его заместитель, ни наши подрядчики.

У всех, мать вашу, дела. Только у меня ничего, кроме работы.

— Козлина, — шикаю на смартфон и мысленно посылаю Лазареву как минимум падения потенции. — Да если бы не моя самоотверженность, хрен бы ты сейчас свой подарок ждал!

Аккуратно кладу аппарат на стол рядом с папками и на всякий случай оглядываю пустую приемную. Никого. Никто не слышал моих возмущений, а также пожеланий в сторону одного из боссов.

Особенно Олег.

Слава богу.

Профессионализм, вежливость, аккуратность и доброжелательность — это те качества, за которые меня ценят в компании. Нельзя поддаваться эмоциям на работе, пусть твои начальники триста раз самодуры и кретины, каких поискать.

— «Мариночка, сходи», «Мариночка, сделай», — бурчу под нос и перекладываю листы туда-сюда. Потому что заняться особо нечем, все по привычке переделано вчера. — «Мариночка, там катастрофа. Спаси личное счастье Евгения Александровича!»

Вновь открываю чат с Еленой Семеновной и чувствую, как глаза начинает неприятно жечь.

От фотографии на аватарке хочется пойти в туалет, поправить макияж, найти яркую помаду и перекрасить волосы. Но даже так я не приближусь к образу идеальный и непогрешимой Снежной королевы.

Потому что Олег никогда не посмотрит на меня так, как на нее. И я его понимаю.

Когда твоя спутница жизни мисс Вселенная, тебе не до простых смертных девиц с непокорной рыжей шевелюрой, на укладку которой тратишь час. Да и сама Елена Семеновна хороша.

Не только как профессионал, но и как человек.

«Марин, пожалуйста, отвлеки Александра Николаевича».

В сотый раз перечитываю вчерашнее сообщение и чувствую, как между ног знакомо начинает ныть. Пинаю под зад гогочущего чертенка в голове, который мурлычет низким голосом: «Знал, что ты будешь моей».

Ничего подобного.

Всего одна ночь.

Сбросить напряжение и помочь Лазареву в спасении его будущей жены из лап первостатейного бабника. Господину Левицкому все равно, кого тащить в постель, а у них там с Аней чувства.

Левицкий Александр Николаевич, он же Лева, он же Саша, — такая заноза в заднице, что жаль, что у меня нет ружья и патронов. Пристрелила бы и не мучилась сейчас угрызениями стыда, совести и еще чего-то непонятного. Раздражающего.

Требующего наглого и хамоватого брюнета с проникновенным темно-карим взором. От него, как по классике заболевания гриппом, бросает то в жар, то в холод. А от умелых рук не спрятаться нигде. Остается только лежать, наслаждаться тяжестью гибкого и мускулистого тела, вдыхать елочный аромат с пудрой ноткой ладана…

Целовать засранца каждый раз, когда он наклоняется и глубоко врывается в мое тело. До воя полицейской сирены в головы, помутнения рассудка и визга. Слушать пошлые словечки, вонзаться в подвижную спину.

Ох.

Марина.

Ты сошла с ума.

— Сошла, — бурчу под нос, пока под ложечкой неприятно сосет от осознания собственной распущенности. — Любишь одного, спишь с другим. Шик, блеск, красота.

— В чем проблема совместить приятное с полезным, Мари?

Испуганно подпрыгиваю в кресле от неожиданности и чуть не врезаюсь макушкой в жесткий подбородок.

В последний момент Левицкий отстраняется. Ловить разлетающиеся в разные стороны листки с рабочими письмами.

«Когда он подкрался? Почему никто не доложил?! Что за проходной двор?!» — мысли в голове проносятся ураганом, пока я бегаю по кругу и спешно ловлю документы.

Лучший способ отвлечься от ненавистного огонька, который зажигается при вдохе елочного аромата, — изобразить великую занятость.

Поэтому я с кряхтением цепляю последний листочек из бухгалтерии, завалившийся за низкий кожаный диванчик. Сдув упрямый локон с глаз, разворачиваюсь к Левицкому.

И тут же об этом жалею, потому что его горящий взор перемещается с моей красной юбки на декольте шелкового топа. А неведомая сила толкает меня к креслу: схватить пиджак и укутаться им по самые уши.

— Блядские шпильки надела, — дьявольски хмыкает мудак, когда я бочком подбираюсь к столу и прижимаю к груди документы.

— Добрый день, Александр Николаевич, — намеренно игнорирую его слова и прочищаю горло. — Я могу вам помочь? Олега Константиновича и Евгения Александровича нет, так что по вопросам мероприятия…

Этот мышиный писк — мой голос?

— Помочь?

Кажется, не только я сегодня в легком трансе.

Левицкий отрывает горящий взор от моих черных лодочек с красной подошвой и опасно щурится. Как зверь, готовый напасть. Внутри образовывается воронка, потому что воочию представляю, как эти совершенные губы вновь касаются моего тела. И жемчужно-белые зубы царапают шею, но не кусают.

Ох.

«Олег! Мы любим Олега!» — верещит сирена в голове.

— Именно, — нарочито бодро рапортую я, когда достигаю, наконец, стола. — Вы же по работе пришли? Налить вам кофе? Или чай? Воды? Есть минеральная, газированная, негазированная с куллера…

Левицкий делает шаг, а я хватаю первую попавшуюся папку и выставляю ее вперед, словно щит. Будто жалкий кусок пластика спасет меня от убийственных эманаций, которые излучает Левицкий всем видом.

Один взгляд на черноволосого, широкоплечего полубога с римским профилем голова идет кругом. И дух захватывает, как на американских горках. Верх и вниз, потом вжу-у-ух! Вот ты уже летишь с трамплина, прикованная к жесткому сиденью без возможности спастись.

Однажды Олег презрительно назвал Левицкого «китайской подделкой на Лазаря». Уж не знаю, что они там в прошлом не поделили, но перепутать смазливого и беловолосого попугая Лазарева с его соперником просто невозможно. Они очень разные.