Чтение онлайн

Он все еще не казался убежденным.
– И это все?- Спросил он, скептически выгнув бровь.
– Все, что мне нужно было сделать, это сказать, что я сожалею, и ты простишь меня?

Моя улыбка погасла.
– Ты хочешь, чтобы я продолжала злиться на тебя?- Спросила я, теперь и сама нахмурившись.

– Нет, - сказал он, - но я также не думаю, что ты должна быть такой снисходительной. Или ты притворяешься, что прощаешь меня?
– внезапно сказал он, его лицо потемнело, - чтобы ты могла поместить меня среди своих друзей в такое место, где ты могла бы держаться рядом, не осмеливаясь быть самой собой?

Мои теплые чувства рассеялись.
– Ты только что сказал, что сожалеешь, что осуждал меня,- напомнила я ему, чувствуя себя уязвленной, - ты только что сказал, что не должен был делать поспешных выводов...

– Но на этот раз я прав, - прервал он меня, понизив голос, - и ты тоже это знаешь. Я видел, как ты сидела в машине, когда я это сказал. Я знаю, что, по крайней мере, это правда, потому что ты тоже это знаешь.

– А почему это вообще тебя касается?- Спросил я ехидно.
– Да, ты извинился, и да, я прощаю тебя, потому что все совершают ошибки , но разница в том, признает ли человек их или нет, и ты это сделал, но это не значит, что я считаю тебя другом!

– И это гораздо более иронично, чем все остальное, поскольку ты, вероятно, даже не говоришь об этом со своими друзьями. Они же совершенно не знают тебя, не знают что ты чувствуешь, о чем думаешь...

Мой гнев усилился.
– Повторяю, это не твое дело!

– А что, если я хочу сделать это своим делом?- Вдруг спросил он, делая шаг ко мне.
– А что, если меня чертовски бесит, что ты держишь всех на расстоянии, в то время как со мной, когда ты злишься и теряешься, ты кажешься самой настоящей собой?

Он был прав. К черту все это... Он был настолько прав, что ирония происходящего казалась почти смешной. Чувствуя себя настолько не в своей тарелке, блуждая по неизведанной территории, я обхватила себя руками и отступила назад, опустив взгляд в пол.
– А почему тебя это вообще волнует?- Спросила я и с ужасом услышала, как дрожит мой голос.

Наступила тишина, а потом я услышала, как он прерывисто вздохнул.
– Я не знаю, - сказал он, и когда я подняла на него глаза, он посмотрел на меня пронизывающим взглядом, который проник мне в душу.
– Но я думаю, это не имеет значения, так как ты, вероятно, никогда никому не доверишься, и уж тем более такому человеку, как я. Ты даже в мыслях не допускаешь, что можно сбросить с себя защиту, которой ты окружилась, как броней.

И с этими словами он ушел, оставив меня дрожащей, злой и потерянной.

Следующие недели прошли как в тумане. Я была занята подготовкой к выпускным экзаменам и отменила свое право на светскую жизнь до конца семестра. Я должна была закончить этот семестр с честью, потому что я хотела быть в списке декана, и мне нужно было поддерживать высокий средний балл, чтобы моя стипендия была возобновлена.

В те сумасшедшие времена я почти не видела Гестию и Айви. Все были заняты учебой, и их партнеры тоже, и я была благодарна за это; в прошлом году, в конце весеннего семестра, Гестия приводила с Майло каждый день, и их способ справиться со стрессом выпускных экзаменов состоял в том, чтобы заниматься сексом по полдня. Это означало, что я едва могла заниматься дома - они оба очень громко себя вели - и должна была учиться в библиотеке.

К счастью, теперь это было не так. Никто не хотел, чтобы их оценки пострадали, и это чувствовалось в общем воздухе.

Еще одна хорошая вещь в этих неделях? Я ни разу не видела Диего Риверо. И за это я была ему бесконечно благодарна.

Быстрее, чем когда-либо, наступила финальная неделя, и стресс был ощутимым. Я почти ничего не ела и не спала, училась в любое время дня и ночи, когда у меня не было тестов, и довела себя до изнеможения к концу выпускной недели. Когда Гестия объявила вечеринку у Майло, я с радостью отклонила приглашение, чтобы немного поспать.

– Ну же, Пейдж!- Сказала Гестия перед уходом.
– Это прекрасный шанс дать волю чувствам! Майло сказал, что Диего даже не будет там, так как он уже уехал, так что же может помешать тебе повеселиться после этой ужасной недели?

– Я устала как собака, Гесси, - сказала я ей, удобно устроившись на кровати.
– иди и развлекайся без меня.

Она пыталась настаивать, но я стояла на своем. В конце концов она ушла, и я наконец-то осталась одна. Но я не могла не думать об отъезде Риверо. Это была бы прекрасная возможность наконец-то прийти на вечеринку без него, но я чертовски устала.

На следующий день, попрощавшись с Айви (Гестия провела ночь у Майло), я собрала свои вещи и ушла первой. Я взяла билет до Южного вокзала, где села на поезд до Нью-Йорка.

Домой. Или то, что когда-то было домом.

На прошлое Рождество я была в Бостоне одна. Это было одиноко, и я была рада, что на этот раз мне не придется терпеть то же самое. Я наконец-то проведу Рождество с Питером и Патриком, хотя мои отношения с последним все еще были в шатком положении.

Но все будет хорошо. Может быть, мы наконец-то все исправим. Или, может быть, мы снова ввяжемся в драку. Неизвестно, в каком настроении будет мой старший брат.

На те две недели, что мне предстояло провести в Бруклине, я взяла билет на самолет, и когда прилетела, то с радостью увидела, что, несмотря на то, что дом старый, он в хорошем состоянии. Устроившись поудобнее, я наконец сделала то, чего давно не делала, и заказала билет на следующий вечер на Бродвее на спектакль "Призрак Оперы". Мюзиклы были моим преступным удовольствием, и я сэкономила большую часть своих денег в этом семестре, чтобы иметь возможность пойти на один из них, и так как я не смотрела Фантом почти пять лет, я была более чем рада потратить половину своих сбережений на этот билет.

Чувствуя головокружение от своей покупки, я позвонила Питеру.

– Ужин Сегодня вечером, верно?

– Да!- Радостно ответил он.
– Я хотел спросить... ничего, если Хуан присоединится к нам на Рождественский пир?

– Конечно, я бы с удовольствием с ним познакомилась, - сказала я, нахмурившись.
– Но разве он не собирается провести ночь со своей семьей?

Он помедлил, прежде чем ответить.

– Его мама больна, - тихо сказал он, - Она в больнице, и его отец ушел от них, когда он был маленьким, так что ему не с кем праздновать Рождество.

Мне стало грустно за мальчика, и внезапно причина, по которой они с Питером быстро подружились, обрела смысл.

– Конечно, он может присоединиться к нам, - сказала я ему.
– скажи и Патрику. Он тоже должен об этом знать.

– Я уже написал ему, - сказал он.
– увидимся через пару часов.

– До скорой встречи, - сказала я, улыбаясь.

Увидев Питера в ресторане, где мы планировали встретиться, я почувствовала себя в десять раз лучше. Я крепко прижала его к себе, братец стал такой же высокой, как я, и он так же крепко обнял меня в ответ.
– Я скучал по тебе, - сказал он, когда мы отпустили друг друга и сели за стол.