Чтение онлайн

– Как друг? – и снова не то.

– С друзьями не спят.

– Коллега, черт возьми, знакомая. Да какая разница, кто мы друг другу. Я просто хочу тебе помочь.

– Зачем?

– Слишком много вопросов, Кира.

– А я привыкла, чтобы в жизни было всегда и все понятно. Терпеть не могу недомолвки. Давай расставим все точки над «i».

– Я не могу, Кира, - начинает Влад, а голос его, как будто надламывается и трещит, - я…

В рюкзаке снова оживает телефон.

– Да ответь ты уже, наконец, - злиться мужчина и на этот раз я достаю телефон.

Должно быть, что-то случилось, если Хавьер звонит мне уже в третий раз.

– Ола, амиго. Что случилось? – перехожу на испанский.

– Кир-р-р-а, - Хавьер плачет, а я пугаюсь до чертиков.

– Хавьер, милый, что стряслось? – почти ору в трубку.

– Кир-р-ра, мама умерла.

– Что? Когда?

– Только что. Кир, на моих руках. Ее больше нет.

– Я еду, держись. Я скоро буду. Лесе звонил?

– Нет.

– Я позвоню. Хавьер, я сейчас приеду, милый. Жди меня.

Отключаюсь. Видимо, Влад улавливает изменения в лице и с беспокойством спрашивает:

– Что случилось?

– У Хавьера мама умерла. Мне нужно ехать к другу.

– Мне поехать с тобой?

– Нет, не нужно. Он тебя не знает.

– Я могу как-то помочь? – злости, как и не бывало. Успокаиваемся в одну секунду. Весь конфликт уходит на второй план.

Влад в момент сгребает меня в охапку и не отпускает какое-то время.

– Держись, ладно? Если я нужен, я буду рядом с тобой, только скажи, хорошо?

– Хорошо. Спасибо. Мне нужно ехать. Хавьер совсем один.

Влад сажает меня в такси, и оно уносит меня совершенно в другой мир. Там, где мне все привычно, но нет Влада. Запоздало вспоминаю, что завтра у нас встреча с партнерами, а я в таком раздрае, что даже не знаю, смогу ли хоть что-то перевести. Да и вообще, смогу ли поехать. Достаю телефон, чтобы написать смс Владу, но падает смс от него:

«Завтра справлюсь сам. Английского будет достаточно. Будь рядом с друзьями. Напиши, если буду нужен».

Набираю в ответ: «Спасибо» и смайл с обнимашками. Следом набираю Лесе. Коротко говорю подруге о случившемся, а она сообщает, что уже стоит в аэропорту. С парнем поссорилась. Поэтому рано утром будет у Хавьера.

Кладу трубку и тяжело вздыхаю. День не задался с самого утра. А закончился просто катастрофой. Не знаю, как сейчас успокаивать друга.

29 глава

КИРА

Я практически не спала и валилась с ног. Голова гудела от переизбытка информации и сразу двух языков. За ночь пришлось общаться с теми, с кем в обычной жизни никогда бы не заговорила.

В испанских традициях родственника хоронят в первые же сутки, а не на третьи, как у нас. Это связано с жарким климатом и влиянием мусульман, несколько веков правивших на Иберийском полуострове. Точно сказать не могу, но на похороны откладывают всю жизнь и почти не хоронят в землю. Это очень дорого. В основном в стены в несколько этажей, как дома с подселением или кремируют, ставя урну в колумбарии.

Волей Роситы, мамы Хавьера, была кремация. По католической традиции с телом покойной приходят прощаться в церковь и по окончании процесса гроб на твоих глазах опускается в раздвижные двери вниз, в крематорий.

Почти все похороны были на мне. Я звонила в полицию - так принято. Именно они уже связываются с похоронной службой. Слава богу, семья Хавьера заключила договор со службой задолго до случившегося. Это тоже нормально в Испании, таким образом они избавляют своих близких от лишних проблем и трат.

Роситу в последний путь пришло провожать столько людей, что я подумала в церкви, ненароком объединили чьи-то похороны вместе с нашими. Но Хавьер объяснил, что раньше, до инсульта, его мать была любимицей на работе. Ее очень уважало руководство. Она любила громкие компании и имела обширный круг друзей и знакомых.

«Тогда, где все эти люди были, пока она лежала парализованная?» - мысленно вопрошаю я, но Хавьеру естественно ничего не говорю. «Молодцы какие, как выгулять новые наряды и показать всем «мол, я ее знал», так все тут, как тут, а как ухаживать за больной, так все заняты». Обидно.

За годы дружбы с Хавьером и частые гости друг у друга, парень очень много узнал о нашей культуре. Поэтому иногда завидовал нам с Лесей и хотел побывать в России. Его больше всего удивляла наша человечность. Вдумчивость в проблему и участие в судьбе тех, кого мы считали близкими. И до сих пор часто благодарит нас за то, что когда-то мы не отвернулись от него и помогали с уходом за матерью. Чувствую, скоро парень все-таки рванет с нами в Россию и мечты Хавьера все-таки сбудутся. Теперь его никто не держит здесь. Он остался совсем один. Из родных больше никого.

Хорошо, что он встретил Марсело, который нам показался очень харизматичным, но очень славным парнем. Он был немного старше Хавьера. Кажется, ему около 30 лет. У него свое рекламное агентство, поэтому парень обеспечен и сидеть на шее Хавьера не будет. Понаблюдав за ними немного, мы с Лесей решили, что Хава в хороших руках.

Хорошо, что подруга успела вовремя, не знаю, как бы вывезла еще сбор гостей без нее. Леся успела только домой заскочить и переодеться в черное. Я к другу приехала в чем была, поэтому Леся позаботилась и привезла мне черное льняное платье.

Парень плакал на плече Олеси, а она гладила его по плечу и успокаивала. Я же еле стояла, скрывшись немного за многочисленными людьми и облокотившись о стену. Поэтому, когда позвали прощаться родственников я и бровью не повела, но Хавьер нашел меня в толпе и потащил нас с Лесей прямо к гробу.

– Девочки, я без вас не справлюсь.

Пришлось подхватить парня с двух сторон под локти и идти вместе с ним. Приблизившись к матери, друг чуть не потерял сознание. Пошатнулся, ноги подкосились, и Хавьер стал заваливаться назад. Если бы не его друг, который вовремя подскочил к нам и подхватил парня, Хавьер бы упал. Мы с Олесей точно не удержали.

Будь моя воля, я больше никогда в жизни не ходила бы на похороны. Отцовские для меня были еще тем испытанием. И нет бы, как все нормальные люди в стрессе забыть половину, нет, мозг переводчика цеплялся за каждую деталь и в неподходящие моменты выкидывал на поверхность картинки с воспоминаниями о похоронах.

Маму, плачущую над отцом в гробу, друзей, кладущих цветы в ноги и на грудь. Меня в ритуальных услугах заполняющую документы. Руку отца, которую долго не могла отпустить на кладбище. До последнего не давала закрыть гроб. Мне все не верилось, что это случилось с папой. Казалось он сейчас встанет и скажет: «Я жив, все нормально, девчонки».