Чтение онлайн

Лысый мужик выходит из-за стойки и смотрит на нас с подозрением, а потом его широкий рот растягивается в улыбке.

– Какая строптивая девочка, - по коридору расползается мерзкий смех, и я дергаюсь в очередной попытке вырваться, но холодное лезвие режет ткань футболки и соприкасается с нежной кожей.

– Очень непослушная девочка, - шипит в самое ухо Вячеслав, а потом чуть громче добавляет, - любит поиграть со мной.

И улыбается. Я не вижу его улыбки, но чувствую хищный оскал. И каменную плоть, упирающуюся в мои ягодицы. Кажется, я только сильнее усугубила ситуацию, и теперь мне точно не отвертеться.

– А сейчас разворачиваешься и быстрыми шагами идешь в конец коридора, - шепотом приказывает Вячеслав и подталкивает в спину.

– В номерах никого нет, поэтому можете не стесняться.

Гадкий смех администратора преследует нас до самых дверей. И даже, когда оказываемся в маленькой комнате, большую часть которой занимает огромная кровать, в ушах по-прежнему звенит похабный гогот, желающий нам «жаркой ночи».

– Какого черта ты творишь?
– Закрыв дверь на ключ, Вячеслав одним резким движением разворачивает меня к себе и, сжав плечи, встряхивает, как тряпичную куклу. – Отвечай. – Его крик заглушает проклятый смех, звенящий эхом в моих ушах.

– Я ненавижу тебя, - не знаю, откуда берется эта глупая смелость, но слова вырываются раньше, чем успеваю подумать.

Взгляд мужчины меняется в считанные секунды. Злость улетучивается, уступая место удивлению. Черные брови взлетают вверх, а зрачки расширяются настолько, что почти закрывают радужку.

– От ненависти до любви – один шаг, - медленно отчеканивает каждое слово, словно стальным молотком прибивает меня к полу.

– Нет, - мотаю головой из стороны в сторону и ладонями упираюсь в широкую грудь. – да, я любила тебя, но теперь ненавижу всем сердцем.

– Плевать, - и снова его голос срывается на крик, - слышишь, плевать, - трясет, как погремушку, а потом резко прижимается лбом к моему лбу, - можешь ненавидеть, сколько угодно, моей любви хватит на нас двоих.

Смотрит сумасшедшими глазами, и я чувствую, как по спине рассыпаются ледяные мурашки, как холодеет душа и этот холод распространяется по рукам и ногам. Плечи подрагивают, а сердце отчаянно бьется в груди.

– Ты не заставишь меня быть рядом, - дышу в унисон: тяжело и часто. Смотрю в черные глаза, в глубине которых плещется адское пламя, а внутри все клокочет от гнева и боли.

– Не отпущу, - сжимает жесткими пальцами щеки и оставляет опечатки на нежной коже, - убью, но не отдам тебя никому.

– Сумасшедший, - вырывается сквозь стиснутые зубы и начинаю дергаться, пытаясь избавиться от железных тисков. – Отпусти.
– Шиплю и царапаю шею когтями, но он, не обращая внимания на мое сопротивление, сильнее прижимает к своей груди и лихорадочно повторяет: «не отпущу».

Продолжаю бороться: упрямлюсь, упираюсь ладонями в грудь, бью, но он, как прочная скала – несокрушим. Держит крепко, не оставляя ни малейшей шанса на свободу. Когда силы кончаются, а тело предательски начинает подрагивать, впиваюсь зубами в шею и на языке появляется металлический привкус крови.

С диким ревом Вячеслав отбрасывает меня в сторону и хватается за укушенное место. Его безумный взгляд не предвещает ничего хорошего. Пячусь назад, судорожно соображая, что делать, куда бежать. Бегаю глазами по комнате в поисках того, что сможет мне помочь, но, как назло, ничего не нахожу. А мужчина медленно, как хищник, начинает наступать, с каждой секундой приближаясь все ближе. Ускоряю шаги, пытаюсь удержать дистанцию, но уже через несколько секунд моя спина соприкасается со стеной, и я понимаю, что это все. Мой конец уже близок. В отчаянии сглатываю подступивший к горлу ком, слежу за плавными движениями мужчины и решаю, что без боя не сдамся.

Секунда, две, три. И Вячеслав оказывается в миллиметре от меня. Дышит глубоко и сбивчиво. Убирает руку с шеи и я слежу за тем, как алая дорожка стекает вниз, исчезая за воротом футболки. Упирается ладонями в стену, нависает над моими волосами, закрывает глаза и делает этот чертов глубокий вдох. Сдерживаю порыв ударить его по щеке, и вместо этого, воспользовавшись моментом, проскальзываю между ним и стеной, в надежде отбежать на безопасное расстояние. Но мужчина оказывается изворотливее, перехватывает меня за волосы и тащит назад. Впечатывает обратно в стену, сдавливает горло и опускается к моему лицу.

– Не отпущу, - рычит в самые губы, и меня начинает колотить. Из глаз брызжут слезы, но я стискиваю зубы, чтобы не зареветь.

А Вячеслав, кажется, наслаждается моим состоянием и продолжает играть в «кошки-мышки». Он весь на грани безумства и нежности. Его язык слизывает соленые дорожки с моих щек, а горячие губы целуют неторопливо и бережно. Сначала подрагивающие веки, потом переносицу и опускаются ниже. Целуют уголок рта, подбородок, намеренно обходя стороной нежную плоть губ.

А меня выворачивает наизнанку от понимания того, что может случиться дальше. Мычу и отворачиваюсь в сторону. Но мужчина не отступает. Играет на моих нервах, находя самые чувствительные точки. Прикусывает мочку уха, причиняя боль и тут же остужая дыханием и лаской. Рука с шеи плавно соскальзывает вниз и обнимает за талию. Одним властным рывком притягивает к себе, заставляя сердце биться чаще. Низ живота сжимается в тугой колючий комок страха, ноги становятся ватными, а внутри нарастает ощущение опасности.

Лихорадочно бегаю глазами по комнате в поисках того, что поможет мне спастись. И в момент, когда горячие губы прикасаются к саднящей шее, вспоминаю про что-то острое, что несколько минут назад упиралось мне в спину. Опускаю взгляд вниз и готова расплакаться от счастья: из кармана брюк торчит рукоять ножа. Не помня себя от страха и ненависти, инстинктивно выхватываю оружие и, не раздумывая, бью Вячеслава в плечо.

В одно мгновение комната наполняется диким воплем. Хватка мужчины ослабевает и я выскальзываю из его рук. Отбегаю к двери и начинаю колотить по ней кулаками.

– Помогите. Спасите. – кричу не своим голосом, но уже в следующую секунду мою голову пронзает острая боль.

Вячеслав хватает за волосы и с силой отшвыривает в сторону. Падаю, ударяюсь затылком о стену, но тут же поднимаю глаза вверх и с вызовом смотрю на того, кто посмел поднять на меня руку. Вячеслав. Некогда любимый мужчина. Сейчас напоминает обезумевшего зверя, чье каменное лицо, искаженное гневом, и потемневшие глаза наводят страх и ужас.

Не отрывая от него взгляд, пытаюсь подняться, но тут же оказываюсь подхваченной его руками. Пальцы мертвой хваткой сжимают плечи и ставят на ноги. А потом резкий звон пощечины разрывает тишину комнаты и щека начинает нещадно гореть. Хватаюсь за обожжённое место и, не знаю, откуда берутся силы, чтобы вновь на него посмотреть. Из-за подступивших слез вижу лишь размытый силуэт, но этого достаточно, чтобы увидеть, как Вячеслав вытягивает нож из своего плеча и выставляет лезвием вперед, соприкасаясь с ямкой на моей шее.

– Видит Бог, я хотел по хорошему, но ты напросилась.
– Проводит острием вниз и цепляет край футболки. – Сейчас же нашла аптечку и перевязала мне рану.

На негнущихся ногах иду к прикроватной тумбочке и молюсь, чтобы в ней ничего не оказалось. Мысленно желаю Вячеславу истечь кровью и потерять сознание. Вот только аптечка находится внутри. Достаю бинт, перекись и возвращаюсь с мужчине, который уже успел сесть на кровать. Трясущимися руками перевязываю плечо, а внутри все клокочет от боли, обиды и горького разочарования. Мужчина исподлобья наблюдает за моими хаотичными движениями и, когда я заканчиваю, перехватывает запястье и заставляет сесть на колени.