Чтение онлайн

Мотаю головой, не в силах ответить. И снова предпринимаю попытку его оттолкнуть. Но мужчина, как и прежде, остается неподвижен. Он еще некоторое время лежит на мне, а потом снова приподнимается. Заглядывает в мои покрасневшие глаза и я в очередной раз, рискуя жизнью, повторяю:

– Я тебя не люблю. Я тебя ненавижу.

Взгляд мужчины мгновенно меняется. Из остекленевшего становится безрассудным. Животная страсть возвращается. И, не церемонясь, Вячеслав переворачивает меня со спины на живот и, приподнимая ягодицы, рычит:

– Сейчас мы это исправим.

Не успеваю среагировать, как одним резким толчком мужчина заполняет меня изнутри.

– Нет. – ору не своим голосом и новый поток слез обжигает лицо, - Прошу. Не надо.

Дергаюсь в попытке вырваться, но жесткие пальцы крепко удерживающие мои бедра, лишают последней надежды на освобождение. Раскаленный член вколачивается в меня без сожаления и выходит только для того, чтобы снова войти. Быстрые толчки причиняют боль и я чувствую, как саднят внутренние ткани. Но Вячеслав не обращает внимания на мои рыдания и просьбы остановиться. Он, как сумасшедший, продолжает таранить тело, пока волна унижения и обиды накрывает меня с головой.

Утыкаюсь носом в покрывало и реву в голос. Я до последнего надеялась, что этого не случится. Верила, что он не сможет меня изнасиловать. Но в очередной раз ошиблась. И обожглась.

– Ты меня любишь, сладкая, - комната наполняется учащённым дыханием мужчины и его частыми стонами, - и я тебя люблю.

Будто в подтверждение своих слов, Вячеслав замедляет ритм, его пальцы ослабевают хватку и я чувствую, как расслабляется мужское тело. Его движения больше не причиняют боль, но я по-прежнему не чувствую ничего кроме отвращения. Внутри рвется последняя ниточка достоинства. Чувствую полное опустошение. И безразличие ко всему происходящему. Молчу и неподвижно жду, когда Слава закончит. Но время стоит на месте.

Стараюсь подумать, о чем угодно, только бы перестать чувствовать стыд и каменный член внутри себя. Вспоминаю Егора и мои глаза снова наполняются влагой. За то короткое время проведенное рядом с ребенком, я успела прикипеть к нему душой. Он тронул потаенные уголки моего сердца своей храбростью и сдержанностью. Не по годам смышлёный мальчик оказался умнее всех нас и смог добиться того, что маму нашли и освободили. Я радуюсь за него. И даже сейчас, находясь в таком беспомощном и разбитом состоянии, продолжаю молиться о его безопасности.

Я очень надеюсь, что со временем он забудет о случившемся и не станет взращивать в маленьком сердце ненависть за искалеченное детство ко мне и своему отцу. Что Валентина сможет найти нужные слова, чтобы поддержать ребенка и сохранить мир в его душе. Ведь ненависть лишь временно облегчает страдания, и в конечном итоге приводит к саморазрушению.

Это осознание пришло ко мне только сейчас. Примерив на себе роль любовницы, я наконец-то поняла, что много лет тому назад в распаде нашей семьи был виноват отец. Именно он давал клятву в вечной любви и верности, но не сдержал слово. Не смог устоять перед соблазном и удержать свой член в штанах. Его никто насильно не заставлял изменять матери. Он самостоятельно принял это решение. А значит вся ответственность за случившееся лежала исключительно на нем.

Возможно та женщина, как и я, ничего не знала о его семье. А когда узнала, было слишком поздно. Вот только сейчас это потеряло всякий смысл, потому что с возрастом и с горьким опытом пришло понимание того – что я простила любовницу своего отца, а вот его нет. Он собственными руками поломал не только меня, но и мать, которая долгие годы после его ухода корила себя и ждала возвращения. Но он не вернулся. Даже ни разу не предпринял попытки извиниться или наладить со мной отношения. Не говоря уже о маме. Он вычеркнул нас из своей жизни. Забыл. И начал строить новое счастье, в котором для старого не было места. И кто бы мог подумать, что я отзеркалю судьбу его любовницы. И возненавижу тот день, когда это случилось.

Перед глазами всплывают картинки из прошлого. Наше первое свидание с Вячеславом. Его открытая улыбка и добрые мальчишеские глаза. Первое невесомое прикосновение к моей руке. И наша первая ночь. Я была по-настоящему счастлива. Разве стоить себя винить? Ведь я ничего не знала о Валентине и Егоре. Смотрела на Славу и видела в нем своего мужчину. С каждым днем привязывалась все сильнее. Влюблялась. И строила огромные планы на наше совместное будущее. Я верила ему. И кто бы мог подумать, что каждый раз, возвращаясь ко мне, он продолжал врать и обесценивать нашу любовь, превращая ее в грязь. Возможно, если бы не та встреча в саду, я до сих пор бы жила в неведении и продолжала строить надежды, которым суждено было разбиться. Наша любовь изначально стала моим проклятием. Мы не имели права любить. У нас не было шансов на счастье.

Из глубоких раздумий меня выводит глухой стон, больше похожий на рык. Дрожащими пальцами Вячеслав впивается в мои бедра, и одним резким толчком погружается по самое основание. Вскрикиваю от резкой боли и напрягаюсь, когда горячая струя из пульсирующего члена изливается в мое полуоткрытое отверстие, увлажняя измученные стенки. Меня накрывает волна безысходности. Сжимаюсь изнутри, словно прогоняя Вячеслава и его тепло. Вот только мужчина не торопится выходить. Еще несколько секунд головка его члена вздрагивает у самого выхода, и только потом Вячеслав отстраняется и растягивается рядом.

?

ГЛАВА 19. В ОБЪЯТИЯХ СМЕРТИ

Продолжаю безучастно лежать в постели, даже не пытаясь натянуть штаны, когда Вячеслав поднимается, удаляется на пару минут в ванную и снова возвращается в спальню. Бросает взгляд на часы, потом на меня.

– У тебя есть ровно пять минут, чтобы принять душ и привести себя в порядок.

Его голос звучит сдержанно и властно одновременно. Сил сопротивляться нет, поэтому послушно сползаю с кровати и на негнущихся ногах плетусь в сторону душевой. По ногам стекает липкая влага и во мне с новой силой просыпается жгучее желание смыть с себя каждый след и опечаток Вячеслава. Быстро высвобождаюсь от одежды и становлюсь под горячий напор воды. Не теряя времени, хватаю мочалку и, не жалея кожи, с силой натираю каждый участок тела, задерживаясь между ног. Хватает пары минут, чтобы смыть с себя прикосновения мужчины и привести мысли в порядок. Обматываю большое махровое полотенце вокруг головы и снова натягиваю джинсы и футболку. Перед выходом смотрю в чуть запотевшее зеркало и отмечаю, какой бледной выглядит кожа, и каким сломленным кажется мой взгляд. Хочется обнять себя за плечи и сказать «Все будет хорошо», но не успеваю пошевелиться, как двери резко распахиваются и в комнату залетает Вячеслав.

Он хватает меня за локоть и волоком тащит через всю соседнюю комнату к окну, возле которого прижимает к стене и, закрыв мой рот ладонью, выглядывает на улицу, словно затаившийся в кустах хищник. Вот только сейчас он мало на него похож. Считываю в широко распахнутых глазах – страх. И не понимаю, что могло его испугать. Пытаюсь повернуть голову в сторону, чтобы увидеть причину его странного поведения, но он шипит и движением указательного пальца у своих губ молча приказывает вести себя тихо.

Стоим так еще некоторое время, а потом Вячеслав раскрывает окно, выдавливает решетку, и подсаживает меня на подоконник. Не успеваю сообразить, как мужчина оказывается на улице и одним быстрым движением вытаскивает меня из окна. Оборачиваюсь и только сейчас понимаю, что случилось. В нескольких метрах от нас стоит патрульная машина. Не помня себя от счастья, делаю резкий выпад вперед, но Слава перехватывает меня за талию и возвращает назад. Лихорадочно соображая, что делать, со всей мощью, на которую способна, наступаю пяткой на пальцы Вячеслава и, воспользовавшись его замешательством, выскальзываю и бегу. Полотенце с головы падает на землю, и мокрые волосы хлестко бьют по лицу и спине. Но я не останавливаюсь. И даже не оглядываюсь. Смотрю на входную дверь, до которой остается пара метров, и чувствую предвкушение спасения и свободы. Остается сделать буквально пару шагов, когда мужские пальцы перехватывают меня за спутанные пряди и с грубой силой тянут на себя.