Чтение онлайн

– Простите, Дориан, - послушно повторяю, слегка шмыгнув носом.
– Как вы?

– Терпимо, - слегка кривит губы в улыбке мой пациент.
– Принести вам лед, приложите к месту удара.

– Все нормально, - отмахиваюсь.
– Давайте я осмотрю рану.

Его светлость послушно расстегивает рубашку и ловко стаскивает ее, кинув на подлокотник ближайшего кресла.

– Я как раз по этому поводу и позвал вас. Мне нужно отлучиться на несколько дней в столицу…

– Когда?
– недовольно хмурюсь, разматывая бинт. Еще неизвестно в каком виде сейчас укус. Вдруг некроз быстро прогрессирует, а эта повышенная активность организма всего лишь кратковременная ремиссия.

– Желательно сегодня вечером. Лучше было бы днем, но можно и позже, - внимательно наблюдает за моими действиями Дориан.

Всматриваюсь в поврежденную кожу, состояние которой меня немного огорчает. Честно говоря, я надеялась на лучшее. Слава богу, диаметр пораженного участка не увеличился, но выглядеть стал хуже. Без лекарств не обойтись.

– Я бы настоятельно вам рекомендовала удержаться от поездок в ближайшие дни, - строго озвучиваю вердикт, принимаясь обратно заматывать рану.
– Я планировала с утра приготовить мазь, которая, возможно, немного улучшит ситуацию, но вы настолько быстро меня забрали, буквально из кровати вытащили, что я не успела.

Брови герцога удивленно поднимаются, а я моментально краснею, понимая какую глупость сморозила. Неловко вышло, да.

– Эми, мне, правда, нужно к брату. Речь идет о жизненно важных вопросах.

– Я не знаю, Дориан. Здоровье ваше, и тело тоже ваше. Вам дано им распоряжаться и я не в силах, что-либо запрещать, - демонстративно безразлично пожимаю плечами.

Герцог скрипит зубами. Я решительно вздергиваю подбородок. А что? Сам сказал лечить, оттянуть развязку как можно дольше, и не слушается. А потом я буду виновата? Ну, уж нет!

– Хорошо, - с нажимом кивает его светлость.
– Когда, по вашему мнению, мне будет позволительно отправиться в путь?

– Трудно сказать, - закусываю губу.
– Я не знаю, как протекает болезнь в вашем организме. Но то, что ее течение отличается от нормального, обычного, это без сомнения. Нужно понаблюдать.

Дориан задумчиво присаживается в кресло и переводит взгляд на окно, за которым располагается цветочная клумба, а чуть дальше красивый ухоженный сад.

Я тоже рассеянно осматриваюсь по сторонам, не мешая его светлости делать правильный выбор.

– Решено!
– спустя пару минут уверенно заявляет герцог.
– В столицу отправлюсь экстренным порталом. Я им, конечно, не люблю пользоваться, но тут безвыходная ситуация. У вас есть несколько дней, чтобы пронаблюдать за моим состоянием и изучить ход болезни. А что не успеете, будете исследовать в уже там, потому что я беру вас с собой.

Что-о-о?! Нет. Быть не может. Я, видимо, ослышалась…

– Ваша св… Дориан, - как можно спокойнее говорю я.
– Не сочтите за грубость, но озвучьте еще раз ваши планы.

Глаза мужчины вспыхивают, но он послушно повторяет ранее оглашенные им же слова.

Нет. Не ослышалась. Таки собирается взять меня с собой. Но ведь как? Почему не спросил? Решил, значит. А я?

– Это невозможно, - складываю руки на груди, всем своим видом демонстрируя протест.

– Ошибаетесь. Еще как возможно. И не просто возможно, а осуществимо, в чем вы и убедитесь в ближайшие дни, - хмыкает мой собеседник.
– Но мне, право, интересно услышать причину, по которой вы считаете это невозможным.

Вот значит как? Чуяло мое сердце, что этот герцог принесет мне проблемы.

– Ну, во-первых, у меня дочь. Как я ее оставлю тут одну? С собой тоже взять не могу, сами понимаете, - начинаю перечислять, надеясь на благоразумие этого индивида.
– Во-вторых, моя работа. А в-третьих, вы все решили за меня, и это не совсем этично с вашей стороны, разве нет? Я думала, что рабство в Алигии давным-давно отменили…

Хмуро смотрю на Колчестера, в то время как он очень внимательно и спокойно выслушивает мои аргументы. Не лицо, а маска. Ни одной эмоции не прочесть.

– Позвольте развенчать ваши, так называемые, аргументы, - чуть кривовато улыбается мой собеседник.
– Есения, не грудной ребенок и вполне может обойтись без матери несколько дней, к тому же за ней легко могут присмотреть ваши, так называемые родственники. Во-вторых, это же касается работы. Пару дней мастер Амадеус успешно может справиться и без своей помощницы, справлялся же он как-то до этого. И, в-третьих, помилуйте, какое рабство? Его, действительно, в Алигии нет и в помине. А я ничуть вас не заставляю. Просто уверен, вы сами захотите поехать.

Скептически вздергиваю бровь. Он что, всерьез так думает? Нет, я, конечно, сочувствую ему, и мне искренне жаль, что с ним такая беда приключилась. Но своя сорочка, как говорится, ближе к телу. У меня на первом месте Есения и ее безопасность. А у Колчестера, уверенна, найдется не менее компетентный врач, которому он сможет доверять гораздо больше, чем мне. Так что его желание выглядит, как каприз, ей Богу.

– Да-да, не удивляйтесь, - между тем продолжает Дориан ан Риель, игнорируя мой скепсис.
– Вы едете со мной в Ладэн, а я… перестаю докапываться до вашего прошлого. Ведь вы совсем не из Торна, и мы оба это прекрасно знаем…

На меня словно ушат холодной воды выливают. Если б я не сидела, то тут же упала бы, потому, как по телу внезапно разливается слабость, ноги начинают дрожать, а к горлу подкатывает липкий тошнотворный комок.

– Так что, Эми? Хотите со мной в столицу?
– победно блестит глазами этот… поц.

Просто горю желанием! Стискиваю зубы, чуть ли не до хруста, и киваю, взглядом показывая все, что я думаю о таких методах. Эх, надо было в овраг сбросить его безвольную тушу, а я тащила, из сил выбивалась. И вот тебе награда, Эми. Кушайте, не обляпайтесь!

– Тем более, - вещает дальше его светлость.
– Что один из вопросов, который я еду решать в Ладэн, как раз и вас касается. Вы же ратовали за внесение поправки в закон о возрасте актантов патруля, который участвует в закрытии разрывов?

Подозрительно щурюсь. Это он так пилюлю решил подсластить?

– Я вас поняла, Дориан. Я могу идти?
– поднимаюсь с дивана и старательно расправляю складки на платье, чтобы не встречаться глазами с мужчиной, а то не приведи Всевышний, сболтну то, о чем вскоре пожалею. А с такими людьми не стоит забываться. Эх, Грибоедов, Грибоедов, как же ты был прав…