Чтение онлайн

— Мирослав уже исправляет ошибку сестры, — опустив покорно глаза, сказала вампирша.

— Исправляет?! Как?! Он же ненавидит тебя за убийство его шлюхи! — кричал глава клана Феррат. — Зарина, твои дети слишком свободолюбивые! Они ставят себя выше благополучия клана!

«Твои дети», — резанул слух любящей матери. Пока Айрин и Мирослав радовали Маркуса они были и его тоже. Даже пасынка палач называл сыном, гордясь его силой и искусством убивать. Но стоило оступиться Айрин, как дети стали только Зарины.

— Мой господин, — опускаясь на колени, шептала бывшая жена, — Мирослав убьет оборотня. За Айрин я приберу сама, так что никто никогда ни о чем не узнает. Обещаю, любимый мой.

Верил ли Зарине палач, поднимая на нее свой растерянный взор? Верил. Ведь за долгие столетия она ни разу его не предала. Все для него и все для клана. Преданность бывшей жены не имеет цены. Зарина всегда была рядом. Его тенью… Его правой рукой… Она жертвовала своими желаниями и мечтами, чтобы только Маркус был доволен. Даже когда он поставил ее в известность о вынужденном разводе, она не проронила ни одной слезы при нем. Потом оставшись наедине со своей болью, брошенная жена выла волчицей от обиды. Выла и понимала: так надо. Надо Маркусу и клану. За все эти жертвы он, конечно, ей благодарен, но не больше. Чувств к этой красивейшей женщине Рима первородный не испытывал. Когда-то, может быть, но годы унесли с собой ту мимолетную любовь, оставив лишь память. Эта память иногда останавливает Маркуса от непреодолимого желания вырвать сердце этой интриганки. Зарина умеет плести сети не хуже пауков и в этом она не заменима в клане Феррат. Каждый ее шаг направлен на усиление власти палачей. Но иногда интриги бывшей жены слишком опасны для Феррат.

— Проследи, чтобы труппы убрали из катакомб, — поднимаясь с пола, приказал Маркус. — Голова волка должна быть у меня через три дня, а Айрин ….

Не успел договорить Маркус, как двери распахнулись и вошла виновница переполоха. Мать с отцом замерли, наблюдая как, гордо вскинув подбородок, их дочь сама пришла на семейный суд.

Спрятав Яна в охотничьем домике на земле Саргано, предательница все же решилась вернуться в клан. Уверенная в безграничной и всепрощающей родительской любви, она без страха смотрела на них.

— Ты посмела вернуться, после всего что натворила?! — вскипел отец, подскочив к дочери.

Зарина бросилась на перерез, но не успела. Тяжелая рука Маркуса обрушилась на Айрин. От удара та отлетела в сторону и влипла в стену. В эту же секунду Зарина закрыла дочь от нового удара, словив его своей спиной. Резкая боль разорвала тело матери, закрывая глаза черной пеленой. Удар Маркуса был такой силы, что перебил позвонки бывшей жены и ее разум отключился, чтобы дать бессмертному организму восстановиться.

Страх за мать на мгновение сковал Айрин. Ей показалось, что отец вырвал Зарине сердце. Но увидев на его руке только кровь, дочь громко закричала и с неистовой силой бросилась на родителя. Она снесла Маркуса с ног и принялась кромсать его плоть, нанося удары в область грудной клетки. В таком нервном помешательстве Айрин была нацелена на бьющееся сердце отца. В ее голове не было ни единой мысли, которая бы сдержала от убийства родителя. Маркус ошеломленный происходящим, даже не предпринял попыток сопротивляться. Он словно наблюдал эту ужасающую картину со стороны. И когда Айрин осталось всего ничего, ее руку схватила пришедшая в себя, но все еще обессиленная, мать.

— Остановись, Айрин! — шепотом кричала Зарина, обливаясь кровавыми слезами. — Он твой отец!

Наследница Феррат тяжело и жадно задышала. Разжимая руки, отпустила отца. Снова Зарина предотвратила трагедию в семье. Она всегда стояла стеной между темпераментными отцом и дочерью. Сегодня, правда, любящей матери досталось очень сильно. Чуть волоча ноги, вампирша попыталась встать.

Видя состояния матери, Айрин помогла ей, поддержав под локоть. Маркус поднялся с пола сам. Немного приостыв, дружная семейка начала назревший разговор.

— Ты хоть понимаешь, что ты наделала? — первым нарушил молчание Маркус.

Его глаза устало прошлись по стоящей рядом с матерью Айрин.

— Да, — спокойно, но твердо ответила она, — и я не отдам его вам.

— Убить своих ради волка, Айрин, как ты могла? — не унимался отец, уже, правда, растеряно шепча и опускаясь на единственный уцелевший стул в покоях. — Он наш враг и наша погибель. Если на конклаве всплывет договор Феррат с Белыми Волками, то мы обречены. Ты понимаешь, что это значит? Нас всех убьют. Мы станем забвением. Пустотой. Прошлым, о котором никто никогда не вспомнит. И все из-за твоей глупости, девочка моя.

— Я люблю его, — поднимая заплаканные глаза, призналась непутевая дочь. — Люблю и готова сражаться за эту любовь.

Теперь уже слезы окрасили щеки Зарины. Ее дочь нарушила все запреты ради любви. Неужели чувства Айрин настолько сильны, что лишают ее здравомыслия. Посмотрев на дочь, она окончательно убедилась в этом. В глазах Зарины так же вспыхивает огонек, когда она думает о Маркусе. Сердце матери сжалось от боли. Как же легко было убивать Мерседес. Ведь в глубине души она знала, что она не пара сыну. Его глаза так не блестели. Любовница Мирослава была меланхоличной дурой, делающей из вампира ручную собачонку. Вот чувства к оборотню придают Айрин силу и жажду сражаться за эту любовь. За любовь, которой не суждено сбыться. Мать украла у собственной дочери эту надежду на счастье. Похоже, Зарина обрекла еще одного своего ребенка на разочарование и боль. Сегодня ночью Мирослав убьет возлюбленного сестры и остановить его у Зарины возможности нет. Что же она натворила? Родная мать черной кошкой пробежала между своими детьми. Она так радела за единство клана и своими действиями разобщила его. Разбила на мелкие осколочки, сделав легкой добычей для врагов.

— Тогда обрати его! — рявкнул Маркус. — Но знай, если он откроет свой рот, я убью его!

— Обращу, — склонила голову Айрин, зная, что это не так уж просто.

Ян категорически не хочет принимать дар бессмертия. Он даже поставил ей условия, либо они вместе как волк и вампир, либо… Другого варианта не дано.

Полная луна беззвучно звала волка на охоту. Ее холодные лучи на черном звездном небе освещали каждую тропинку в лесу. Только луч коснулся тела Яна и с ним тут же началась метаморфоза. Превращаясь в волка, его обоняние и осязание становилось острее. Вдыхая ноздрями ароматы леса, он почувствовал чужой и в тоже время родной, знакомый запах. Это не Айрин. Это ее брат. Мирослав нашел охотничий домик. Эх, милая, была не права. В безопасности им теперь ни где не быть. Лучший охотник Белых Волков и палач Феррат уже поджидал Яна на тропе. Он не прятался, а готовился к честному поединку, что не свойственно вампирам, но норма для волков.

Сцепиться с Мирославом Яну больше всего не хотелось. Он все таки его родственник. А у волков не принято грызться насмерть между членами одной семьи. Но Мирослав был решительно настроен. Даже вышел из темноты на поляну, чтобы лучше рассмотреть любовника своей сестры и бросить ему вызов.

— Ян, эта ночь последняя в твоей жизни, — спокойно сказал Мирослав, сверкнув в свете луны, темнеющими глазами.

Ян ощетинился и зарычал, но первым не набросился на наглеца. Он обратился в человека. Так ему будет проще найти общий язык с братом Айрин, ведь приняв дар бессмертия он лишился возможности слышать голос волков.

— Мирослав, я не хочу драться с тобой, — делая шаг вперед, и пряча острые когти говорил Ян. — Нам не чего и не кого делить.

— Уверен? А моя сестра? — сжимая в руке стальной клинок, перебил его вампир. — Рядом с тобой она в опасности, как и мой клан.

— Прежде чем Феррат стал твоим кланом, Белые волки были твоей семьей, — напомнил ему Ян. — Мой предок твоим отцом.

Мирослав засмеялся, вспоминая старого вождя. Формально власть в стане принадлежала Добрыне, а не старшему брату. Будимир хоть и был уважаемым волком среди сородичей, но старость и немощность сыграли свою роль. Добрыня мог в любую минуту кинуть вызов старику и отобрать в честном бою стаю, но считал такой поступок недостойным. Он молод и силен, а Будимир почтенный старец, который заменил ему отца. Не по-братский было бы это. Неужели в стаи Белый Волков произошли перемены и дядя все-таки бросил вызов его отцу, раз этот волк говорит о их родстве. Насколько Мирославу известно: Ян не сын вождя и даже не его потомок.