Чтение онлайн

— А ну рты прикройте! — приказал третий монах оглядываясь по сторонам. — Смотрите беду накаркаете! Не по себе мне как-то!

В темноте леса ему казались какие-то мелькающие тени. То ли это игра ветвей в свете луны, то ли что-то страшное прячется среди деревьев. Но на всякий случай монах сжал в ладони крестик и начал про себя читать молитву. Только это ему не помогло. Богу сегодня было не до его служителей.

Из мрака на дорогу вышла женщина, а следом за ней двое мужчин. Монах натянул на себя поводья, остановил лошадей.

— Что вам надо? Кто вы такие? — встревоженно спрашивал монах, ощущая исходящую опасность от этой троицы.

В повозке на соломе зашевелилась ведьма. Ее стон походил уже на сдавленный смех. Один из монахов пнул связанную женщину ногой, приказав замолчать. Не хватало еще этой твари нагонять жути в темноте лесной чащи. С ними бог и ничего плохого не должно случиться. Наивно полагали клирики.

— Вы не слышали вопроса? — переспросил третий монах, вытаскивая из ножен меч.

Черные Братья часто носили при себе оружие, зная, что против врагов веры не всегда помогает Библия и крест. Сверкнувшая сталь не испугала преградивших им путь, а наоборот подтолкнула к действиям. В доли секунды монахов атаковали мужчины, а женщина неспешно подходила к повозке. И когда трупы Черных Братьев упали на дорогу, она уже смотрела на их пленницу.

— Ян, развяжи ее, — попросила Айрин, видя истерзанное тело женщины.

Похоже, к ведьме применяли пытки. Колени раздроблены. Ей одевали испанский сапог. И этот запах горелого мяса, заставил поморщиться наследницу Феррат. Жгли коленным железом, но все равно ничего не добились и решили привезти в крепость Ангела, чтобы продолжить свои пытки. Айрин не испытывала жалости к мученице. Скорее восхищение ее стойкостью, решило судьбу ведьмы. Она сильная и верная, а таких слишком мало осталось на земле. Сегодня дочь Зарины дарует врагу ее клана не только жизнь, но и исцелит от ран.

Оборотень разрезал веревки и снял железную маску с лица ведьмы.

— Я знала, что встречу тебя, Айрин, — прошептала женщина, облизывая пересохшие губы. — Но не знаю, что сулит мне эта встреча.

Взяв из рук любовника нож, вампирша резанула по своему запястью, и приложила ко рту обессиленной ведьмы быстро заживающую рану.

— Милость, — запоздало ответила Айрин.

Напившись живительной крови, ведьма из семьи Мойры довольно улыбнулась. Жизнь расползалась по ее телу, склеивая его, как разбитый сосуд. Всего за несколько минут женщина исцелилась. Ее раны зажили. Кости срослись. Боль ушла, уступив место ощущению силы, и уже без посторонней помощи ведьма смогла слезть с повозки.

— Ты помогла врагу, почему Айрин? — вместо благодарности она снова задала вопрос.

— Мойры лично мне дорогу не переходили, — беря, поданную Яном рясу, ответила вампирша. — И сейчас, если честно, не до этой вражды. Так что ты свободна.

Ели заметная улыбка дернула уголки широкого рта женщины, а глаза карие пробежали по мужчине рядом со спасительницей. Оборотень. Принцесса палачей нарушает законы кланов ради своих желаний. Она лишена всякого страха перед гневом Владыки. Айрин выбирает сердцем, поэтому она не такая, как все первородные. И в ней есть необузданная сила. Вкус этой силы ведьма распробовала в крови наследницы Феррат. Эсми была права, когда доплетала предпоследний виток в судьбах избранных. Следующая петля закинется через пятьсот лет праправнучкой Магдалены и завершит начатое.

— Я не люблю оставаться в долгу, Айрин, — сказала ведьма. — Когда у тебя возникнут вопросы, задай их мне — Магдалене Геральди. Найдешь меня в Генуи, в таверне «Бродячий пес».

— Вряд ли мне когда-нибудь понадобятся твои ответы, или советы, ведьма, — поправляя наспех накинутый черный балахон, хохотнула вампирша.

Что-то сегодня все наглеют, испытывая терпение первородной на прочность. То Алесио посмел торговаться, то эта Магдалена предлагает свои услуги.

— Понадобятся, Айрин, поверь мне, — обойдя повозку, женщина села в нее и дернула поводья. — Мы еще встретимся.

Развернув повозку, ведьма пустила коней в галоп, поспешив убраться подальше с земли ордена Черных Братьев. Айрин некогда было провожать взглядом странную женщину из семьи Мойры. В темнице крепости ждала помощи девушка брата, не до вопросов было вампирше, но все же они уже возникли в ее голове. Откуда ведьма знает ее имя? Ведь Айрин ни разу не встречалась с этими Мойрами. За всю свою жизнь дочь Маркуса лишь однажды пересеклась с ведьмой, но из другой семьи. И та старуха скорее выжила из ума. Твердила без конца, что судьба Айрин давно написана, но время перемен еще не пришло. И вот уже лет триста обещанные перемены никак не настигнут дочь Маркуса.

— Эти ведьмы не от мира сего, — подметил Ян, рассматривая рясу, которая несуразно висела на нем. — Говорят одними загадками. Хоть раз что-то конкретное сказали. Так нет! Намеки, недомолвки, головоломки. Вот срань господня! Я на бабу в этом платье похож!

— На страшную бабу! — тут же поддержал вампир родственник, подвязываясь веревкой. — Так что не переживай. Братья во Христе тебя не захотят.

Оборотень оторвал глаза от своей рясы и посмотрел на довольно улыбающегося Мирослава. Видок у него был еще тот! Одежда толстого, но низкорослого монаха чуть доходила до середины икр, открывая совсем не монашеские сапоги. Да и в плечах она немного жала. Казалось, если Мирослав потянет руки вперед, то она разорвется по спине.

— Мда, — присвистнул оборотень, — так нас за своих точно не примут.

— Ничего, я докажу им обратное, — попытался помахать руками вампир.

— Как? Псалом им прочтешь? — подтрунивал Ян. — Под твою сутану даже маленький ножичек не спрятать!

— Тогда давай поменяемся, — предложил Мирослав, заранее зная, что друг откажет.

— Э, нет! Своими трофеями я не делюсь, — подмигнул он Айрин, и, притянув ее к себе, жадно поцеловал. Потом оторвавшись от сладких губ возлюбленной, отдышавшись, на подъеме спросил. — Ну, что пошли в гости к смиренным монахам?

В подземелье они вошли беспрепятственно, как и обещал Алесио, идущий впереди. В извилистых коридорах-лабиринтах им не попалось ни одного монаха. И камеру Лютеции ученик магистра быстро отыскал. С ключом вышла оплошность. Он висел на поясе главного тюремщика, но его не было на месте. Так что Мирослав с Яном, приложив не мало усилий, сорвали двери с петель, от чего грохот разнося по всему подземелью, разогнав даже ползающих под ногами крыс.

— Быстреееее, — простонал побледневший Алесио.

Мирослав бросился в темноту камеры за своей Лети. Девушка лежала без сознания в ворохе гнилой соломы. Липкая кровь толстой коркой запеклась на ее спине и лице. Тюремщик взбешенный воем девушки, ворвался в камеру и избил ее плетью. Лети пыталась дать отпор, бросаясь на обидчика, только силы были неравны в этой схватке. Монах несколько раз ударил ее головой об стену, после чего она потеряла сознание.

От прикосновений нежных рук Мирослава из ее уст вырвался страдальческий стон.

— Я убью этих тварей, — прорычал вампир, и подорвался с места.