Чтение онлайн

Его глаза нашлись кровью, когда он посмотрел на Алесио. Тот ища инстинктивно защиты, спрятался за спиной Айрин.

— Я здесь не при чем, — заскулил мальчишка.

Но ярость Мирослава, рвущаяся наружу приглушала оправдания монаха. Он набычившись пошел на Алесио. Бедного ученика магистра спас топот приближающих Черных Братьев и Айрин преградившая путь брату.

— Нам нужно уходить, Мирослав! Потом разберешься с ним! — прикрикнула на него сестра.

Вампир послушался Айрин, но все равно зло посмотрел на Алесио. И не сводя этого враждебного взгляда, прокусил себе запястье. Лети слишком слаба, чтобы идти, и любые прикосновения причиняют ей боль. Только кровь вампира способны вернуть избитой девушке силы. Подойдя к Лютеции, он дал ей несколько капель, после чего подхватил на руки и вынес из камеры.

Ян грубо толкнул монаха и прошептал на ухо:

— А я бы тебя убил. Иди, давай, смертник.

И клыки оборотня блеснули даже в кромешной тьме.

Пробежав всего два поворота в коридорах подземелья, они лоб в лоб столкнулись с монахами, вооруженными мечами. В свете мерцающих факелов замешательство Черных Братьев быстро развеялось. К ним в самый оплот воинов христовых пробрались лазутчики демоны! А увидев среди незваных гостей еще и брата Алесио, в толпе прокатился недовольный гул. Такого нахальства их тысячелетний орден еще не припомнит.

— Что там, братья мои? — эхом пролетел скрипучих голос магистра, идущего сквозь толпу.

Монахи покорно расступались, пропуская Его Высокопреосвященство вперед.

— Сын мой? — сощурив глаза, спросил магистр. — Алесио? Ты предал нас?

Молодой монах опустил голову, боясь встретиться взглядом с учителем.

— Простите, — беззвучно прошептал он, пятясь в темноту.

Поникшие узкие плечики предателя скрыли за собой широкие плечи Яна, выступившего вперед из той же темноты. Бесстрашно и с вызовом ухмыляясь, он смерил толпу взглядом полным презрения, отметив про себя: «Монахов всего десять. Старик не в счет».

— Отдай свою девку, малому, — сказал оборотень, готовясь к хорошей драке, и оскалившись в толпу, добавил. — Похоже, сердцем магистра я сегодня поужинаю.

Мирослав с неохотой, но передал, приходящую в себя Лети, молодому монаху. На этот раз не он первый бросился кромсать своих врагов, а его волк-родственник и сестра.

Бойня длилась недолго. Вошедшие в раж монстры ночи всего за несколько минут расправились с десятью монахами. Даже пытающийся сбежать магистр, в свои-то почтенные лета, чуть было не избежал вполне заслуженной расправы. Шустренько, словно молодой, приударил к спасительной лестнице наверх. Но вовремя обернувшийся Ян, настиг беглеца и вырвал его сердце раньше обещанного срока.

Убедившись, что свидетелей не осталось спасители Лютеции покинули подземельем Ангела. А уже в самой чаще леса, Айрин разразилась ругательствами:

— Да чтоб меня волки разодрали! Мы только что начали войну! — схватившись за голову, заходила она взад и вперед.

Ян, почесывая свербящий от засыхающей крови подбородок, успокоил любовницу:

— На счет первого, то это можно устроить прямо сейчас. Я после таких передряг разодрать кого-нибудь прям до боли в чреслах хочу, — улыбнулся он ей, демонстративно потрепав ладонью пах. — А вот на счет второго, то чтобы начать войну нужен повод. Его нет. Мы не оставили свидетелей, красавица. Мало, что там произошло в подземелье? Может, эта, — кивнул Ян на все еще ошеломленную кровавой бойней девчонку родственничка, — обратилась и порвала беззащитных попов. Ты же одна из нас?

Лютеция ничего не ответила, лишь захлопала рассеянно длинными ресницами, поглядев на новоиспеченного сородича. И Айрин зацепившись за последние слова любовника, призадумалась. А ведь он прав! Не все потеряно. Правду о девчонке знали только двое: магистр и его ученик. Если все правильно преподнести, то можно решить сразу несколько проблем.

— Ее надо обратить, — уверенно заявила наследница палачей, глядя на девушку брата.

— В вампира? — насупившись тут же спросил Мирослав, явно против такого предложения.

— Нет, конечно! — воскликнула нетерпеливая сестра. — Если она станет одной из нас, то Саргано потребуют суда над тобой, и еще все узнают о прочтении частности матери к этому похищению. Плюс конклав на носу. Ничего просто так не пройдет для нашего клана. Лютеция должна обратиться в оборотня. Это станет нашим и ее спасением. Ни Саргано, ни матери она будет уже не нужна. С монахами мы разобрались. К тому же, раз не осталось свидетелей, то Алесио может вернуться в орден и занять место магистра. Так ведь? — повернувшись к трясущемуся монаху, спросила она.

— Я не хочу туда возвращаться, — запищал испуганный мальчишка. — Они меня убьют.

Айрин раздраженная трусостью и недальновидностью человечка, шумно вздохнула и подошла к нему.

— Ты меня не понял, — оскалилась дочь Зарины, схватив монаха за горло. — Утром ты, как ни в чем не бывало вернешься в крепость. Очень опечалишься гибелью своего учителя и признаешься братьям, что девушка, которую магистр выдавал за ведьму на самом деле была оборотнем. Она должна была выйти замуж за Леонида из клана Саргано, но обратилась в полнолуние и, убив охрану из вампиров, сбежала. От куда это стало известно Его Высокопреосвященство тебе неведомо. Твой учитель не делился своими шпионами. А когда Черные Братья поверят в эту сказку, ты потребуешь возвести тебя в магистры ордена, как того желал твой многоуважаемый наставник. Тебе ясно, Алесио? — спросила вампирша. Тот заморгал в знак согласия. — Хорошо, мальчик. И помни: разочаруешь мою мать, умрешь быстро. Она в порыве гнева, просто убивает. Я же тебя не убью. Я заставлю тебя умолять о смерти, а это разные вещи.

Бедный юноша нервно сглотнул слюну, почувствовав, как страх холодком расползается по всему его телу, лишая не только дара речи, но и решимости перечить коварной дочери Зарины. Похоже, дети вампиров во всем превосходят своих родителей. Айрин соединила в себе и хитрость матери и расчетливость отца.

— Вот и прекрасно. Люблю понятливых мальчиков, — похвалила Алесио вампирша, отбросив его от себя. — А теперь убирайся, пока я не передумала.

Монах, подхватив подол длинной рясы, быстро скрылся в темноте чащи. Убегая, он благородил не господа бога, а дочь своей любовницы, что сегодня она позволила ему жить.

— Если ты хочешь обратить Лети, то нужно посмешить, — сказал Ян, посмотрев на небо. — До рассвета осталось всего ничего. А следующая возможность представиться только через месяц в полнолуние.

— О нет! — прижав сильнее к себе чужую невесту, возразил Мирослав. — Только не сегодня! Она еще слаба, и в ней моя кровь. Надо подождать.

— У нас нет на это времени, брат, — настаивала Айрин. — Выдержит. Ян, что тебе нужно?

Оборотень на мгновение задумался, вспоминая этапы обращения женщин в их роду.

— Так сердце человека, мы вырвем у одного из тех монахов, что убили сегодня в лесу. Луна есть. Так что начнем. Но вам, — обратился он к вампирам, — лучше уйди подальше. Первое обращение может на время помутить ее разум. Она будет убивать каждого, кто встретится ей на пути. Сам понимаешь, Мирослав, спавший годами зверь, проснется.

Вампир закрыл глаза, вспоминая свое первое превращение в волка. Это было ни с чем не сравнимое ощущение силы и свободы. Тогда он убил целое стадо туров. Разрывал на кусочки, жадно глотая теплое мясо. И это мясо было вкуснее и сочнее, чем вся еда мира. До сих пор он помнит этот вкус. Но прежде он испытал ужасную боль. Боль, которая переломал все кости, перестроив его тело. Лети тоже предстоит пройти превращение и он был не уверен, готова ли она вынести такую боль. Не сейчас.