Чтение онлайн

– И все же я не пойду.
– сказала я, икая, но продолжая уплетать кексы.

– Ну смотри, зайчик, дело твое.
– из ее косы выбилась прядка волос и теперь свисала прямо перед кончиком носа. Она заправила ее обратно.
– Но не забывай, что до самого утра все будут веселиться, и я в том числе. Компанию составить тебе будет некому.

– Ничего страшного. Есть же целая библиотека.

Я позавтракала, поблагодарила. Предложила ей свою помощь, но она отказалась, сказав, что у нее на кухне сегодня целая рота. Я сказала ей, что если понадоблюсь, она знает, где меня найти. Она кивнула и подмигнула, бросив напоследок.

– Если ты все же надумаешь, я жду тебя у себя в комнате к восьми.

Я отправилась в библиотеку с твердым намереньем провести там весь день и отправиться спать пораньше. Про свой сон я напрочь забыла и, само собой, ничего не узнала о волшебнице, живущей в лесу. Решила, что сделаю это завтра, первым делом. А пока, меня ждут книги.

Каково же было мое собственное удивление, когда без пяти восемь, я стояла у двери комнаты Ирмы. Она отрыла мне двери и улыбнулась.

– Я знала, что ты придешь.

– Честно говоря, я пока еще не совсем уверена, что...

– Никаких разговоров! У нас не так много времени.

Она принялась за меня с таким рвением, что я побоялась, как бы в итоге не получилось нечто, похожее на ребенка, добравшегося до маминой косметики и одежды. Но в итоге получилось прекрасно. Ирма сделала мои каштановые волосы темно-каштановыми с удивительно красивым холодным, серебристым отливом, заплела их в очень сложную, красивую косу и украсила шпильками с небольшими сверкающими камнями. Косметики на мне почти не было, но травы, которыми она давала мне умыться сделали мои глаза блестящими, кожу - матовой, цвета слоновой кости. Единственное, что она добавила - немного помады цвета спелой малины. Ну и конечно же, нежно-голубое платье, которое мы отправили обратно в шкаф, до более подходящего момента. Оно было сплошь усыпано камнями и вышивкой, да так усердно, что если им как следует махнуть, можно было бы сшибить кого-нибудь с ног. Но в этом же шкафу я заметила шелковое темно-синее платье, которое сразу же пришлось мне по душе. Ирма возмущалась, что слишком простое, но скорее так, для вида, а когда платье оказалось на мне, призналась, что выглядит оно шикарно. На себя же Ирма потратила всего полчаса, но когда она закончила, была выше всех похвал - ярко-красное платье, темные, почти черные волосы, собранные в пучок, и шикарный макияж, хоть и немного яркий, на мой взгляд. Но она заявила, что вечерний макияж и должен быть самую малость «ярковат». Она вытащила из ящика стола комплект - сережки-капельки и тонкое ожерелье из сверкающих бриллиантов. Я упиралась, говорила, что не надену, но она настаивала, а еще очень удивилась, узнав, что из тех мест, откуда я "родом", это стоит целое состояние.

– Ну, не знаю, милая. Я ничего не понимаю в камнях и их стоимости. Мне их Граф подарил. А мне и без того есть, что надеть. Он часто мне дарит подобные безделушки.

Я посмотрела на "безделушки", которые переливались разноцветной радугой, и улыбнулась - странно, но сейчас и для меня россыпь бриллиантов, тяжело лежавших в моей руке, не имела особой ценности. Уже перед самым выходом она вручила мне перчатки - короткие, из черного шелка.

– Зачем они мне?

– Так нужно. Это традиция.

– Перчатки?

– Да. Все будут в перчатках.

– А в чем смысл этой традиции?

– В традициях нет смысла, есть подтекст. Идея.

– Так... И в чем идея перчаток?

– Видишь ли, бал - всегда флирт, и под каким бы величественным предлогом он ни проводился, это всегда праздник влюбленности и ухаживаний. А что главное во флирте?

– Не знаю...

– Во флирте главное, при всей кажущейся близости, оставаться немножечко недоступной. Быть совсем рядом, но всегда чуть-чуть не дотягиваться. Быть на расстоянии вытянутой руки, но не прикасаться. Быть настолько близко, насколько ты никогда бы не позволила себе в обыденной жизни, но при этом всегда, подчеркиваю - ВСЕГДА - в полушаге друг от друга. Это важно. Это и делает флирт - флиртом. Понимаешь?

– Да. То есть, нет. Не понимаю, при чем здесь перчатки?

Ирма вздохнула и покачала головой.

– Дитя... Перчатки - это то, что всегда отделяет твою руку от руки партнера. Даже в танце, который сам по себе означает близость, между вами всегда есть что-то, что не дает вам быть слишком близко друг к другу. Эта и есть та самая грань. Дымовая завеса, без которой пропадает волшебство. Это препятствие, пусть тонкое и весьма символичное, к тому, чтобы вы стали СЛИШКОМ близки.

Она многозначительно посмотрела на меня и поняла, что ничего из того, что она сказала, до меня не дошло.

– Просто надень их.
– сказала она и вручила мне тонкие лоскутки. Я надела и их и удивилась, до чего же красиво они сели. Руки мои словно покрыли черным шелком, который стал моей второй кожей, и это было непривычно. Я даже не знала, что простые перчатки могут так изменить облик. Даже не облик, нет. Ощущение. Странным образом, хоть не поняла и половины из того, что Ирма объясняла мне про загадочность и дымовую завесу, я почувствовала себя женственной и таинственной.

Мы вышли из комнаты в десять часов вечера. За окнами уже стемнело, и луна подглядывала за нами свозь неплотно прикрытые портьеры.

– А куда мы идем?

– Бал будет в столовой.

– А как гости приехали? Я имею в виду Фоса. Неужели никто не побоялся?

– Все приехали днем. Ты, сидя в своей библиотеке, все пропустила. Меньше читать надо. Днем Фос не приходит, ты же знаешь. Ну, а в замок Фосу не пробраться.

– Ну как сказать. Ведь совсем недавно ему это почти удалось.

– Ну не удалось же. Кроме того, странно, но именно в ночь бала Фос и сам старается сторониться замка. Ходит в округе, но близко не подходит.

Так за разговорами мы не заметили, как пришли. Уже подходя к столовой, я услышала гомон сотен голосов - их смех, их радость, их удивление, смешанное с восторгом. Я никак не ожидала, что людей будет так много. Честно говоря, уже в этот момент у меня возникло постыдное желание развернуться и отправиться прямиком в библиотеку, на ходу снимая с себя украшения и перчатки, но твердая рука Ирмы, лежащая на моей спине, отрезала мне путь к отступлению.

– Не бойся.
– шепнула она мне на ухо.

– Я и не боюсь.

– Трясешься, как заяц.
– тихонько хихикнула она.

– Мне все это кажется совершенно дурацкой затеей. Зря я пришла сюда.

– Абсолютно не зря, мой трусливый зайчик. Я скажу тебе больше - эту ночь ты не забудешь никогда. Я смело, со всей ответственностью, берусь утверждать, что больше нигде и никогда ты не увидишь того, что будет сегодня.
– я лишь кинула на нее взгляд, полный немого крика о помощи, но увидев в ее глазах знакомый огонек, который уже видела однажды, когда мы подняли на уши целую кухню, поняла, что она уже ни за что не даст мне уйти.

Не успели мы вплотную приблизиться к дверям, как они распахнулись, впуская нас в полумрак крошечного коридора, служащего вестибюлем столовой. Сейчас здесь было темно из-за окружавших нас портьер, которыми было завешано и без того крошечное пространство, создавая ощущение маленькой пещеры, в темноте которой горели две свечи. Они были в руках встречающего нас человека в маске с огромным длинным носом и закрывающей лишь верхнюю половину лица.

– Добрый вечер.
– произнес он тихо, и губы его растянулись в широкой улыбке.
– Сердечно рады видеть Вас. Пожалуйста, внесите свой вклад.