Ты услышишь мой голос
Шрифт:
— Не знаю. Когда я писал, мне казалось, что это именно реквием.
— Неужели ты так её любишь?.. Это, действительно, шедевр.
— Люблю… Любил…
— Ты знаешь, когда я поняла, что потеряла тебя навсегда… то у меня такие же чувства возникали. И сейчас возникают… — голос у девушки дрогнул, — Эта мелодия… она и моя тоже…
— Кристина, не надо…
— Что — не надо?
— Ничего не надо… Всё прошло… У всех прошло.
— Послушай, Морозов!.. Не прошло!.. Представляешь? — с надрывом воскликнула Кристина, — Да, я ошиблась… Но я столько страдала, что искупила свою вину перед тобой… А теперь ты должен прочувствовать всё, что прочувствовала я за эти полгода!
— Кристина… Зачем?
— Что — Кристина? — девушка смотрела на него глазами, полными слёз, — Кристина до сих пор любит тебя, это — чтобы ты знал!.. И Кристине больно… Может, ещё больнее, чем тебе сейчас!
— А… ты почему здесь? Ты что, всю ночь тут была? — он как будто только сейчас понял, что она никуда не уходила.
— Да! Была!.. Сидела за стеной. Потому что люблю тебя… А ты как каменный… Сочиняешь музыку, и не видишь ничего! Твоей Наташи больше нет с тобой, нет, понимаешь?! Её — нет! Она с другим сейчас… А я — здесь… Я — есть! А ты не видишь!.. — сквозь слёзы выкрикивала девушка, — Ну, что мне сделать, чтобы до тебя дошло?! В окно выпрыгнуть?! Я даже на это готова… А ты…
Вскочив со стула, Кристина кинулась к дверям, но Дима успел схватить её за руку…
— Постой… — задержав её, встал, подошёл близко…
— Какой же ты дурак, Морозов… — глядя в глаза, Кристина положила руки ему на плечи. Обняв её за талию, он как будто о чём-то раздумывал с минуту. Потом, сильнее сомкнув руки, припал к её губам…
Глава 11
— А что ты сказал Анне Сергеевне? — Кристина, с бокалом шампанского в руках, присела рядом с Димой на большой, мягкий диван в своей гостиной, — Она ведь должна была спросить, где ты будешь встречать Новый Год?
— Сказал, как есть, что буду у тебя.
— И?..
— Что — и?
— Что она ответила? — девушка явно хотела услышать определённый ответ на свой вопрос.
— Она передала тебе привет, — одной рукой обняв её за плечи, другой он тоже взял шампанское, — и просила поздравить с Новым Годом.
— И всё? — Кристина игриво улыбнулась, — И больше ничего не сказала?
— А что ты хотела бы услышать?
— Ну-у-у… Она рада, что мы… что мы снова вместе?
— Наверное, — Дима поставил бокал, — слушай, ты не помнишь, на какое число мы назначили прослушивание той девочки… Катя… Катя… Свиридова, кажется?
— На девятое, — Кристина подозрительно прищурилась, — а что?
— Да я забыл просто, мне нужно все дни расписать, чтобы всё успеть до гастролей.
— А почему ты вспомнил именно про эту Катю?
— Потому, что она последняя в списке, чтобы днём не ошибиться.
— Смотри, Морозов, — девушка недовольно поджала пухлые губы, — если что, я не прощу.
— Ты о чём? — он удивлённо посмотрел на неё, — Что не простишь?
— Ни одной девочки больше не прощу, — она говорила шутливым тоном, но в её голосе сквозили едва уловимые нотки ревности, — не забывай.
— Не говори глупости, — он рассмеялся, крепче прижимая её за плечи, — какие у меня девочки? И вообще… Через час Новый Год, а у нас такие разговоры.
— Это я на всякий случай, — Кристина, так и не отпив из бокала, тоже поставила его на стол, — и ты прав… Нужно успеть накрыть на стол… И…
— И — что? — он многозначительно посмотрел в её серые глаза, — Что мы ещё должны успеть?
— А ты не догадываешься? — Кристина обняла его и потянулась к губам, но в последний момент отстранилась, — Подожди… Давай, зажжём свечи?
— Давай, — Дима оглянулся вокруг, — а где они?
— Там, на кухне, — она сказал это шёпотом, прижимаясь к нему, — а спички где-то в шкафу. Принесёшь?
— Принесу, — он поцеловал её и, поднявшись, прошёл на кухню.
Едва сдерживая счастливую улыбку, Кристина откинулась на спинку дивана. Её мечта наконец-то сбылась! Они с Димой снова вместе. Правда, он кажется ей не таким, каким был раньше, в его отношении к ней едва улавливается какое-то непонятное сомнение… Но это — временно, она понимает, что его разрыв с этой Наташей наложил отпечаток. Придавать этому значения не стоит, ведь он — рядом с ней, Кристиной… А Наташа потеряна для него безвозвратно. У них всё теперь сложится! Сегодня они вместе встречают Новый Год — что может быть лучше?
Думая так, Кристина услышала сигнал мобильного телефона, лежащего на столике — кто-то звонил Диме. Она посмотрела на высветившийся номер: это был номер не из его базы данных. Уверенная в том, что кто-то хочет поздравить его с Новым Годом, она, с довольной улыбкой на лице, нажала на кнопку:
— Да! Добрый вечер и с Новым Годом! Алло!.. Говорите!.. Дима сейчас подойдёт! Алло!..
— Кто-то звонил? — Дима, с подсвечником в руках, вошёл в гостиную, — Я так и не нашёл у тебя спички.
— Да, звонили, но ничего не сказали, — Кристина весело смотрела на него, — наверное, какая-нибудь поклонница?
— Ну, не знаю, — он улыбнулся в ответ, — надо было допросить с пристрастием.
— Там не ответили.
— Ну, тогда и допрашивать некого.
— Почему — некого? — положив ему руки на плечи, Кристина пристально посмотрела в глаза Диме, — Вот тебя сейчас и допросим… Да поставь ты этот подсвечник…
Уже под утро, как будто о чём-то вспомнив, она встала с постели. Дима спал и, прихватив его телефон, Кристина вышла из спальни. Нашла входящий звонок и сделала ответный вызов…
— Да… — женский голос был робким и показался ей знакомым.
— Вот что, девушка, — Кристина говорила напористо, чеканя слова, — я думаю, что вы ошиблись номером, когда звонили этому абоненту. Но, на всякий случай, предупреждаю… Этот абонент для вас всегда будет занят. Не ошибайтесь больше.
Нажав на «отбой», стёрла этот номер из входящих и исходящих звонков и, довольно улыбаясь, вернулась в спальню…
— Натали, что случилось?! — Петрович, уже изрядно подвыпивший, участливо смотрел на Наташу, которая, придя с небольшого перерыва, устраивалась за синтезатором.
— Всё хорошо, — едва слышно ответила она ему, низко опустив голову, но предательские слёзы упрямо капали на чёрно-белые клавиши.
— Ну что-о-о-о такое? — приобняв её за плечи, он говорил с ней, как с маленьким ребёнком, — Тебя кто-о обидел?
— Нет, всё хорошо, — она повторяла, как заученную фразу, — всё хорошо… Вы идите, Женька ждёт. Я пока одна поработаю.
— Ну, смотри, — он с участием сжал её ладошку, — если что, мы тут, за стеной…
— Угу, — кивнула она и, вытерев слёзы, поправила микрофон. Новогодняя ночь была в разгаре: посетители веселились не на шутку, ёлка в углу обеденного зала сверкала огнями, развешанные по стенам гирлянды переливались всеми цветами радуги, бенгальские свечи, несмотря на запрет администрации, вспыхивали то тут, то там, отражаясь в зеркальной стене.