Ты - задира
Шрифт:
— Живу, как видишь. Только надоело мне всё это: палата, запах, врачи, перевязки.
— А мне нравится! — я удивлённо посмотрела на неё. — Не хочу домой, здесь так тихо, а там вечно кричащая матушка, и старший брат, который нас разнимает.
— Не поняла сейчас, если честно, — я неловко улыбнулась и посмотрела в пол, дабы скрыть смущение.
— Я и мама… — слёзы появились на глазах у Риты, — мы часто дерёмся. У меня… — она вздохнула, — у меня проблемы с агрессией. Я постоянно лезу драться, особенно, когда выпью. Я даже короткую стрижку сделала, чтобы в драке меня за волосы не хватали. Прости, я тебя, наверное, пугаю.
— Нет, что ты, просто я никогда не встречала таких людей.
Маргарита смахивала на мальчика. Короткая стрижка, накаченное тело, строгие и даже мужские черты лица, немного кривой нос, будто его сломали в очередной драке. Но те слёзы так и говорили мне, что в душе она ранимая и мягкая.
— Мама никогда не говорила, как любит меня. Никогда. Ой, слушай, тебе, наверное, лень всё это слушать, тем более от какой-то чужой девчонки. Я пойду.
— Нет-нет, стой, — я схватила её за руку, — мне интересно. То есть я не это хотела сказать, я просто… Боже.
— Не парься, всё нормально. Меня даже из школы выгнали за драки, — усмехнулась она. — И теперь я снова новенькая. Надоело быть новенькой! Надоело! Постоянно в первые дни знакомства с классом кто-нибудь да выведет меня из себя, и мне обязательно захочется украсить ей, а чаще всего ему лицо! Ой, аж живот схватило.
— Да… в первый день нашего знакомства ты показалось мне тихой девочкой.
— Ты много обо мне не знаешь, Карин. У меня и подруг-то нет, потому что все они испугались моей прямолинейности. А я и никого не держу. Не нравится — пусть катится!
— А я не могу так. Мне тяжело без друзей, хотя я и понимаю, что вокруг все почти одни предатели, да завистники. И сейчас я чувствую себя одиноко.
— Слушай, пойду я в палату, а-то живот раскалывается. Давай, до скорого.
— Конечно, пока.
Я никогда не понимала, как можно поднимать руку на родных людей, а тем более на мать. Я лучше промолчу, да уйду, чем буду кричать и разбираться, а ещё и драться с ней. Я не собиралась осуждать Риту, потому что мне этого очень не хотелось; она мне понравилась, и я бы хотела ещё раз с ней поговорить.
Я сделала глоток воды и вернулась в палату. Села на кровать и совсем не хотела идти на завтрак. Опять уснула. А что оставалось в больнице, как не спать? Вдруг услышала голос позади.
— Твоё стихотворение запомнилось мне. Я даже начал учить его.
Резко повернулась, но никого нет. У меня совсем тогда шарики за ролики заехали, я чувствовала, потому что тот голос напоминал мне голос Смирнова. Или я так сильно хотела общения с кем-либо, или мне просто что-то не то сделали в голове, что я начала сходить с ума, но это никак не могло быть тем, что Паша быстро вбежал в палату, сказал это и выбежал. Глупость какая! Чёрт, я так хотела плакать от одиночества, так хотела! Что была готова уже поговорить неважно с кем, о чём и как!
Но я просто ждала выписки. Молча и тихо. Сегодня ко мне никто не пришёл, потому что маме уже не разрешали отпрашиваться с работы, ну, а Дмитрий, думаю, просто был занят. Всё. Я погибала. Погибала от одиночества и белых стен.
Комментарий к Глава 3
Простите меня за то, что долго не было главы. Честно сказать: лень одолела меня, да :D Теперь я возвращаюсь к прежнему графику работы с:
Как вам новый образ Риты-пацанки? :з
========== Глава 4 ==========
Я даже не думала, что время пролетит так быстро. Вот я уже лежала в домашней и уютной постели, а мама заходила ко мне каждые пять минут, проверяя, всё ли у меня в порядке. Мне это немного надоедало, но я не показывала, а просто мило улыбалась, чтобы не обидеть маму. Нет, не то, что бы она меня раздражала, её я была готова видеть постоянно, не прерываясь, а раздражало именно то, что она то уйдёт, то зайдёт, и тот вечный стук двери, казалось, никогда не прекратился бы. Я заснула. На часах был полдень.
Не знала я, сколько проспала, но проснулась от звонка в дверь. Мама что-то сказала по пути к двери, но я не расслышала, и вдруг я поняла, что к нам пришёл Дима. Мне хотелось вскочить с кровати и побежать встречать его, но никак не получалось именно вскочить. Я лишь аккуратно и медленно откинула одеяло, встала на пол и поплелась в коридор. Мама и Дима уже успели пройти на кухню, а я как раз за ними.
Как я была рада приходу этого замечательного мужчины, который поднимает мне вечно настроение, а он и мама — это что-то невероятное, когда они вместе. Нам очень весело, и даже складывалось ощущение, что мы семья, что Дима мой отец. Да я была бы даже рада тому, что он посещает нас, что он не забывает про нас!
— Так, — вдруг глаза мамы округлились, когда она увидела меня на пороге в кухню, — это что такое? Кто тебе разрешил вставать?
— Наташа, успокойся, вечно лежать в постели тоже нельзя. Карина, садись, сейчас обедать будем. И, да, ты не против того, если сюда сейчас придёт Паша?
Паша? Сюда? Ко мне? Зачем? А вдруг он снова будет за старое? А вдруг он не захочет мне и слова сказать? А если он вообще не захочет прийти? Или Дмитрий уже успел его предупредить? Эти вопросы смешались у меня в голове, поэтому я никак не могла даже разобрать один из них и найти ответ. Конечно, я безусловно хотела, чтобы он пришёл к нам, но переживала, как Паша сам к этому отнесётся. Я была уверена, что он просто сделал отцу одолжение прийти сюда, хотя и не хотелось мне в это верить. Я пожелала бы верить, что он с радостью отнёсся к предложению Димы.
— Я, знаете, я, ну, вроде бы я не против, а…
— Отлично! — закричал Дмитрий. — Он будет через минут пять, вещи со школы бросит и приедет.
— Ладно, — ответила я, и хотела было уйти к себе, но мама остановила меня.
— Куда это ты? А обедать? Я сейчас супа налью, а тебе есть надо, сил набираться!
— Мама, не волнуйся, у меня хватит сил, чтобы прожить ещё как минимум лет пятьдесят, — сказала я, даже не подумав, какую реакцию это вызовет у моей матери.
— Ты что, совсем сошла с ума говорить такие вещи? Садись за стол и ешь.
Тогда я поняла, что эти слова её обидели. Есть мне совсем не хотелось, но я уважала её старания, поэтому и села за стол, как она и сказала. Только я подвинула к себе тарелку рисового супа, как в дверь позвонили. А нервишки давай шалить! Я не могла усидеть на том стуле, мне хотелось спрыгнуть с него, ходить туда-сюда по комнате, но я держала себя в руках. Не хотелось мне показывать, как я нервничаю. Мама открыла ему дверь, на этот раз он был вежлив. Я смотрела в сторону коридора, ожидая, когда же Смирнов всё-таки войдёт, но как только увидела его, сразу отвернулась в сторону тарелки с супом.