Ты - задира
Шрифт:
— Чем обязана? — спросила я, облокачиваясь на тумбочку.
— Не думала, что ты всё-таки придёшь. А что у тебя с этой, новенькой? А-то вы везде вместе, как и сейчас, например.
— Что ты имеешь в виду? Мы просто дружим.
— А имею в виду то, что мы с Тамарой ходим парой, да? Я права?
— Ой, хватит нести эту чушь.
Я не выдержала и снова пошла на то место, где и сидела. Было, и правда, очень душно, да так, что я выпили тот стакан залпом. Через пять минут подошла Рита, или не Рита? А что это были за парни? Кто это?
— Ну, что, как тебе? — спросил один из них, присаживаясь рядом.
— Что? — это «что» далось мне почему-то тяжело.
— Вижу, хорошо пошло. Парни, вы спросили, второй этаж свободен?
— Да, — хором ответило трое парней.
Тот, что сидел рядом вдруг подхватил меня на руки. Что тогда происходило, я смутно понимала, но точно знала, что ничего хорошего. Перед глазами всё расплылось, речь тормозилась, а я не могла даже выпустить себя из рук этот незнакомца, который поднимался со мной на второй этаж. Нет, только не это.
Комментарий к Глава 2
Жду ваших комментариев по поводу событий с:
========== Глава 3 ==========
Я открыла глаза. В голове вмиг невыносимо что-то стрельнуло. Что-то начало бросать меня туда-сюда, плющить о стены, бить лбом о пол, ну, так мне казалось, сама-то я почему-то в постели лежала, тепло укутанная одеялом. До меня начало доходить всё, что происходило вчера: Вася, какие-то парни, сок-не сок, лестница, темнота.
Я искренне надеялась, что они просто оставили меня в покое в этой самой кровати. Заглянув под одеяло и увидев, что я в одном нижнем белье, да ещё и лямка бюстгальтера как-то перевёрнута, как будто мне его впопыхах надевали, да с большой скоростью. Нет-нет, только бы не это, пожалуйста. Хотя вообще о чём я? Может, ничего и не было, а я навыдумывала. Но, только глянув в сторону и поняв, что я лежу не одна, а с каким-то парнем, меня начало трясти, как будто я еду в плохом автобусе по плохой дороге.
Лицо скривилось от неприязни к самой себе: что я могла натворить? Я откинула одеяло, медленно встала с кровати, даже не заметив, как наступила на чьё-то тело, лежащее перед самой постелью. Ещё один спящий парень.
Неприятное ощущение подбежало к желудку и выстрелило. Я чувствовала, как его пуля перемещается по организму и вдруг забегает в голову и почему-то снова выстреливает.
До меня дошло осознание того, что произошло. Какое же это было унижение, чёрт подери, а! Я была в ярости на саму себя, что позволила сделать такое с собой, а особенно потому, что не послушалась маму, которая как чувствовала, что не нужно мне было идти туда. Не нужно! А я пошла! Пошла! И вот, чем это закончилось.
Я не плакала, уж не знала, почему так. Мне хотелось заплакать, побиться в истерике, но не получалось вызвать у себя и слезинки. Не осталось у меня к себе больше жалости, я уже сама себя начинала презирать за то, что вообще есть на этом свете. Всегда: куда я не пойду, с кем не познакомлюсь - вечно это выходит мне боком. Сколько я буду так жить?
Всё и так началось со Смирнова, который заставил меня поверить всеми своими выходками, что я какая-то не такая, что во мне куча недостатков и что большинство меня и за нормальную-то и не считали. Только недавно всё это стало улаживаться, как на тебе!
А почему парня только два? Их вроде было четверо, если я не ошибалась. А в прочем, лучше бы я ошибалась.
Мне было стыдно за себя, за то, какая я непутёвая и ужасная дочь, и вообще, испорченная девушка. Я нашла своё платье, аккуратно сложенное на стуле, оделась и хотела из комнаты, желая поскорее ничего этого не видеть. Она оказалась почему-то заперта. И где же я искала ключи? К счастью, на глаза мне попалась мужская рубаха и, засунув руку в карман и пошарив там, я нашла ключ.
Спустившись по лестнице на первый этаж, я запечатлела картину маслом: человек шесть валялись сонные, где не попадя: на диване три человека спали друг на друге, за столиком лежало два парня, а девушка спала, обхватив маленькую ножку этого стола, на котором стояло море грязных тарелок и пустых стаканов. Прошагав на кухню, переступив через подростков, я увидела Риту, спящую за столом. Я подошла к ней и потрясла за локоть, она тут же очнулась.
— Карина?.. ты чего… что тебе надо, отвали, — развязно начала она. — О, чёрт, Карина!
— Да что случилась-то? Почему я просыпаюсь в постели с каким-то парнем почти голая, а сейчас ты так мне удивляешься, как будто знала, что меня должны убить, но я осталась жива?
— Я смутно помню, что было, правда. Я зашла в дом, тебя не было, — Рита начала пить воду из бутылки, стоящей у стола, — а потом вдруг расслабилась, напилась, как какой-то алкоголик, решила подняться наверх. Открыла дверь, а там…
— Что там? Говори! Говори, что ты увидела!
— Ты лежала среди четверых парней, я замерла, и вдруг меня заметили, вышвырнули из комнаты, и всё. Я не помню, что было дальше! Если я увижу этих гадов, да я им такого задам! Такого! Понимаешь, мне тогда всё до балды, кто там и что там, Карин. Но сейчас я жалею, что не вмешалась, а попросту уснула где-то там, на лестнице, а потом оказалась как-то здесь. Прости меня! Как ты себя чувствуешь? Болит что-нибудь? Тебе нужно к доктору.
— У меня ничего не болит, в том-то и дело. Ничего. Абсолютно. Ты только скажи, где Паша?
— Он ещё тогда ушёл, в самом начале. Сказал, что ему скучно среди тех, кто не умеет грамотно пить дорогие напитки. Подумаешь, блин, привереда какой. Не был бы он моим мужем, да и тебе не желаю. Представляю, какая истерика будет у класснухи, что в школу не пришли человек десять. Ну, а может, кто-то и пошёл. Слушай, а время-то сколько, возможно, я ещё успею. Ой, так семь утра, могу и опоздать на первый урок.
— Вот зараза, я же обещала маме быть не позже двенадцати. Я труп. Ты идёшь домой?
— Да.
Мы быстро собрались и вышли из этого ужасного дома. Я открыла, наконец, свой телефон и увидела тридцать три пропущенных вызовов от мамы, один от Смирнова, и десять сообщений опять от мамы по типу: «Ты там как?» или «Почему не отвечаешь?». То, что мне звонил Паша в районе двенадцати, меня очень удивило. Неужели, он в это время был уже дома?
— Мне нужно лечиться, — сказала Рита. — Я конченая алкоголичка. Не хочу быть такой, как моя мать. Я не удержалась, но, слава богу, никому не причинила вреда. Перебрала, видимо, вот и уснула.
— Я не представляю, что там происходило… но я не чувствую, что происходило именно то, о чём я думаю. Я всё ощущаю себя такой, какая я и была.
— Так это же хорошо. Ты запомнила тех парней? Мы можем обратиться в полицию.
— Никакой полиции не надо, сама разберусь. Вдруг всё уляжется. Да и бесполезно это. Тем более я их совсем не помню. Совсем.
— М-да… и что же нам делать? Остаётся только почесать личико этим красавцам!
— Ну, тише, тише, у меня и так голова невыносимо болит. Кстати, об этом. Я же ничего и не пила, кроме сока. Меня позвала к себе Василиса, начала нести какой-то бред, а потом я снова вернулась на место, выпила сок, в который, видимо, что-то уже было подмешано, а потом эти парни, а потом, боже…