Чтение онлайн

— Я хочу раздеть вас. Я могу снять с вас это, Кейси?

Он нагнулся и поцеловал ее, проводя твердым кончиком языка сначала по мочке уха, а затем вниз по шее. Нащупал языком точку, где пульс толчками приподнимал плоть под кожей, и прижал это место зубами.

— Да, черт возьми, да. Снимите ее.

Именно тогда она поняла, что это сон. Даже во сне Кейси знала, что должно появиться чувство вины. Однако его не было. Она просто наблюдала за своими ощущениями, чувствуя ритмичные энергичные толчки, вызывающие сокращения под кожей, когда он расстегивал пуговички одну за другой.

— Ваши пальцы не смогут сделать это, — прошептала она. — Они слишком большие.

Он не ответил ей, просто наклонился и поцеловал ее губы, а затем протолкнул свой язык в ее рот, так, что она застонала. Теперь его ладони лежали на ее юбке, подтягивая ее к талии.

Ее оголившиеся бедра ощутили порыв прохладного воздуха, и кожа над краем чулок покрылась мелкими пупырышками. Ник вытянул палец под отверстие для ноги в ее трусиках, разрывая резинку и добираясь до набухшего клитора. Она оказалась настолько чувствительной — даже сверхчувствительной, — что одного маленького удара кончиком его пальца было достаточно, чтобы она схватилась за его бицепсы, и только благодаря этому не упала.

— Вы действительно думаете, что они слишком большие? — прошептал Ник ей в волосы. Он просунул один палец в ее промежность и, когда она вцепилась в его руки, добавил и второй. — Вы действительно по-настоящему влажны, Кейси.

Еще один поцелуй пухлыми и невозможно мягкими губами. Его запах заполнил ее голову, и она сделала глубокий вздох, чтобы дольше ощущать его. Она прижала тело к его руке, уже не заботясь о том, что это выглядит чересчур страстно, а просто желая добиться более тесного контакта. Больше трения, проникновения и удовольствия.

Она провела пальцами поглубже и задалась вопросом — не причиняет ли она ему боль. Но следующий поцелуй показал — нет. Она вообще не причинила ему боли.

Ник сжал ее грудь в белой блузке, в крошечном шелковом лифчике. Его зубы крепко сжали твердый узелок, и он надавил сильнее, чтобы вызвать сильную дрожь удовольствия внутри ее тела, уходящую вниз и сосредоточивающуюся в матке. Его большой палец все время нажимал на ее клитор, и она терлась о него, чтобы получить большее.

— Кончи для меня, Кейси. Я чувствую, что ты этого хочешь. Ты так чертовски сильно сжимаешь мои пальцы.

Он снова сдавил ее, согнул свои широкие пальцы, нажал на ее клитор, и она почувствовала, как он раздувается, выступая наружу. Напор — бросок — вздымающаяся волна — блаженство — настолько сладкое и такое долго ожидаемое, что вызвало у нее почти рыдание.

Ее влагалище сжалось вокруг его пальцев, исследующих ее изнутри, и он поцеловал ее, мягко, проглатывая каждый крик, который вырывался у нее, когда она кончала.

Ее пальцы дрожали, нервы были как струны из-за новизны происходящего и оттого, что у нее появился новый любовник. Кейси попыталась расстегнуть пуговицу на его летних брюках из хлопчатобумажного твила. Он засмеялся, вылизывая горячую дорожку от мочки ее уха до ключицы, — это было очень яркое ощущение. Кейси боялась, что ее соски могут просто разорвать блузку, и эта мысль заставила ее тихо рассмеяться.

— Мужчина не хочет слышать смех женщины, когда он с ней в первый раз, — сказал он, глядя на нее сверху вниз. Эти голубые глаза знали, что способны пробить ее привычную броню самообладания и проникнуть прямо ей в душу.

— Я смеялась над собой, а не над вами, — сказала она и просунула все еще дрожащую руку в его штаны. Он был невероятно теплым по сравнению с ее пальцами. Его кожа была одновременно мягкой и довольно твердой. Его пенису, горячему и тяжелому, было явно хорошо в ее ладони, и она обхватила его пальцами.

— Не буду лгать. Это потрясающее ощущение. Я представлял, как вы трогаете меня, с той самой минуты, как вошел сюда.

Кейси поднялась на цыпочки и целовала Ника, гладя ладонью вверх и вниз по всей длине его эрегированного члена до тех пор, пока он не пробормотал ей в ухо: «Сильнее». Она усилила зажим и почувствовала в груди взрыв счастья, когда он инстинктивно толкнулся ей в руку.

Не позволяя себе задуматься — неважно, сон это или нет, — она стянула с него штаны, прижалась задницей к стене и сказала:

— Поторопись, пока я не начала заводить себя сама. Это я всегда умела делать.

Он прижал к ней свой пенис. Сначала просто к ее расселине, толкаясь в ее внутренние губы своим эрегированным членом. Затем он начал тереть ее клитор. Кейси обняла его, ее ладони бесцельно блуждали по верхней части его торса.

Она втиснула руку между ним и собой, наслаждаясь давлением их тел, прижатых живот к животу. Прошло много времени с тех пор, как она последний раз была так сильно прижата к мужчине, много времени с тех пор, как она брала в свои руки член мужчины и подталкивала его в собственное отверстие.

— Подожди, — он крепко схватил ее, а затем накрыл ее рот своим. — Я хочу целовать тебя, когда буду входить.

Она сказала бы что-то умное или ласковое, но то, что он только что произнес, заставило ее замолчать, и ее глаза наполнились слезами, так что она закрыла их и поцеловала его в ответ, чувствуя, как он медленно входит в нее, скользя легко, вытягивая и подталкивая ее, и…

Звонок, звонок, звонок!

— Нет, — простонала она.

Звонок, звонок, звонок!

— О, черт, нет, — вздохнула Кейси и захлопала по прикроватному столику в поисках сотового телефона. Она знала, где ее больше нет — с Ником.

На самом деле она лежала на своем диване в толстых носках и одной из больших трикотажных рубашек Брендана, а ее лодыжка была обмотана футболкой с длинными рукавами.

— Грязные сны, — сказала она себе, наконец нащупав телефон кончиками пальцев. — Грязные, грязные сны.

Именно так, потому что в ее промежности весело пульсировали кровь и возбуждение. Она приоткрыла один глаз и нажала на кнопку приема.

— Привет!

— Ты спишь? — Это была Энни, бодрая и энергичная. Вероятно, она находилась там, где много подсоленного мокко с карамелью и льдом — она очень его любила.

— Я дремала. Приняла душ, легла, чтобы посмотреть шоу, на котором занимались вырезанием из тыквы, и, как мне кажется, заснула.

— С тобой все в порядке? У тебя такой странный голос…

— У меня все прекрасно, — ответила Кейси, но поняла, что ее голос ломается от сильных эмоций.

Черт.

— Эй, подруга, что случилось? Ты уверена, что с тобой все в порядке?

Кейси с ужасом услышала собственное рыдание. И еще больше была поражена, когда поняла, что начинает плакать всерьез.