Чтение онлайн

И затем привратник хана вошёл к Ибрахиму, и увидел, что он плачет, и сел, и принялся растирать ему ноги, и поцеловал их, и сказал: "О господин мой, почему ты плачешь, да не заставит тебя Аллах плакать?" - "О дядюшка, - сказал Ибрахим, - я хочу выпить с тобой сегодня вечером".
– "Слушаю и повинуюсь!" - сказал привратник. И тогда Ибрахим вынул пять динаров и сказал: "Купи нам на это плодов и вина". А затем он дал привратнику ещё пять динаров и сказал: "Купи нам на это сухих плодов и цветов и пять жирных кур и принеси мне лютню".

И привратник вышел, и купил то, что он приказал, и сказал своей жене: "Приготовь кушанье и процеди нам вино, и пусть то, что ты сделаешь, будет отлично, так как этот юноша покрыл нас благодеяниями". И жена привратника сделала то, что он ей велел, хорошо до предела желаний, и привратник взял кушанье и пошёл к Ибрахиму, сыну султана..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Когда же настала девятьсот пятьдесят пятая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что привратник, когда его жена приготовила кушанье и вино, взял его и вошёл к сыну султана, и они стали есть, пить и веселиться. И юноша заплакал и произнёс такие два стиха:

"О друг мой, когда бы жизнь я отдал в усердии, И деньги, и весь наш мир, со всем, что найдёшь в нем, Блаженства сады, и рай со всей его прелестью за близости час - её купило бы сердце".

И затем он вскрикнул великим криком и упал, покрытый беспамятством, и привратник хана вздохнул, и когда юноша очнулся, привратник хана спросил его: "О господин мой, отчего ты плачешь и кто та, на кого ты указываешь этими стихами? Она будет только прахом под твоими ногами". И юноша встал и, вынув узел с лучшими женскими платьями, сказал привратнику: "Возьми это для твоего гарема". И привратник взял от него узел и отдал его своей жене, и она пришла с ним, и вошла к юноше, и вдруг видит - он плачет. И она сказала ему: "Ты растерзал нам печень! Осведоми нас, какую красавицу ты хочешь, и она будет у тебя только невольницей".
– "О тётушка, - сказал Ибрахим, - знай, что я сын аль-Хасыба, повелителя Египта, и я привязался к Джамиле, дочери аль-Лейса, начальника". И жена привратника хана воскликнула: "Аллах, Аллах, о брат мой, оставь эти слова, чтобы не услыхал нас никто и мы бы не погибли! Нет на лице земли более жестокосердой, чем она, и никто не может назвать при ней имени мужчины, ибо у неё нет охоты до мужчин. О дитя моё, обратись от неё к другой".

И Ибрахим, услышав его слова, заплакал сильным плачем, и привратник хана сказал ему: "Нет у меня ничего, кроме моей души, и я подвергну её опасности из любви к тебе и придумаю для тебя дело, в котором будет достижение желаемого".

И потом привратник с женой вышли от него, и когда наступило утро, Ибрахим сходил в баню и надел одежду из платьев царей, и вдруг привратник хана со своей женой пришли к нему и сказали: "О господин, знай, что здесь есть один человек, портной, горбатый, и он - портной госпожи Джамилы. Пойди к нему и расскажи ему о своём состоянии, - может быть, он укажет тебе на то, в чем будет достижение твоих желаний".

И юноша поднялся и отправился в лавку горбатого портного, и, войдя к нему, он увидел у него десять невольников, подобных лунам, и приветствовал их, и они возвратили ему приветствие, и обрадовались ему, и посадили его, смущённые его прелестями и красотой.

И когда горбун увидел Ибрахима, его разум был ошеломлён красотой его облика, и юноша сказал ему: "Хочу, чтобы ты зашил мне карман".

И портной подошёл и, взяв шёлковую нитку, зашил карман (а юноша порвал карман нарочно). И когда портной зашил его, Ибрахим вынул пять динаров, отдал их портному я ушёл в своё помещение. И портной сказал себе: "Что я сделал этому юноше, чтобы он дал мне эти пять динаров?" И он провёл ночь, раздумывая о его красоте и щедрости. А когда наступило утро, Ибрахим направился в лавку горбатого портного и, войдя к нему, приветствовал его, и портной возвратил ему приветствие, и оказал ему уважение, и воскликнул: "Добро пожаловать!" И юноша сел и сказал горбуну: "О дядюшка, зашей мне карман - он ещё раз распоролся". И портной ответил: "О дитя моё, на голове и на глазах", и подошёл, и зашил карман. И Ибрахим дал ему десять динаров, и горбун взял их, и он был ошеломлён его красотой и щедростью.

"Клянусь Аллахом, о юноша, - сказал он, - этому твоему поступку должна быть причина; и дело тут не в том, чтобы зашить карман. Расскажи же мне истину о твоём деле, и если ты влюбился в кого-нибудь из этих мальчиков, то, клянусь Аллахом, среди них нет ни одного лучше, чем ты. Все они - прах под твоими ногами, и вот они, твои рабы, перед тобой. А если это не так, то расскажи мне".
– "О дядюшка, - сказал Ибрахим, - здесь не место разговаривать, ибо мой рассказ удивителен и моё дело диковинно".
– "Если дело обстоит так, - сказал портной, - пойдём со мной в уединённое место".

И затем портной встал, и, взяв Ибрахима за руку, вошёл с ним в комнату внутри лавки, и сказал ему: "О юноша, рассказывай!" И Ибрахим рассказал ему о своём деле. "О юноша, - сказал он, - побойся Аллаха, думая о себе! Та, о которой ты упомянул, - жестокосердая, и у неё нет охоты до мужчин, береги же, о брат мой, свой язык, а иначе ты себя погубишь".

И когда юноша услышал эти слова, он заплакал горьким плачем и, схватившись за подол портного, воскликнул; "Защити меня, о дядюшка, я погибаю! Я оставил своё царство и царство своего отца и деда и пошёл по странам одиноким чужеземцем, и нет мне терпения без неё". И портной, увидев, что постигло юношу, пожалел его и сказал: "О дитя моё, нет у меня ничего, кроме моей души, и я подвергну её опасности из любви к тебе, так как ты поранил моё сердце. Завтра я придумаю для тебя дело, от которого твоё сердце успокоится".

И Ибрахим поблагодарил его и ушёл в хан. Он рассказал привратнику хана о том, что сказал ему горбун, и привратник молвил: "Он совершил с тобой благо".

И когда наступило утро, юноша надел свою самую роскошную одежду, и, взяв с собой мешок с динарами, пришёл к горбуну, и поздоровался с ним, и сел, и сказал: "О дядюшка, исполни обещание".
– "Поднимайся сейчас же, - сказал портной, - возьми три жирных курицы, три унции сахара и два маленьких кувшина, наполни их вином и захвати кубок и положи все это в мешок. Садись после утренней молитвы в лодку с одним гребцом и скажи ему: "Я хочу, чтобы ты отвёз меня под Басру". И если он тебе скажет: "Я не могу проехать больше, чем фарсах", - скажи ему: "Решение принадлежит тебе". И когда он проедет это расстояние, соблазняй его деньгами, пока он не доставит тебя до места, и когда ты достигнешь его, то первый сад, который ты увидишь, будет сад госпожи Джамилы. И когда ты увидишь его, подойди к воротам - ты увидишь две высокие ступеньки, покрытые ковром из парчи, и на них будет сидеть человек, горбатый, как я. Пожалуйся ему на своё положение и попроси его о помощи - быть может, он над тобой сжалится и приведёт к тому, что ты увидишь её, хотя бы один раз издали. Нет у меня в руках хитрости, кроме этой, и если он над тобой не сжалится, погибну и я и ты. Вот какой есть у меня план, и власть принадлежит Аллаху великому".
– "Прибегаю к помощи Аллаха, что захочет Аллах, то и будет, и нет мощи и силы, кроме как у Аллаха!" - воскликнул юноша и вышел от горбатого портного и пошёл в своё помещение. Он взял то, что приказал ему портной, и положил в маленький мешок, а затем, наутро, он пришёл к берегу Тигра и вдруг увидел человека, гребца, который спал. И он разбудил его, и дал ему десять динаров, я сказал: "Свези меня под Басру". И гребец молвил: "О господин мой, с условием, что я не проеду больше одного фарсаха, если я проеду на пядь дальше, погибну и я и ты".
– "Решение принадлежит тебе", - оказал Ибрахим. И гребец взял его и поплыл с ним вниз, и, приблизившись к саду, он сказал: "О дитя моё, отсюда я не могу плыть дальше, и если я перейду этот предел, погибну и я и ты".

И Ибрахим вынул другие десять динаров и сказал: "Возьми эти деньги, чтобы помочь ими себе в своём положении". И гребец устыдился и сказал: "Вручаю наше дело Аллаху великому..."

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Когда же настала девятьсот пятьдесят шестая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что когда юноша дал гребцу другие десять динаров, тот взял их и сказал: "Вручаю наше дело Аллаху великому!" И поплыл с ним вниз. И когда он достиг сада, юноша встал на ноги от радости и, прыгнув из лодки прыжком, величиной с бросок копья, бросился на берег, а гребец поплыл обратно, убегая. И юноша пошёл вперёд и увидел сад и все, как описал ему горбун. Он увидел, что ворота его открыты и в проходе стоит ложе из слоновой кости, на котором сидит горбатый человек приятного вида, в одежде, украшенной золотом, и в руке у него серебряная позолоченная дубинка. И юноша торопливо подошёл к нему и, склонившись к его рукам, поцеловал их, и горбун спросил его: "Кто ты, откуда ты пришёл и кто доставил тебя сюда, о дитя моё?" (А этот человек, увидав Ибрахима ибн аль-Хасыба, был ослеплён его красотой.) И Ибрахим сказал ему: "О дядюшка, я - глупый ребёнок из чужой страны", - и заплакал. И горбин пожалел его, и, посадив его на ложе, вытер ему слезы, и сказал: "С тобой не будет беды! Если ты задолжал, Аллах покроет твой долг, если ты боишься - Аллах успокоит твой страх".
– "О дядюшка, - сказал Ибрахим, - нет у меня страха и нет за мной долга, со мной много денег во славу Аллаха и с его помощью".
– "О дитя моё, - сказал горбун, - в чем твоя нужда, из-за которой ты подверг опасности свою душу и свою красоту и пришёл в место, где гибель?"

И юноша рассказал ему свою историю и изложил ему своё дело, и когда горбун услышал его слова, он опустил на некоторое время голову к земле и спросил: "Тот, кто указал тебе на меня, горбатый портной?" - "Да", - отвечал Ибрахим. И горбун сказал: "Это мой брат, и он человек благословенный. О дитя моё, - сказал он потом, - если бы любовь к тебе не сошла в моё сердце и я бы тебя не пожалел, ты бы погиб - и ты, и мой брат, и привратник хана, и его жена. Знай, - продолжал он, - что этому саду нет на лице земли подобного, и он называется Садом Жемчужины. В него не входил никто за время моей жизни, кроме султана, меня самого и его владелицы Джамилы, и я провёл в нем двадцать лет и не видел, чтобы кто-нибудь приходил в это место. Каждые сорок дней госпожа приезжает сюда на лодке и выходит среди своих невольниц в шёлковом покрывале, концы которого десять невольниц несут на золотых крючках, пока она не войдёт, так что я никогда не видел её облика. У меня есть только одна душа, и я подвергну её опасности ради тебя". И юноша поцеловал ему руку, и горбун сказал: "Посиди у меня, пока я не придумаю для тебя чего-нибудь". И затем он взял юношу за руку и ввёл его в сад, и когда Ибрахим увидел этот сад, он подумал, что это рай, и он увидел, что деревья в нем оплетаются, и пальмы высоки, и воды обильны, и птицы перекликаются в нем на разные голоса. А затем горбун подошёл с ним к домику с куполом и сказал ему: "Вот где сидит госпожа Джамила".

И юноша посмотрел на домик и увидел, что это удивительное место увеселения, и в нем всякие изображения, нарисованные золотом и лазурью, и ещё есть в нем четыре двери, к которым подымаются по пяти ступенькам. И посреди домика - водоём, к которому спускаются по золотым ступенькам, и эти ступеньки украшены дорогими металлами, а посреди водоёма - золотой фонтан с фигурками, большими и маленькими, и вода выходит изо рта этих фигурок, и она шумит, издавая разные звуки, и слушающему кажется, что он в раю. И около домика водяное колесо с серебряными горшками, и оно покрыто парчой, и слева от него окно с серебряной решёткой, выходящей на зелёный луг, где резвятся всякие звери, газели, зайцы, а справа - окно, выходящее на площадку, где всевозможные птицы, и все они щебечут на разные голоса, ошеломляющие того, кто их слышит.