Тысяча и одна ночь
Шрифт:
А окончив стихи, она поднялась на крышу дворца и, взяв баальбекские одежды, привязала себя к ним и спускалась, пока не достигла земли, – а она была одета в самые лучшие одежды, какие имела, и на шее у неё было ожерелье из драгоценных камней. И она шла по степям и пустыням, пока не дошла до берега моря. И увидела она рыбака в лодке, который ловил рыбу, и ветер забросил его к этому острову. И рыбак обернулся и увидел на этом острове аль-Вард-фи-ль-Акмам и, увидав её, испугался и уехал на своей лодке, убегая. И девушка стала его звать и делать ему знаки и произнесла такие стихи:
«Не бойся, о благой рыбак, дурного ты —Поистине, я женщина, как люди все.Хочу, чтобы на зов мой ты откликнулсяИ повесть мою выслушал с начала ты.О пожалей, хранимый богом, жар любви,Увидишь коль любимого бежавшего.Красавца полюбила я, чей чудный ликЛуну и солнце превзошёл сиянием.Газель, когда увидит раз хоть взор его,«Я раб твой», – скажет, снисхождения прося.Написана красою вдоль щеки егоСтрока с чудесным смыслом, но короткая:«Кто видит свет любви, идёт тот правильно,Кто заблудился, тот преступен, нечестив».Коль хочет он пытать меня – прекрасно как!Когда его увижу, то награда мне,Как ожерелье из рубинов иль другихКамней, иль свежих жемчугов, иль яхонтов.Желанное исполнит, может быть, мой другДуша моя растаяла, растерзана».И когда рыбак услышал её слова, он стал плакать я стонать и жаловаться и вспомнил, что произошло в дни его юности, когда одолела его страсть, и сильна была его любовь, и велико было волненье и увлеченье, и сожгли его огни любви. И он произнёс такие стихи:
«Клянусь страстью, оправданье где ясней:Всеми членами я болен, слезы лью.Вот глаза, во мраке ночи что не спят,И сердца, что как кремень секут огонь.Испытали мы любовь, когда росли,Отличали тяжкое от лёгкого,А потом я продал душу, быв влюблён,За сближение с любимым, что далёк,И опасности подвергся, думая,Что, быть может, торг мой будет выгодным.Ведь обычно у влюблённых – кто купилБлизость с милым, тот сверхвыгодно купил».А окончив эти стихи, рыбак подвёл лодку к берегу и сказал девушке: «Сойди в лодку, я переправлюсь с тобой, в какое ты захочешь место». И аль-Вард-фи-ль-Акмам сошла в лодку, и рыбак поплыл с нею, но, когда он немного отъехал от берега, на лодку подул сзади ветер, и она пошла быстро, так что берег скрылся с их глаз, и рыбак не знал, куда едет. И ветер (продолжал усиливаться в течение трех дней, а потом он утих по изволению Аллаха великого, и лодка плыла с ними, пока не приплыла к городу на берегу моря…»
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.
Когда же настала триста семьдесят восьмая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что, когда лодка с рыбаком и аль-Вард-фи-льАкмам приплыла к городу у моря, рыбак хотел пристать к берегу. А там был царь, отличавшийся великой яростью, звали его Дирбас. Он в это время сидел со своим сыном в царском дворце, и они смотрели в окно и обратили взоры в сторону моря и увидели эту лодку. И они вгляделись в неё и увидали там женщину, подобную луне на склоне неба, и в ушах у неё были кольца с дорогими бадахшанскими рубинами, а на шее ожерелье из драгоценных камней. И царь понял, что она из дочерей вельмож и царей, и спустился из дворца и вышел через ворота, которые вели к морю, и увидал, что лодка уже пристала к берегу и девушка спит, а рыбак укрепляет лодку у причала. И царь пробудил девушку от сна, и она проснулась плача, и царь спросил её: „Откуда ты и чья ты дочь и почему ты прибыла сюда?“ И аль-Вард-фи-ль-Акмам ответила ему: „Я дочь Ибрахима, везиря царя Шамиха, и причина моего прибытия сюда – дело великое и обстоятельство диковинное“. И она рассказала ему всю свою историю с начала до конца, совершенно не боясь его, а затем испустила вздохи и произнесла такие стихи:
«Мне веки поранила слеза, необычнуюСоздав во мае грусть, когда лилась и текла она,Причиной тому был друг, в душе поселившийсяНавек, но с ним близости в любви не имела я.Прекрасны черты его, блистают, цветут они,Арабов и турок он красою затмит своей.И солнце и месяц сам склонились перед нимВлюблено, и вежливость пред ликом его блюдут,Глаза его колдовством чудесным насурмлены,И в них ты увидишь лук, для выстрела поднятый.О тот, кому о себе сказала я все, просяПрощенья, будь кроток с той, кем страсть забавляется!Любовью закинута я в вашу страну теперь,Решимость моя слаба, от вас я жду помощи.Всегда благородные, когда в их страну придётПросящий о помощи, защиту в нужде дают»Покрой же позор людей любви, о предел надежд,И будь ты сближения влюблённых причиною!»А окончив эти стихи, она рассказала царю свою историю с начала до конца, и затем пролила слезы и сказала такие стихи:
«Мы жили и видели в любви той чудесноеВесь год, а ведь сказано: как в Реджеб [398] всегда живи,И разве не чудо то, что в утро отъезда ихВодою слезы моей я пламя в груди зажгла,А веко очей моих дождём серебро лило,А поле щеки моей златые ростки дало.И мнится, шафрана цвет, по ней разошедшийся, —С рубахи Иосифа, в крови перемазанной».398
Реджеб – седьмой месяц мусульманского года; ещё до ислама был месяцем перемирия; в течение этого времени воспрещались всякие военные действия и устраивались празднества, совпадающие с ярмаркой.
И когда царь услышал слова девушки, он убедился в её любви и страсти, и его взяла жалость к ней, и он сказал ей: «Нет для тебя страха и испугаты достигла желаемого, и я обязательно приведу тебя к тому, что ты хочешь, и доставлю тебе то, что ты ищешь. Выслушай же от меня такие слова».
И он произнёс:
«Дочь знатных, достигла ты пределов желания —Весть радостную узнай и тягот не бойся ты.Сегодня я соберу богатства и их пошлюЯ к Шамиху, и пошлю коней я и витязей.Пошлю мешки мускуса, парчу отошлю ему,И белое серебро пошлю я, и золото.О да, и поведает ему обо мне письмо,Что близким его хочу я родичем сделаться,А ныне я приложу усилия, чтоб помочьПриблизить к тебе все то, чего ты хотела бы.Я долго любовь вкушал, и знаю я вкус её,И ныне прощаю тех, кто чашу любви испил».А окончив эти стихи, царь вышел к своим приближённым и, призвав везиря, связал тюки с несметными богатствами и велел ему отправляться к царю Шамиху и сказал: «Обязательно привези ко мне человека по имени Унсаль-Вуджуд и скажи царю: „Царь Дирбас хочет с тобой породниться, выдав свою дочь замуж за Унс-аль-Вуджуда, твоего приближённого. Его необходимо послать со мною, чтобы мы написали брачный договор царевны в царстве её отца“.
И потом царь Дирбас написал царю Шамиху письмо, где содержалось все это, и отдал его везирю и подтвердил, чтобы он привёз Унс-аль-Вуджуда, и сказал: «Если ты не привезёшь его ко мне, будешь отстранён от места». И везирь отвечал: «Слушаю и повинуюсь!»
И затем он отправился с подарками к царю Шамиху, а прибыв к нему, передал привет от царя Дирбаса и отдал письмо и подарки. И когда царь Шамих увидал дары и прочитал письмо и увидел имя Унс-аль-Вуджуда, он заплакал сильным плачем и сказал везирю, присланному к нему: «А где Унс-аль-Вуджуд? Он ушёл, и мы не знаем о нем ничего. Найди мне его, и я дам тебе во много раз большие подарки, чем ты привёз».
И потом он стал плакать, стонать и жаловаться и пролил слезы и произнёс такие стихи:
«Любимого мне верните!Не надобно мне богатства!Подарков я не желаю —Ни жемчуга, ни рубинов.Со мной жил полный месяцНа небе красот высоко;Всех выше красой и свойством,С газелями несравнимый.На ветку походит станом,Плоды на которой – нега,Но нет ведь тех свойств у ветки,Что разум людей пленяют.Я нянчил его ребёнкомНа лохе забот в неги,Теперь же о нем горюю,Им заняты мои мысли».А потом он обратился к везирю, который привёз дары и послание, и сказал ему: «Ступай к твоему господину и скажи ему, что прошёл уже год, как Унс-аль-Вуджуда нет, и господин не знает, куда он отправился, и не имеет о нем вестей». – «О владыка, – ответил везирь, – мой господин сказал мне: „Если не приведёшь его ко мне, будешь отстранён от везирства и не войдёшь в мой город“. Как же я вернусь без Унс-аль-Вуджуда?»
И тогда царь Шамих сказал своему везирю Ибрахиму: «Ступай с ним и с отрядом людей и разыщите Унс-аль-Вуджуда». И везирь отвечал: «Слушаю и повинуюсь!»