Чтение онлайн

– Ну… мне 49 лет. Я родилась в северном Фавнгроссе, в долине Летящих Перьев, что на востоке от древней крепости "Убежище". Этой весной у нас закрыли фабрику, на которой работала вся моя семья и многие мои друзья. И мы все разъехались по югу в поисках работы. Но, как вы понимаете, проще и быстрее найти то, что надо, в столице. К сожалению, оказалось, что в последнее время была закрыта не только наша фабрика, но и несколько других, в том числе такие, где работали так называемые фиты-брошенки, защите которых наша Делла Генезис уделяет больше внимания, чем нам, остальным фитам. Так что пришлось понервничать, прежде чем дворецкий графа Левенхэма, господин Сануф, взял меня на службу вместо уволенной горничной.

Принесли шоколад, молоко, печенье, пару свежих матти и, конечно, джем. Сливовый. При одном виде тёмного липкого варева у Рашингавы начало сводить рот. Однако, фитка поглощала этот ужас с наслаждением.

– Чем вы занимались на фабрике?

– Тем же, чем и у графа Левенхэма – убирала и помогала готовить еду. На самом деле, фабрика у нас была большая. Просто огромная. И наши инженеры с конструкторами – умнейшие ребята. Они могли получить заказ на выпуск чего-то нового и полностью перестроить всё производство. И даже когда требовалось сделать что-то сложное, они делали это.

– Знаю, потому что я и посылал в Фавнгросс некоторые из этих заказов. Почему фабрику закрыли? Меня не устроил тот ответ, который мне дали управляющие.

– Никто не знает, – развела руками Цинния Мария. – Вообще никто. Говорят, это был приказ какого-то очень высокопоставленного лица.

– А не говорят – какого?

– Не говорят. Дело в том, что на принсипат сваливают любое непопулярное решение. Якобы, там, у вас, сидят древнейшие, все такие ужасно мудрые и дальновидные, что если уж чиновники по их инициативе делают что-то кошмарное, то наверняка это потом это поможет империи. И надо просто смириться с этим и перетерпеть.

– Принсипат не имеет отношения к закрытию фабрик, на которых работают фиты. Если бы так, то Делла Генезис взялась бы за это сама и смягчила бы удар. Ваша предводительница только вашими делами и занята.

– Приятно слышать это. Мы все очень боялись, что она забыла про нас.

– Не забыла. Как можно забыть о такой головной боли.

Циннии Марии, очевидно, не понравилась последняя его фраза. И Рицка поспешил спросить:

– Вы же не станете отрицать, что ваш, фитский, гон – гигантская проблема?

– М… да. Вы знаете об этом? Откуда?

– Я изучал фитов.

– У вас в лаборатории жили фиты?

– Да.

– И вы заставляли их воспроизводиться, чтобы изучить гон?

– Не заставлял, – покачал головой Рашингава. – Кстати сказать, они благополучно устроены в моих пределах на севере и вполне довольны жизнью.

– Естественно довольны, если вы платите им так же, как и мне.

– На севере мало солнца, и они остаются там только потому, что на те деньги, что я плачу, они могут посещать южный материк вместо пагубного вымерзания зимой. Я мог бы точно так же устроить всех ваших знакомых фитов – их очень не хватает на севере.

– А меня?

– Если вы пожелаете. Мы с вами подпишем контракт…

– Нет!..

– Нет?

– Нет.

– Почему – нет?

– Что, если вы начнёте на мне срываться, или требовать от меня невыполнимого?

– Не стану…

– …Но что, если вы поставите меня в неудобное положение, а я из-за этого контракта вынуждена буду подчиняться вопреки своему крайнему нежеланию?

– Вы хорошо обдумаете свою часть договора.

– Ну уж нет. Вы управляете… шестью процессами одновременно, а это значит, что у вас хватит ума обратить письменный договор в свою пользу.

– Что, если я подпишу ваш контракт, не читая его? – предложил Рицка.

– Хм…

– Нет, вы правы, лучше вовсе без него, – передумал он.

Теперь удивилась Цинния Мария:

– Почему это?

– Скорее всего, я найду, чем воспользоваться даже в вами составленном контракте. Если возникнет искушение.

– Хм?

– Я согласен платить вам без контракта.

– А вы уже составили мнение обо… мне?

– Вы произвели в целом приятное впечатление, хотя, наверняка, это – результат вашей живости, а так же развитого навыка общения, умения коллекционировать авторитетные мнения и подтасовывать их в процессе разговора.

– То есть в настоящем уме вы мне, всё-таки, отказываете?

– Нет, не отказываю. Ваш тип мышления мне как раз сейчас и нужен. Всех других – в избытке.

– Вы всегда такой хмурый?

– Хмурый?

– Это глупый вопрос, да?

– Глупых вопросов не бывает – запомните это. Любой вопрос – это задача, призванная облегчить передачу информации. Отвечаю: мой "хмурый" вид создаётся эффектом применения красок. Моё лицо фактически нарисовано. В друзья и возлюбленные никто не лезет, император подле себя не задерживает, враги опасаются – только хорошие результаты.

– Значит, вам никто не нужен?

– А вам? Есть в вашей жизни жених, возлюбленный или кто-то, кому не понравится ваше пребывание в моём пределе?

– Таких у меня нет. Полагаю, и не будет, пока я не накоплю достаточно денег, не повзрослею ещё на сотню-другую лет, и не обзаведусь пятью-шестью собственными наделами земли.

– Вы очень энергичная девушка. У вас всё получится.

– Ну, в пределе полном перевёртышей, а не фитов, у меня нет ни единого шанса найти себе жениха.

– А вам он действительно нужен? Он будет только помехой вашей работе.

– Не думаю, что работа обязательно должна быть главным и единственным делом жизни.

– Конечно, нет. Каждый сам выбирает свой путь. Итак, перейдём к вашей задаче. От вас мне нужно, чтобы вы, в первую очередь, не были слишком утомлены. Потому, как только вы перестаёте понимать что-либо – ваш рабочий день заканчивается, сколько бы вы ни пробыли в пределе. Я, или кто-нибудь из моих помощников будет объяснять вам суть того, чем занимается, а затем вы задаёте вопросы и высказываете мне своё впечатление. Ваша работа – составлять своё мнение о том, кто и чем здесь занимается и насколько это полезное дело. Впрочем, всё, что вы задумаете сказать – важно. Потому не стесняйтесь, – Цинния Мария кивнула, и Рашингава позвал правнука, который должен был находиться где-то здесь, в павильоне: – Анхе! Анхе!

– Да? – Анхе отозвался куда раньше, чем сумел подойти и встать перед хозяином предела.

– Это Цинния Мария. Ты сделаешь всё, чтобы объяснить ей суть своих исканий, для чего они важны и кому вообще нужны. Если нужно будет выразить танцем и песней – выразишь.

– Я?

– Не справишься?

– О, ну… та ещё задачка, Ри.

– Надеюсь, вам двоим будет весело.

– Да…

Через некоторое время Цинния Мария снова появилась за спиной Рицки.

– Я вообще ничего не понимаю, – оглядываясь по сторонам с налётом таинственности, громким шёпотом поведала фитка. – Ни единого слова. Даже то, что именно делают все эти штуки, о которых он рассказывает. И названия этих штук тоже разобрать невозможно.