Чтение онлайн

– Пойдёмте.

Гостью усадили на прежнее место. Рицка взглянул на стену, на которой правнук рисовал пояснительные схемы.

– Анхе.

– Да.

– Ты не должен рассказывать, как ты добился воплощения своей задумки. Ты должен поведать, что получится в итоге и как это можно использовать в будущем, ясно?

– А почему так?

– Позже поймёшь. Главное, не используй наших терминов. Она не сможет оперировать корнями нашего языка. Объясняй подробно, образно, ищи примеры из жизни. У девушки нет никакого образования, но нужно, чтобы и она поняла, зачем нужно то, что ты делаешь. Будешь распинаться об использованных технологиях – из этого милого существа вытащат всё пытками, гипнозом или магией.

– Пытками? – испугалась фитка.

– Конечно, зачем тратить ресурсы на исследования, когда можно выведать всё у моих служащих.

– Пожалуй, я зря отказалась от контракта.

– Нет, вовсе нет. На этой планете мало тех, кто недооценивает меня и мою предусмотрительность. Потому я предупреждаю: если вы где-нибудь скажете, что вам объясняли, как это делается, но вы ничего не поняли, то это уже станет поводом для насильственных действий по отношению к вам. Не важно, что вам ничего не понятно. Кто-то другой всё поймёт. Это ясно?

– Но у меня в голове ничего не осело.

– Для умельцев вытягивать информацию это не проблема. Если что-то вошло в ваши уши, они это вытащат и разберутся. Потому, если вас будут спрашивать, чем вы здесь занимаетесь, рассказывайте всё подробно, а так же то, что я только что объяснил.

– Умница Ри, – похвалил прадедушку Анхе. – Действительно предусмотрительно. Но, правда, зачем всё это?

– Поймёшь. Обещаю. Закончишь, позовёшь Моку и передашь ему задание. И следите, чтобы дама не переутомилась. Как только начнёт оседать в кресле – зовите меня.

Мока появился перед Рашингавой и сообщил, что фитка уснула.

– Ей потребовалось уснуть, чтобы дать тебе понять, насколько она устала? – протянул Рицка. – Вызови паланкин для неё.

Цинния Мария действительно спала. Выбившиеся из причёски пружинки волос лежали возле вазочки, в которой приносили джем, ныне разве что не вылизанной непосредственно язычком любительницы слив. Склонившись над гостьей, чтобы лучше рассмотреть её лицо, Рашингава подумал, что только когда Цинния Мария спит, он чувствует себя рядом с ней настоящим собой. Когда её глаза открыты – начинаются сомнения. Вроде бы всё так и всё прежнее, но Рицка Рашингава теперь словно не древнейший, принц империи, учёный, варлорд, хозяин предела и командующий армией, а нескладный безродный мальчишка с бушующей кровью и пустой головой. Женственная, красивая, смелая, уверенная в себе. Скорее, это она – немного глупая. Действительно, уж слишком странно её поведение. Не побоялась принца-перевёртыша – ни крупицы страха! Задаёт вопросы тогда, когда хочет и какие хочет. Решилась работать на двух работах, но ради чего? Запросы у неё совсем небольшие. А теперь – помилуйте! – спит в незнакомом месте в окружении чужаков.

– Перманентно, – вздрогнув во сне, пискнула фитка.

– О, да-а-а… – на выдохе простонал Рицка в свою очередь. Цинния Мария должна поселиться в пределе. Она станет его драгоценной леди, будет болтать во сне и разучивать сложные слова для его удовольствия. Это возбуждает так внезапно и сильно!.. Только… как? Как всё это устроить? Она не похожа на тех женщин, которые вешаются на любого умного мужчину в пределе досягаемости. Гон у неё недавно закончился, значит, постельными утехами её не завлечь. Деньги? Похоже, много ей не надо. Помощью её друзьям и родным купить Циннию Марию тоже не выйдет – она не отреагировала, когда он затронул эту тему.

– Кажется, я понял, зачем тебе всё это, – скрестив руки на груди, вкрадчиво произнёс Анхе, однако очень светло улыбаясь.

Рицке не хотелось будить девушку, и он не стал отвечать, только отцепился от подлокотников её кресла и выпрямился.

– Не распространяйся, раз понял, – спустя некоторое время негромко сказал Рашингава.

– Скоро все и так поймут. Точнее – как только ты решишь своими руками донести гостью до паланкина.

Рашингава нахмурился по-настоящему. Принцу следует хранить в секрете имя той женщины, к которой он более всего расположен. Иначе этой информацией могут воспользоваться враги. Однако у него уже есть драгоценная леди, и появление ещё одной любовницы у принца-перевёртыша будет расценено поначалу не больше, чем простое увлечение. А когда истина выплывет наружу, Цинния Мария уже будет надёжно заперта в самом безопасном из покоев подземного предела. Если, конечно, она согласится. Что, если она не согласится? Тогда остаются только мгновения удовольствия.

– Я всё же отнесу её, – пожал плечами Рашингава и поднял на руки Циннию Марию. Она, однако, проснулась:

– Куда вы меня тащите?

– В постель…

– Я – против, – нежным тоном уведомила южанка. Рашингава не любил выслушивать противоречивости, потому постарался не обращать внимания на тон.

– В вашу постель в доме Левенхэма. Не договорил. Вам нужно отдохнуть привычным способом.

– Тем не менее, поставьте меня. Я доберусь сама.

Рашингава поставил фитку на пол.

– Разрешите проводить. Вам уже объясняли важность зелёной линии?

Колени Циннии Марии подгибались, встать ровно и пойти у неё получилось не сразу, и только с помощью принца. Она ещё некоторое время сонно хлопала глазами и только потом переспросила про зелёную линию. Услышав объяснение, она вспыхнула от удовольствия:

– Все это ради меня? Какая прелесть!..

– Как вам первый рабочий день?

– Он уже закончился?

– Судя по вашему состоянию – да.

– Как мило с вашей стороны. Меня усыпили все эти сложности. Господин Мока, конечно, очень старался донести до меня всё, но когда он ударился в детали…

– Надеюсь, не те, о которых я предупреждал?

– Ну… эм… к тому моменту я уже запуталась, понимаете?

– Остаётся только надеяться… мы увидимся с вами послезавтра вечером?

– Почему вы спрашиваете? Мы, казалось, договорились.

– Вас не пугает риск?

– Моя глупость и ваша предусмотрительность кажутся мне абсолютной защитой, если вы о том, что меня схватят. Я лишь обеспокоена, что не подойду вам. Пока что я не составила никакого представления о работе ваших служащих. Совершенно ясно лишь то, что между мной и вашими учёными гигантская пропасть. Гигаа-а-антская! Скажите… что заставляет их заниматься всем этим?

– Не что, а кто.

– Вы? Но они кажутся действительно увлечёнными.

– Я даю понять, что достижения ума ценю превыше всего. И это бы не давало такого эффекта, если бы Мока, Анхе и другие не выросли под моей опекой, в лоне культуры и традиций, насквозь пропитанных моими воззрениями, – Рицка ощущал, что всё время говорит длинно и долго, и говорит не о том и не так. Но Цинния Мария слушала, ласково и лукаво поблескивая глазами в полутьме длинного коридора, через который они проходили.

– То есть вы сказали, что красное – чёрное, и в вашем пределе все теперь так и думают?

Рашингава испытал лёгкое чувство благодарности к ней – она не только действительно слушала, но ещё и поняла о чём речь.

– Я довольно долго повторял, – мягко пояснил он.

Смех. Смеётся. Девушка смеётся. Чудо! Хочется поцеловать эту головку, набитую странностями. Невероятное в ней сочетание: то блеснёт сообразительностью, то прибедняется вялостью ума. И впервые за века женщина смеялась его шутке. Может, она рождена для него?