Чтение онлайн

– Нет?! Разве эта ночь не волшебнее прочих? Разве не поёт что-то у тебя глубоко внутри? Разве не слаще дышится? И подумай, что ещё могло заставить тебя говорить о том господине две свечи подряд?

– Что, уже так поздно?

– Эсцетерион скоро зайдёт.

– Я сумасшедшая, – Мария сунула ноги под простыни и уставилась на Апенене: – И ты тоже! Как можно слушать две свечи о ком-то?! Иди, спи, пусть тебе приснится твой муж.

– Наконец-то, – донеслось из-под простыней Фаруги.

В прошлом такая же работница ныне закрытой фабрики, Апенене Ай тихонько рассмеялась, тепло поблагодарила за пожелание и ушла в свою кровать. Семья Ай приехала в Ньон в полном составе, оставив в Фавнгроссе только младших сына и дочь. Муж Апенене почти на следующий день получил предложение отправиться работать на север. И теперь Мария подумала, а не к Рашингаве ли в предел он поехал. Если так, то можно было бы попросить принца устроить Апенене с детьми и тётушками туда же.

В свой выходной Мария предпочла отправиться на встречу с друзьями. Им она тоже рассказывала о Рашингаве. Правда, не сразу начала, крепилась. Но оно вырвалось и, в конце концов, её спросили:

– Что, если он предложит стать его любовницей?

– Я откажусь, – опешив поначалу, вполне уверенно сказала Мария. – Нельзя же. Был бы он фитом, а я перевёртышем, ну, вот тогда бы я, может быть, ещё бы подумала. Но как-то так… нет, не стану. На кой мне… а вдруг забеременею? На кой плодить ущербных детей?

– А если он уволит тебя сразу после твоего отказа? Такому занятому парню не захочется терять время.

– Ну что же… так тому и быть.

– Что? – не расслышали её ответ друзья. За другим столиком уличного кафе, где они сидели, зашумели какие-то шипастые перевёртыши, очень занятые своими разговорами.

Девушка махнула рукой. Перевёртыши, наконец, стихли. Один из них рассказывал другим явно интересную историю.

– Мария, – обратился к девушке жених подруги, Павел Орб. – Думаю, в ближайшие дни тебе следует ожидать прозрачного намёка на интимные отношения.

– О, ну…

– Подготовься, чтобы это не стало для тебя разочарованием.

– Почему же меня это должно разочаровывать?

– С трудом верится, Мар, что он относится к тебе с тем же трепетом, что и ты к нему. Только подумай. Этот древнейший – не чета другим опытным мужчинам. Перед его глазами не тысячелетия проходили, а миллионы, может быть даже миллиарды лет. Он уже не раз видел таких женщин как ты. Может быть, он нашёл тебя только потому, что ты полная копия той, кто ему когда-то нравилась.

– Да, я слышала о таком, – вставила подруга, Роджери Лэб. – Говорят, Игрейна Пятая, человеческая принцесса, очень похожа на свою прамать, Игрейну Первую, и кто-то из принцев серьёзно на неё запал из-за этого.

– Как можно запасть на женщину только из-за того, что она просто похожа на другую? – недоумевающе протянула Мария.

– Вот и держи это в своей голове, – сказал Павел, не глядя приобняв Роджери за талию. – Особенно когда он начнёт приставать.

– Хорошо, – погрустнела Мария.

– Ты её расстроил, – заметила Роджери.

– Ну, – протянул всё это время молчавший Петри Онорх, двоюродный брат Павела, – думать о том, что всё сложится прекрасно и принц решит посвятить всего себя, извиняюсь, недавно встреченной обычной фитке, тоже как-то…

– Мария не обычная! – с некоторым гневом возразила Роджери. – Она чудесная девушка!

– Все девушки, на которых вообще обращает внимание принц империи – чудесные, – парировал Дмитриус. – Не надейся, Мария, не жди от него ничего хорошего.

– Да я и не ждала. Я даже не думала о том, что между мной и ним что-то может сложиться. Просто, вот… ну, он забавный – я об этом сказала. Вот и всё.

– Уверена? – поинтересовалась Роджери после небольшой паузы.

– Да.

Второй день недели не задался с самого утра и, прибыв в предел Рашингавы, Мария не могла перестать нервничать и тревожиться. Принца нигде не было. Вместо него граф Кану, Анхе, привёл одного из учёных, которому было объяснено, что и как говорить, и скучная работа началась. Мария начала клевать носом на третьем проекте – тот господин говорил на редкость занудно. А потом в предел вернулся принц. Вероятно, он был в Сердце Цитадели, или на каком-то очень важном собрании. Всё в нём говорило о высоком статусе: на принце была очень модная одежда из дорогих тканей, с вышивкой и вставками драгоценных камней, и он что-то сделал со своей головой – волосы казались снова спутанными, но выглядели почти шикарно. Он только посмотрел на неё сверху вниз и тут же сказал:

– Я провожу вас до дома Левенхэма.

– Считаете?

– Взгляд – сонный. Как можно продолжать воспринимать информацию, когда хочешь только одного? Впрочем, уже просто-напросто очень поздно. Жаль.

И это совсем не понравилось Марии. Но пришлось смолчать.

Рашингава предложил ей руку, полагая, похоже, что она снова будет такой же неловкой, как в прошлый раз, и у неё точно так же подогнутся колени от его загадочно-приятного запаха. Так что Мария решила не принимать его помощь:

– Я даже не заснула по-настоящему.

– Прогресс, – отметил он. – Один из подобных последующих вечерних сеансов обернётся для вас непременным открытием. Вы будете гордиться собой.

– Правда? – захлопала глазами Мария. Потом до неё дошло, что он имел в виду, что скоро она перестанет засыпать. И ей снова что-то в этом всём не понравилось.

Всю дорогу до задней калитки дома Левенхэма Рашингава либо молчал, либо говорил о строго научной ерунде и в итоге Мария… разозлилась. Но она понятия не имела, какую пакость можно безбоязненно сделать принцу империи, перевёртышу и работодателю, и ограничилась просто молчанием и непроницаемым выражением лица.

– Что-то не так? – спросил он, когда Мария уже отпирала калитку ключом. Но, даже позволив себе ненадолго задуматься, она не нашла внятного объяснения для того, что хотела сказать.

– Плохое настроение, – только сказала девушка, попрощалась, и, избегая встречаться взглядом с Рашингавой, отгородилась от него калиткой и скрылась за опущенными к самой земле ветками дерева-гамака.

Марию встретила Апенене:

– Ну что?

– Ничего. Вообще ничего. Я проводила время в его пределе, а он проводил время где-то ещё.

– Ты хотела побыть с ним? Поговорить о чём-то важном? Невооружённым глазом видно, что ты злишься.

– О, я? Устала, наверное… Да, правда, устала. Пойду-ка спать.

– Поесть не желаешь? Нет? Хоть перекусить надо… матти ещё совсем мягкие, с пудровыми сливками, а?

– А, о… нет. Я – только спать, только спать. Спасибо, милая, но нет. Мне нужно очистить голову. Завтра утром опять туда отправляться.

Следующим утром Марии дали нового мучителя-учёного, заливавшего ей в уши всё о том, какой он выдающийся, и как велика его цель.