Чтение онлайн

Чэнь Гун поначалу обрадовался, но вовремя вспомнил, зачем он здесь, и снова испытал укол совести. Впрочем, терзался он недолго – его мигом одернули:

– Что застыл столбом? Живо веди наверх!

Грозно нахмурив брови, на юношу накинулся красивый господин из свиты Му Типо. Весь в пудре и румянах, он держался жеманно, и Чэнь Гун на него даже смотреть не мог – такой противный он был. Видно, этот приближенный заподозрил, что пойманный наглец не торопится исполнять поручение. Как бы Чэнь Гун ни пытался отсрочить неминуемое, а сопротивляться благородным господам не мог. Еле волоча ноги, он повел людей Му Типо вверх по лестнице. Юноша и сам не понимал, на что надеется: то ли на то, что Шэнь Цяо уже ушел, то ли на то, что еще успеет его застать.

Поднявшись, Чэнь Гун постучал в дверь комнаты. После третьего стука оттуда донесся знакомый голос:

– Кто там?

В голове Чэнь Гуна все перемешалось. Он и не знал, что теперь чувствует. Судорожно сглотнув, он глухо ответил:

– Я.

– Чэнь Гун? Почему ты вернулся? – в голосе Шэнь Цяо звучало удивление, однако говорил он по-прежнему мягко. – Скорее заходи.

Но Чэнь Гун медлил. Он совсем запутался в том, что надобно сделать, и неумолимая вина жгла его хуже каленого железа.

– Опять застыл? Пошевеливайся! – стал понукать его все тот же жеманный господин из свиты Му Типо.

Не дождавшись ответа, он потерял терпение и с силой толкнул Чэнь Гуна – тот пошатнулся, не удержался и всем телом налетел на дверь, тем самым распахнув ее.

Как оказалось, Шэнь Цяо сидит у окна, спиной к двери, и лицо его чуть обращено к улице, словно он наслаждается видом, открывающимся с его места. Однако Чэнь Гун его позой не обманывался: он помнил, что с той ночи в монастыре Шэнь Цяо совсем ничего не видит.

– Так это и есть твой красавец? На мой вкус, ничего особенного… – начал было жеманный господин, но тут Шэнь Цяо обернулся, и приближенный Му Типо осекся, не зная, что и сказать.

Тем временем сам Му Типо уже сгорал от нетерпения. Устав поджидать внизу, он быстро поднялся и зашел в комнату вслед за своими людьми. Едва он увидел Шэнь Цяо во всей красе, как глаза его загорелись.

Надо сказать, Му Типо не был рожден аристократом. Происходил он из бедной семьи, и сперва его матушка, став кормилицей будущего императора, получила власть и влияние при дворе, а затем и сам Му Типо коротко сошелся с Гао Вэем. С тех пор князь купался в роскоши, отчего привык замечать других, только если они пышно и со вкусом одеты. Человека бедного или блеклого Му Типо не удостоил бы своим взглядом.

Разумеется, Шэнь Цяо не мог похвастаться богатыми одеждами: его халат-пао был сшит из грубой холстины, а волосы не украшала даже нефритовая шпилька – лишь голубоватая лента в цвет платья, и ею Шэнь Цяо прихватывал узел, в который собирал пряди у висков.

И все равно Му Типо не мог оторвать от него глаз. Бедные одежды странника не скрывали незаурядную красоту молодого мужчины.

Шэнь Цяо повернул к ним бледное бесстрастное лицо и уставился на прибывших невидящим взглядом. От его неземной красоты у Му Типо пересохло во рту. Он едва держался, чтобы тотчас не наброситься на этого человека, повалить на постель, разорвать одежды и сделать своим.

Тем временем Шэнь Цяо, не скрывая недоумения, спросил:

– Чэнь Гун, кого ты с собой привел?

Его чарующий голос едва не свел Му Типо с ума. Как же восхитительно будет слышать рыдания этого красавца и видеть его сведенные брови! Притом в голову князя пришла блестящая мысль: сначала он как следует позабавится с ним здесь, в Хуайчжоу, а после подарит слепого красавца своему покровителю, императору Гао Вэю, с кем Му Типо весьма часто сходился во вкусах. Оба привыкли развлекаться необычным способом и были охочи до чужой красоты.

– Как тебя зовут? – поспешил спросить у Шэнь Цяо князь.

Тот ничего не ответил. Нахмурившись, он снова позвал Чэнь Гуна, но юноша не откликнулся. Чэнь Гун знал, что его знакомец слеп, но от стыда все равно отвел глаза.

Заметив смятение провожатого, Му Типо усмехнулся и сказал:

– Твой друг обещал, будто бы здесь я найду писаного красавца, что в сто тысяч раз прекраснее всей моей свиты. Сперва я не поверил ему, решил, что он просто не познал жизнь и ничего толком не видел, вот и мелет чушь, но все же пошел за ним. И теперь вижу, что не солгал!

Шэнь Цяо встретил эти объяснения суровым молчанием. Ни один мускул не дрогнул на его лице. А Му Типо как будто не заметил, что ему не рады, и все говорил о своем:

– Пред тобой чэнъянский цзюньван Му Типо, любимейший приближенный его величества императора Гао Вэя! Если согласишься пойти со мной, тебя каждый день будут ждать роскошные одежды и изысканные яства. Всю жизнь ты проведешь в богатстве и почете, и никогда больше тебе не придется скитаться по убогим гостиничным дворам.

На его предложение Шэнь Цяо лишь вздохнул:

– Чэнь Гун, это ты сказал ему, где меня найти?

Собравшись с духом, юноша выпалил:

– А что оставалось делать? Если б не привел, пришлось бы самому служить Му… цзюньвану!

Шэнь Цяо неодобрительно покачал головой.

– Неужели ты думаешь, что избежишь беды, просто приведя их сюда? А ты спрашивал цзюньвана, желает ли он тебя отпустить?

Му Типо, заслышав вопрос, расхохотался.

– Прекрасно подмечено! Конечно, он и мизинца твоего не стоит, но юнец сообразителен и крепок, да и на лицо недурен. Слуга из него выйдет хороший!

Чэнь Гун пришел в ужас. Из его груди вырвался крик:

– Вы же только что обещали меня отпустить!

Но Му Типо не удостоил его ответа, а лишь махнул приближенным, отдавая приказ. Те, повинуясь, выступили вперед и схватили Чэнь Гуна под руки. А сам Му Типо направился к Шэнь Цяо.

Тот, видимо, почувствовал его приближение и, опираясь на край стола, поднялся со своего места. Со стороны казалось, что Шэнь Цяо как будто приветствует дорогого гостя. Уголки губ Му Типо дрогнули в улыбке. Пока что все шло по его замыслу.

Как известно, могущество и власть никого не оставят равнодушным. Люди либо боятся власти, либо страстно желают ее. Первые дрожат от нее, словно лист на ветру, вторые же слетаются к ней, точно мотыльки на огонь. Умудренный этой истиной, Му Типо решил про себя так: возможно, этот молодой мужчина и вправду равнодушен к богатству и почестям, но вскоре он вкусит их, распробует и обязательно полюбит. И не только шелка, яства и почести, но и теплый ароматный нефрит нежных тел. А распробовав и привязавшись, уже не выпутается из силков, как бы ни захотелось свободы.