Чтение онлайн

– Я знаю, что вы скажете, – помедлив, напряженно произнес мужчина, возвращая меня в реальность. – Но прислушайтесь к словам этого старика, который растил вас точно свою дочь. То, что они ваши родители, не дает им права…

– Не переживайте, сэр Дезмонд, – перебила я его полным решимости голосом. – Они мне больше не родители. Они сами отреклись от меня, так что я – сирота. И моя жизнь принадлежит только мне одной.

Он посмотрел на меня с недоверием и шоком, а после в его выцветших глазах заблестели слезы облегчения, а из груди вырвался судорожный выдох.

– Спасибо… Спасибо, госпожа. Теперь и мне будет легче завершить все дела. Пожалуйста госпожа, выстойте. А мы, те, кто обязан вам, всегда поддержим и последуем за вами куда угодно!

– А? – опешила я от такого напора. – Ага… – растерянно кивнула я, решив, что спрашивать, кто такие эти «те, кто обязан вам» будет неуместным в данной атмосфере.

***

«И моя жизнь принадлежит только мне одной» – пафосно и самонадеянно заявила я ранее, однако чуть позже с ужасом осознала, что в голову не приходит ни одной дельной мысли, как именно эту самостоятельность отстоять, особенно теперь, когда узнала, что у Кайзелов на меня кровожадные и далеко идущие планы. Для таких отбитых людей, для которых цель важнее последствий, любой мой порыв будет расценен, как бунт и подавляться максимально безжалостно.

Шаг влево, шаг вправо – расстрел. На этом фоне мое и без того нестабильное настроение скатилось окончательно. Потому я не сразу заметила, что нахожусь в карете не одна, и Вик уже некоторое время сверлит меня пронзительным взглядом.

Черт, стоило только отвлечься, как он прошмыгнул…

– Ты давно здесь? – ляпнула я от неожиданности. Тот терпеливо вздохнул, слегка поморщив брови, а в его темных глазах мелькнула скрытая тревога.

– С тобой все в порядке? Мы уже скоро доберемся до дворца, но после встречи с тем рыцарем, ты сама не своя. Что он тебе сказал?

– В порядке, не о чем переживать, – коротко отозвалась я, досадливо отвернувшись и надеясь скрыть настоящие эмоции, в которых «порядок» мне только снился. Впрочем, я понимала, что обмануть Вика не выйдет, тот не дурак и уже смекнул, что у меня есть причины для беспокойства.

– Думаешь, я поверю? – подтвердил он мою догадку, а я ощутила злость и раздражение. Он вновь решил поиграть в друзей?

– Что бы ни произошло, к тебе это не относится. Это сугубо мои проблемы, так что просто забудь и занимайся своими делами, – проворчала я, сложив руки на груди и показывая, что разговор окончен.

– Наоми, – позвал он меня, с нотками раскаяния в голосе, что разозлило сильнее. – Не делай из меня врага, не надо. Если я могу чем-то помочь…

– Боюсь, твоя помощь дорого мне обойдется, – оборвала я его, бросив холодный взгляд. – Ты забыл? После того, как ты заберешь Святыню, наши пути разойдутся. Потому не вмешивайся сам и не вмешивай меня в свои интриги. Наше сотрудничество завершилось, и я за него достаточно поплатилась. На этом – все. Не в моих правилах осознанно залезать в долги, без внятных условий и беспрецедентным процентом возврата.

Мужчина поджал губы и сжал кулаки, но, почему-то, остался на месте, даже после моей неприкрытой грубости.

– Я же говорил, что все не так, – повторил он. – Если бы ты меня выслушала…

– Я бы обязательно и с удовольствием выслушала, в случае, если бы меня прежде не поставили в известность постфактум, из-за чего я оказалась в подобной ситуации. В итоге это ты – кто предал мое доверие и использовал вслепую, превышая изначальные договоренности и намеренно вводя в заблуждение. Мне плевать, какими мотивами руководствовался, но ты поступил подло, учитывая, что я была искренней, – напомнила я, зло усмехнувшись. – Давай не будем. У меня сейчас голова забита другим. Выкручусь самостоятельно. Всегда выкручивалась, – тоскливо протянула я, отведя взгляд.

– А если не выйдет? Готова рисковать, лишь бы не принимать мою помощь? Я тебе настолько ненавистен?

– Чтобы принять помощь, между нами должно быть доверие. Изначально я согласилась на сотрудничество с тобой исключительно на взаимовыгодных условиях, но, как оказалось, в выигрыше был лишь ты один и действовал самостоятельно, что для партнера недопустимо. В твою бескорыстность я больше ни за что не поверю, а предложить что-то взамен на помощь – мне нечего. Так что давай просто прекратим этот разговор.

– Мне ничего не нужно в ответ. Я просто хочу помочь, – напряженно произнес он, отчего не только его голос, казалось, даже воздух в кабинке кареты завибрировал.

– С чего бы это? В конечном итоге, я – не твоя невеста, друг и даже не подданная, чтобы ты переживал о моем будущем, ради чего ты готов идти даже по головам. Потому продолжай делать то, что делал прежде, но меня больше не трогай, ведь я тебе никто, – попросила я устало и огорченно отвернулась в окно. В носу и глазах защипало, а в горле обосновался противный, болезненный ком. Если я вновь позорно разревусь перед ним, демонстрируя свою слабость, моя гордость этого не выдержит.

– Наоми… – позвал он. – Не говори так, – попросил Вик, а я ощутила, что еще немного и «плотину» моих слез прорвет.

– Уйди. Мы скоро прибудем, будет нехорошо, если мы появимся перед людьми, выходя из одной кареты. Это неприлично.

Было видно, что ему было, что сказать, но нехотя кивнул, после чего покорно и молча открыл дверь движущейся кареты и ловко запрыгнул на своего коня, который послушно шел до этого рядом.

Я выдохнула с облегчением, хотя в груди нестерпимо ныло. Переживания от встречи с родителями незаметно отошли на второй план, а я подумала о том, что этот мир сделал меня чрезмерно ранимой, раз я так легко роняю слезы, хотя, казалось, оставила эту бесполезную привычку далеко в прошлом, когда осознала, что они никогда не помогут, в отличие от реальных действий, что и приняла за правило. Как бы тяжело ни было, я старалась не унывать, и это приносило свои плоды. Даже если вероятность успеха была минимальной, меня не расстраивала возможность очередной неудачи.

Но в случае с Виком… руки опускались сами собой и сердце сжималось от одной мысли, что он вновь обидит, обманет, ранет... Именно этот демон действовал на меня слишком опасно. И именно с ним вероятность очередной боли, которую и без того выносить было сложно, пугала до ужаса.

Я больше не хочу надеяться. Больше не хочу быть преданной, использованной и брошенной.

Думается мне, хотя бы раз за обе жизни, я могу позволить себе эту трусливую слабость и желание защитить свое сердце.

***

Думать, что череда неудач могла меня хотя бы ненадолго оставить в покое, изначально было глупо, однако сразу три героя, вышедшие встречать меня – как-то уже перебор, нет?

Впрочем, было очевидно, что они пребывали в таком же «восторге», что и я, о чем говорил довольно осунувшийся, мрачный и крайне уставший вид всей троицы в целом. Я, конечно, знала, что являюсь для них персоной неприятной, но чтобы один мой приезд так на них действовал…

Также бросалась в глаза некая… отчужденность (?) между этими тремя. Если по роману Люсиль была точно магнит, для Артура и Иана, то сейчас полюса этого магнита однозначно перевернулись, иначе я не могу объяснить того напряжения и недовольных взглядов, которыми они обменивались, а то и вовсе избегали, незаметно игнорируя друг друга.