Чтение онлайн

Тютюнин и Окуркин прошли мимо скамейки, на которой сидел любопытный пионер. Мальчишка сейчас же пристал к двум приятелям, и Гадючиха видела, как вытянулись лица обоих, когда они услышали первый провокационный вопрос паркового хулигана.

Впрочем, действовали они более решительно. Окуркин дал мальчишке пинка, и тот убежал в сторону главного выхода.

Живолупова улыбнулась. Впервые она была солидарна с Тютюниным и Окуркиным.

Окуркин порывался догнать мальчишку и наподдать ему еще, однако Серега урезонил приятеля, предложив подумать о главном.

А главным была фильтрация.

– Я ведь чего еще подумал, Лех, – задумчиво произнес Серега. – Ведь если у нас получится эту дрянь отфильтровать…

– Или нейтрализовать, – подсказал Леха.

– Да, или нейтрализовать, то мы ведь запросто и бензин сможем до кондиции довести.

– До какой кондиции? – не понял Окуркин.

– До питейной, Леха.

Грандиозность тютюнинского замысла настолько сильно поразила Леху, что он остановился и стал жадно хватать ртом воздух, потеряв на мгновение способность говорить.

– Ну! Серега! Ну! Это ж революция в питейном производстве! Это же… – Окуркин от волнения весь вспотел и с трудом подбирал подходящие слова. – Это же суперперегонка получится!

– Да, – обрадованно кивнул Тютюнин.

– Тогда из соляры вермут гнать будем! – продолжал развивать мысль Окуркин. – Эх, до чего же жизнь тогда наступит веселая…

Друзья представили себе эту жизнь, и на их лицах появились блаженные улыбки.

– Ну пошли, Лех, поскорее траву собирать, чтобы приблизить эту, как ее… революцию перегонного производства.

– Ага, так заживем, что даже «Юкос» от зависти повесится.

До заросшего тупика, коим заканчивалась главная аллея, оставалось совсем немного, когда Леха вдруг метнулся под дерево и выскочил обратно, держась за конец добротной веревки.

– Смотри, какой денек сегодня хороший! – воскликнул он довольно и потянул за веревку, которая уходила куда-то наверх, в густую листву. – Какая веревочка! Просто для меня ее тут повесили… Ну-ка помоги, Серег, чего-то не поддается.

Тютюнин пришел товарищу на помощь и, скомандовав: «И-и взяли!» – что есть силы рванул за шнур.

В тополиной кроне послышался какой-то шум, потом с жутким треском, обламывая даже самые толстые ветки, в воздухе пронеслось что-то тяжелое и ударилось о землю.

– Е-мое! Это чего же такое будет, а? – удивился Окуркин. – Это что, у нас в парках такие животные водятся?

– Да нет, это кто-нибудь выгуливал, а она удрала, – предположил Серега. – Видишь, веревкой за лапу привязана.

Тютюнин распрямился и посмотрел по сторонам. Ему совсем не хотелось объясняться с хозяином этой твари.

– Знаешь что, Лех, давай двигать отсюда, а то доказывай потом, что мы не специально ее с дерева сдернули. Вон она какая здоровая, небось тыщу долларов стоит. Пошли скорее…

– Да не спеши ты, – одернул его Окуркин, на лице которого заиграла нехорошая жадная улыбочка.

– Ты чего задумал? – строго спросил его Сергей.

– Чего задумал? Ты смотри, шкура какая зеленая. Если умело ободрать, каждому по два кожаных чемодана получится.

– Кожа пресмыкающихся сложна в обработке. Это я тебе как профессионал скажу, – заметил Сергей.

– Да какой ты профессионал? – не сдавался Окуркин. – Это же тебе не кошка и не кролик… – Ну-ка постой. – Окуркин разворошил траву и увидел прибор наподобие кинопроектора, только с очень длинным объективом.

– Так-так-так, – деловито засуетился Леха, почувствовав новую поживу. – Нет такой машинки, в которую бы не пихали цветные металлы, – сказал он уверенно.

С этими словами Леха начал давить на все пимпочки подряд, пока что-то где-то не щелкнуло и не открылась крышка.

– Ну что я говорил? – произнес довольный Окуркин, вытаскивая из прибора увесистый цилиндр желтоватого металла. – Латунь! Считай чистые деньги!

– Давай клади в пакет и пошли скорее, а то, мне кажется, за нами кто-то наблюдает.

Друзья забрали добычу и, не оглядываясь, быстро пошли в сторону тупика, где и скрылись в густых зарослях.

Несколько мгновений Живолупова и Косой, пораженные, сидели в траве и даже не высовывались.

Все произошло так быстро, что это просто не укладывалось в голове дунтосвинта.

Внезапно его озарила догадка, показавшаяся ему логичной.

– Это ты! Это ты, подлая старуха, сказала им! Предательница! Умри же…

Дунтосвинт выхватил из кармана депутатскую финку и хотел уже было ткнуть ненавистную старуху, но тут его рука попала в жесткий захват, а затем сильный апперкот отбросил его на землю.

Когда Косой пришел в себя и сел на травке, Живолупова уже стояла перед ним, внимательно следя за его движениями.

– Простите, мэм, погорячился.

– Не переживай, касатик, у нас это лечится, – ответила ему Гадючиха. – Звони главному, докладывай, а то они небось ждут…

Косой кивнул. Однако майор Яндкван их опередил. Он сам связался с Косым, чтобы узнать, как все прошло.

– Плохо, сэр, – уныло ответил Косой.

– Что значит плохо?

– Эти двое обезвредили Рональдоквана в одно мгновение…

– Что?! Что значит обезвредили?!

– Они стащили его с дерева, а дисквакер разрядили. Сэр, они действовали так, будто дисквакер для них обычная вещь, – открыли зарядную камеру и вынули биквакный генератор…

– Но… Но это невозможно, – упавшим голосом произнес майор. Все услышанное не укладывалось у него в голове. – Вот что, Шилдикван, немедленно возвращайтесь вместе с агентом Гадючихой, а я должен подумать…

– А Рональдокван, сэр…

– Заройте его, чтобы ни у кого не возникло вопросов. Заройте и возвращайтесь.

– Слушаюсь, сэр.

Косой убрал рацию, затем поднял оброненную депутатскую финку и спрятал ее в носок, а из нагрудного кармана достал депутатскую саперную лопатку.

– Главный велел закопать Рональдоквана.

– А драндулет его куда?

– Дисквакер тоже закопаем. Без биквакного генератора он не опаснее игрушки.

Пока Живолупова и Шилдикван по кличке Косой предавали земле тело стрелка, отозванные со своего поста Ту-рукван и Гамакван прохаживались вдоль представительской машины.