Чтение онлайн

– И никто тебя там не находил? Неужели не охраняли американцы свою НАСА? – подивился просвещенный Турбинов.

– Почему не охраняли? Жутко охраняли. Болота эти ну просто бреднем процеживали – диверсий боялись.

– А как же ты выкрутился, если просеивали?

– Соответствовал внешнему виду каймана, – пожал плечами Кузьмич. – Там же грязь, тина, водоросли. Я даже извивался, как кайман, но они чего-то заподозрили. Правда, пристрелить меня опасались – вдруг я чистокровный кайман, а у них за редкое животное – сразу в камеру. Вот они, подлецы, и решили меня проверить… – Кузьмич вздохнул.

– И как же?

– Лошадь притащили дохлую и спихнули в болото, чтобы посмотреть, что я с ней делать буду…

– Ну а ты чего же?

– А что я? Задание командования проваливать нельзя, вот и стал я ее жрать, эту лошадь. Хорошо хоть не совсем она падалью была, ну, может, дня три-четыре на солнышке полежала, и сразу в болото.

– И ты сожрал целую лошадь?! – поразился Тютюнин и даже поморщился, представляя, каково было Кузьмичу.

– Ну не всю. Этим извергам надоело смотреть, и они на второй день ушли. Тут настоящие кайманы налетели и вмиг оставшуюся половину прикончили.

– А ты как же?

– Да ничего, перетерпел как-то. Но после того случая конину на дух не переношу. На всю жизнь наелся.

– Понятно дело, – согласился Серега. – Я бы, пожалуй, так не смог. Хоть и за родину.

– Да-а, – согласился Турбинов. – Ну а как шаттлы сбивал?

– Да обыкновенно. Мне ведь авторучку с собой выдали-лазерную, на солнечных батарейках. Во Флориде солнца много, ручка за неделю заряжалась. Потом выходил на позицию и, как только эта хреновина стартовала, я по ней с десяти тысяч метров, значит, шарашил.

– И сбивал?! – недоверчиво спросил Серега.

– Когда сбивал, когда нет. Лучик тонкий, и выстрел только один, много не настреляешь… Но потом приказ пришел – прекратить диверсии и перейти на легкий саботаж.

– Это как же?

– Ну я к ним в НАСА уборщиком устроился. При моих способностях это было нетрудно…

– Ну?

– Ну и стал вот таких же кайманчиков из болота в учебный центр для астронавтов носить, прямо в поломойном ведре.

– И чего?

– Выпускал их в коридор, чтобы астронавты увидели. Потом снова собирал в ведро и уносил.

– А смысл в чем?

– Смысл?! – Кузьмич самодовольно заулыбался. – А вот когда они собеседование с психологом проходили, он их спрашивал, как спишь, как ешь, чего тебе снится. Ну они и говорили, что чувствуют себя отлично, только вот недавно в коридоре видели маленьких крокодильчиков. Психолог им говорил: о'кей, ребята, и отчислял с программы подготовки.

– Здорово! – восхитился Турбинов. – Ну и долго ты им мозги парил?

– Долго. Пока они не стали наших космонавтов, тех, что на пенсию вышли, к себе в команду набирать.

– И чего наши, устойчивее к крокодильчикам?

– Ну, наши совсем другое дело. Они с бодунища и не таких крокодильчиков видят, только психологу об этом ни гугу. Наши – народ проверенный, они в любом состоянии какую хочешь комиссию пройдут и совсем никакими за штурвал сядут. Кремень, а не люди.

Все трое помолчали, следя за кайманчиками, которые обследовали новую территорию.

Найдя несколько сушеных мух, кайманы тут же их съели и даже облизнулись.

– Ты смотри, Кузьмич, – заметил Тютюнин. – Может, они у нас моль жрать будут, а? Трудоустроим их.

– Не, может, поначалу они и будут моль лопать, только потом и нам ноги пооткусывают. Они же до десяти метров вырастают.

– Да ты что?

– Точно.

– Надо будет их теще подарить, – заметил Тютюнин. – Скажу, что они не растут. Скажу, что карликовые…

– А ты откуда добыл эти яйца-то? – спросил Турбинов. – В зоомагазине купил?

– В каком магазине… – Сергей махнул рукой. – Их теща в зоопарке прибрала.

– Из-под носа у каймана? Это нужно подготовку иметь, – заметил Кузьмич.

– Ха! Ты не знаешь мою тещу, у ней по этому делу подготовка будь здоров! Она яйца не то что у крокодила, у слона вынесет, а он и не почешется.

Голодные кайманы начали пищать, и Серега, подобрав остатки сливочного масла, сделал им по маленькому бутерброду.

Новобранцы с аппетитом съели бутерброды и убрались под шкаф – отдохнуть.

Между тем с улицы уже доносилась сирена «скорой помощи». Спустя несколько мгновений перед входом «Втормехпошива» затормозил белоснежный фургончик-"Мерседес" с мигалкой и красным крестом.

– Где расчлененный гражданин? – деловито осведомились двое санитаров в хоккейных масках.

– Это не здесь, это дальше по коридору, – ответил Сергей, указывая в сторону директорского кабинета.

– Понятно, – сказали санитары и потащили носилки дальше.

– Сергей Ви-и-икторови-и-ич… – послышался чей-то игривый и вместе с тем знакомый Тютюнину голос.

Сергей повернулся – возле входа стояла врачиха Света, с которой он познакомился в прошлом году.

Света была в разводе и дважды выезжала на экстренные случаи слипания, которые происходили с Фригидиным, когда Серега в воспитательных целях пичкал его сахаром.

Света еще в прошлом году делала намеки и прижимала Серегу к стене своей тяжелой грудью.

Больше они не виделись, и Тютюнин надеялся, что этого и не случится, однако он ошибался.

– Сергей Викторович Тютюнин, – с удовольствием произнесла Светлана, надвигаясь на Тютюнина с неотвратимостью горной лавины. – Как поживаете? Не развелись еще?

– Нет, Света, с женой я живу хорош… о! Ой! Не надо, Света, мне же дышать нечем, – взмолился Тютюнин, припечатанный к коридорной стенке Светиным бюстом.

– Выдающаяся женщина, – произнес Кузьмич, покусывая былинку.

– Значительно выдающаяся, – подтвердил Турбинов, однако на помощь Сергею ни тот, ни другой прийти не решились.

Света смачно поцеловала Тютюнина в губы и оторвалась от него, лишь когда послышались тяжелые шаги санитаров, возвращавшихся с пациентом.

Поправив белую шапочку и успокоив волнующуюся грудь, Света посмотрела на Фригидина и его замотанный бинтом палец.

– Как это произошло, больной? – спросила она.