Чтение онлайн

— Виктор забрал документы. Это значит, что зарубежные счета группы Лебедевых могут быть заморожены в любой момент, — холодно произнесла Соня, пытаясь сохранить хотя бы остатки той стены, которую она выстраивала между ними все эти годы. — Ты можешь потерять всё, ради чего гнил в шахтах.

Ваня даже не поднял головы. Его длинные, мозолистые пальцы медленно, почти интимно скользнули по её икре, вызывая у Сони невольную дрожь. Это не было просто медицинским действием — это была скрытая ласка, полная собственничества.

— Плевать на счета, Соня. Плевать на всё, что можно купить за деньги, — его голос, низкий и вибрирующий, пробирал её до самых костей. — Посмотри на меня.

Он внезапно усилил хватку и одним резким, властным движением притянул её к себе. Соня ахнула, оказавшись зажатой между его коленями. Теперь их разделяли считанные сантиметры. Она чувствовала жар, исходящий от его тела, и видела, как бешено пульсирует вена на его шее.

— Ты думаешь, я вернулся из ада ради денег? — Ваня поднял взгляд. Его глаза, обычно холодные как сибирский лед, сейчас горели таким яростным, нерастраченным пламенем, что Соне стало трудно дышать. — Десять лет я засыпал с твоим именем на губах. Я копал промерзшую землю и представлял, как снова коснусь твоей кожи.

— Ты сам отдал меня ему! — выкрикнула Соня, и слезы обиды, копившиеся восемь лет, наконец брызнули из её глаз. — Ты отправил меня в ту комнату, в ту постель!

Ваня замер. Его лицо исказилось от такой глубокой боли, что Соне на секунду стало страшно. Он обхватил её лицо своими огромными ладонями, заставляя смотреть прямо в глаза. Его большие пальцы нежно вытирали её слезы.

— Я сделал это, чтобы ты жила, Соня. В тот день это был единственный способ спасти тебя от Волкова. Я думал, что если ты возненавидишь меня, тебе будет легче пережить то, что я не рядом, — он прижался своим лбом к её лбу, их дыхание смешалось. — Но я ошибался. Я был дураком. Все эти восемь лет я умирал каждый день, зная, что ты не со мной.

Его губы коснулись её виска, затем медленно спустились к уху.

— Соня... используй меня. Ненавидь меня. Но клянусь, я больше никогда не позволю тебе уйти. Ты будешь спать в этой постели, под моей защитой, пока смерть не заберет нас обоих.

Сердце Сони пропустило удар. В этом мужчине было столько сокрушительной любви и столько же опасного безумия. Она чувствовала, как её сопротивление тает под его обжигающим взглядом. Его губы уже почти коснулись её?? (ключицы), когда идиллию внезапно разорвал пронзительный, режущий уши звук.

Ву-у-у-у! Ву-у-у-у!

Красные огни тревожной сигнализации мгновенно залили спальню кровавым светом. Ваня среагировал мгновенно. В одну секунду нежный любовник исчез, и перед Соней снова предстал безжалостный хищник. Он вскочил, на ходу подхватывая пистолет с тумбочки, его взгляд стал острым как лезвие ножа.

— Оставайся здесь. Запри дверь и не выходи, что бы ты ни услышала, — приказал он тоном, не терпящим возражений.

Соня прижала руки к груди, глядя, как он исчезает в коридоре. Она знала — прошлая жизнь не отпустит их так просто. Война только начиналась.

Сигнализация выла, словно раненый зверь, разрывая ночную тишину поместья «Розы». Красные блики стробоскопов метались по стенам, превращая изысканный интерьер в декорации к кошмарному сну. Ваня стоял в дверном проеме, и его силуэт в этом пульсирующем свете казался вылитым из антрацита.

— Соня, в сейфовую комнату! Живо! — его голос, обычно низкий и бархатистый, теперь звенел, как клинок, ударяющий о сталь.

Соня не спорила. Она знала этот тон. Это был голос человека, который прошел через ледяной ад Сибири и научился чуять смерть за версту. Она прижала к себе спящего Ленинграда, чувствуя, как бешено колотится её собственное сердце.

Снаружи послышался скрежет шин по гравию и сухие, резкие хлопки выстрелов. Ваня не шелохнулся. Он проверил обойму своего пистолета, и в этом жесте было столько холодной, профессиональной уверенности, что Соне на секунду стало страшно за тех, кто осмелился напасть. Его черная рубашка, расстегнутая на пару верхних пуговиц, натянулась на широких плечах, когда он перехватил оружие.

— Господин Ваня, они прорвали периметр! Это люди Волкова! — в рации раздался задыхающийся голос Михаила.

Но Ваня уже и сам это видел. Через панорамное окно гостиной было видно, как по подстриженному газону бегут тени в камуфляже. И вел их тот, кого они меньше всего ожидали увидеть здесь.

— Алексей... — прошептала Соня, заметив в свете прожекторов знакомый профиль.

Бывший верный соратник, человек, который знал все слабые места обороны Лебедевых, теперь шел к дому с автоматом в руках. Его лицо, обычно спокойное и исполнительное, теперь было искажено маской алчности.

— Ваня, ты всегда был слишком мягким, когда дело касалось этой женщины! — голос Алексея, усиленный мегафоном, разнесся над поместьем. — Отдай документы на рудники и Соню, и, может быть, я позволю тебе уйти живым!

Ваня лишь усмехнулся, и эта усмешка была страшнее любого проклятия. Он обернулся к Соне, и на мгновение в его глазах вспыхнула такая неистовая, обжигающая нежность, что у неё перехватило дыхание.

— Закрой глаза, — прошептал он, коснувшись своими горячими губами её лба. Его пальцы, грубые и мозолистые, на секунду задержались на её щеке, оставляя на коже ощущение почти физического ожога.

В следующую секунду он выбил ногой дверь на террасу и открыл огонь.

Бой был коротким, но яростным. Ваня двигался с грацией хищника, для которого эта бойня была привычной стихией. Он не просто стрелял — он танцевал со смертью. Соня, запертая в комнате, слышала крики, звон разбитого стекла и тяжелые шаги.

Внезапно стена в коридоре содрогнулась от взрыва. Дым и пыль заполнили помещение. Соня закашлялась, пытаясь разглядеть хоть что-то. В проломе показался Алексей. Он выглядел безумным.

— Вот ты и попалась, моя дорогая «королева рудников», — он направил пистолет на Соню. — Твой «герой» занят на улице. Теперь ты пойдешь со мной.

— Только через мой труп, — раздался за его спиной ледяной голос.

Алексей не успел обернуться. Ваня, весь в пыли и чужой крови, возник из дыма, словно демон мести. Он набросился на предателя с голыми руками. Это была не драка — это была казнь. Ваня наносил удары такой силы, что было слышно, как ломаются кости.

Но Алексей был не один. Из тени за его спиной показался еще один боец и вскинул винтовку.

— Ваня, сзади! — закричала Соня.

Ваня среагировал мгновенно, но не для того, чтобы спастись самому. Он рванулся вперед, закрывая Соню своим телом. Глухой звук попадания пули в плоть заставил сердце Сони остановиться.

Ваня вздрогнул, его лицо на миг побелело, но он не упал. Рыча от боли и ярости, он выстрелил через плечо, снимая стрелка. Затем он схватил Алексея за горло и прижал к стене. Его пальцы сжимались, пока лицо предателя не стало багровым.